Все равно!
Шрифт:
– Во!- сказал Фантик, -Он говорит что он новый фюрер и его зовут Ганс. Как только психам деньги доверяют?
Старший открыл конверт в котором лежали тысячеевровые купюры и записка:
"Извини, не успел разменять. 22"
– Здесь таких денег с утра в кассе точно нет.- сказал Митрохин
– Тогда сделаем так: Идёте втроём и закупаете на всю тысячу.
– Фантика дайте, одни не дотащим!
– Хорошо, только поосторожней там с гражданскими. А ты Фантик лучше притворяйся немым. Скоро у вас экзамены ребята, не подведите.
–
– Увидите. Идите.
– Как в нашем супермаркете.- рассуждал Андрей Маслов проходя по рядам с товаром.
– Везде одно и то же. Что покупать будем?
– Давай сюда сыр, килограммов пять.
– Какой, с дырками или без?
– Мне без дырок.- сказал Михалыч.
– Дырки сами ешьте. У нас в деревне дачник один приезжает, истории всё рассказывает. В Швейцарии этой сыроделы навострились говорит, определять какой сыр готов, а какой нет. Они мышей пускают на ночь, хороший сыр мыши едят, а плохой обходят. Вот поэтому и дыры в нём. Вы молодые, можете и с мышами есть, а мне купите вон того, в золотой бумажке.
Фантик достал с полки сыр названный Михалычем.
– "Блау"- прочитал он.
– Синий сыр. Ты Михалыч хоть и колдун, а в сырах-мырах ничего не понимаешь. Он же протух! Он тут может с войны лежит, его ещё небось Гитлер ел на закуску. На, понюхай!
Михалыч понюхал и скривился.
– Вот ведь до чего дожили, людей тухлятиной травят! Где тут продавец?
– заорал старик, подмигивая Митрохину и Андрюше.
Из за полок появился толстый мужчина в форменной рубашке со значком "Детектив". Что-то жуя на ходу он подошёл к деду и спросил:
– Was ist los, meine herren?
– Фантик, скажи ему, что террористы в магазине.
– Где?
– Говори! Етить твою мать, побыстрее!
Фантик напрягся.
– Террористен унд ваффен хире!- он потыкал пальцем в пол.
Немец поднял руки кверху и позеленел, со страхом глядя на небритого Фантика.
– Schiessen Sie nicht!
– Он не понял!- с отчаяньем сказал Митрохин.
Михалыч взял детектива за галстук и наклонил его к просвету между товарами.
– Гляди, задница!- он показывал на группу мужчин ближневосточной наружности.
Все посмотрели. У нагруженной сверх меры тележки сломалось колесо. Они пытались перегрузить её на другую и уронили картонную коробку. Несколько гранат вывалилось из разорванного картона и поскакали по полу. Теперь они их собирали, ругаясь на непонятном языке.
– Принимаю команду!- сказал Юра Митрохин, бывший старший лейтенант, а ныне курсант в фирме с совершенно идиотским названием "Лето".
– Этого,- он кивнул на детектива, -запри в кабинете пусть звонит в полицию. Фантик, переведи!
– Полицай, телефонирен!
– Йа, йа! Зеер гут!- ответил тот, пятясь по направлению к своей комнате.
– Андрюша, будешь при нём, чтобы дурака не свалял! Михалыч, как махну рукой, изобрази паралитика и
Юра с Фантиком сделали круг по торговому залу, стараясь неслышно ступать и заходя к террористам сзади, по дороге они схватили по нескольку банок рыбных консервов.
Приблизившись к арабам на десяток метров Митрохин махнул рукой, и навстречу им выкатился паралитик Михалыч, скривившись, как будто он всю жизнь ночевал в ванне, и совершенно перекрыв дорогу в узком проходе. Шестеро арабов направлялись к широким дверям на которых была табличка: "das Laden von Hof". (погрузочный док).
– Два, один ...- Юра и Фантик бросили консервы и побежали вслед за ними, торопясь оказаться поближе, когда террористы поймут что атакованы сзади. Двое упали. Они успели преодолеть половину пути, когда четверо оставшихся повернулись к ним, выхватывая оружие из под пиджаков.
– Нихт шизен!- закричал Фантик по-немецки. В это время со стороны Михалыча послышался яростный крик: "Гитлер капут!", и звук разбиваемой о голову ближнего араба тележки с продуктами.
Андрей с газовым пистолетом детектива, который он нашёл у него на столе, выстрелил сбоку. Девятимиллиметровый полицейский патрон начинённый химией, с двух метров даёт облачко газа которое вцепляется в глаза, нос и рот. Когда противник забывает обо всём, кроме глотка свежего воздуха.
В последнего на полном ходу влетел Фантик, не сумевший затормозить вовремя.
На шум и крики сбежалась толпа любопытных. Митрохин чувствующий свою ответственность, поднял руку и попытался успокоить народ.
Увидев направленные на него камеры мобильных телефонов и камкордер двух японцев, он приосанился и собрав воедино все свои знания иностранных языков выдал историческую фразу:
– Партайгеноссе! Руссия шпацирен нах Фатерланд цум спарен всех вас ауф террористен. Готт мит унс!
Толпа в панике начала разбегаться.
У входа уже стояла полицейская машина, и два стража порядка с пистолетами наготове кричали выбегающим из магазина людям:
– Что случилось? Где террористы?
На футбольном поле, Виктор Васильевич Карасёв сказал глядя на часы:
– Что-то наши задерживаются. Что они там, всё решили скупить?
Но услышав пронзительные звуки полицейской сирены, мнение своё поменял, вздохнул, посоветовал всем оставаться на поле и пошёл выручать свою команду.
Я заметил автобус нашей бригады подъезжая к торговому центру. Он стоял на парковке и рядом с ним никого не было. Зато перед центральным входом происходило что-то непонятное. Два вооружённых полицая отгоняли людей от дверей, крича: Хальт! и Цурюк!
– Что случилось?- спросил я у пробегавшей мимо фрау.
– Русские террористы!- ответила она, подозрительно на меня посмотрев, типа: А ты кто такой?
– Карась!- я выругался.
– Ну что ты орёшь?- спросил сзади родной голос.