Все равно!

Кусакин Владимир

Следовательно я - самый удобный подозреваемый. Нет счастья в жизни!

Как и в первую ночь в вагоне, лагерь охватило праздничное сумасшествие.

Девицы лазали по палаткам, неудачники безрадостно пели под гитару, что "Вот и закончилось всё, возвращаться пора ...", но их никто не слушал.

Федя с Наташей и примкнувшим к ним Шуриком попробовали установить какое-то подобие порядка. Бесполезно. Я видел такое на Крайнем Севере, когда суда с грузами были уже на подходе. Безумие живущих последний день.

Извратили наши

писатели фразу: "Пир во время чумы", надеюсь вы поняли, о чём я?

Я успокоил оперативников. Вряд ли что может случиться в этой атмосфере, где каждая особь женского пола находится под пристальным вниманием одичавших от свободы и водки мужиков, которые к тому же ревниво следили друг за другом.

Прошло два дня, а на рассвете третьего мы погрузились в самолет, провожаемые похмельными угрюмыми взглядами. Аэродром прибытия оказался обычным коровьим выгоном на окраине села, и спрыгнувший первым Федор немедленно вляпался в свежую лепешку. Пока он ругался и ездил по траве ногами, пытаясь очистить свои ботинки, я осторожно подхватил Наташу и поставил её на чистое место. Надо было поторапливаться, час назад и час обратно, самолёт вернётся, и неизвестно кто на нём будет - убийца, охотящийся по ему одному понятному плану, или отряд ОМОНа конкретно за мной.

Тем временем мы вышли на тропу которая вилась, то приближаясь к реке, то уходя от неё, согласно рельефу местности.

Слева на поляне стоял сарай, возле которого возились с удочками двое мужиков-аборигенов.

– Объявляй привал.- сказал Шурику, -Пусть переложат рюкзаки и сумки. Если кто-нибудь намнёт спину, я тебя уволю!

Публика растеклась по поляне, стараясь держаться подальше от местных, а я направился прямо к ним. Сзади семенила Наташа, Фёдор присматривал за тылами.

– Здорово, мужики!
– сказал протягивая раскрытую пачку Lucky Strike.

Отдал её им, уж больно засияли их физиономии от "городского" табака.

Спрашивать о дороге не стал, в деревне нет секретов, тут же все узнают, что залётный москвич расспрашивал как попасть, туда-то и туда-то.

– Заработать хотите?

– Это смотря как...
– ответил худой испитой мужичок. Второй покивал.

– Проводниками поработать.

– Оба - два?

– Ну!

– А сколько денег?

Маршрут их совсем не интересовал, известно куда городские ходят. Наташа стояла молча рядом со мной. И на том спасибо.

– Иди, собери группу и отбери всю выпивку что найдёшь.

Она кивнула серьёзно и ушла.

– Каждому по сто долларов.
– сказал я, поворачиваясь к мужикам.
– Но, нам будут нужны две лошади, лучше три. За лошадей плачу отдельно. Две лошади - двести, три лошади - триста долларов.

Они согласились, поглядывая на нашу компанию, которую сейчас теребила Наташа заставляя заготовителей сдавать тару.

– На кой хрен ты притащил сюда эту компашку?- прямо светилось в глазах тафаларов.

– Жду в течение часа, потом уходим. Если опоздаете,

вообще ничего не получите.- напугал их, не заметив что говорю в воздух, а мужики уже стучат копытами по тропе в село.

Они вернулись минут через сорок, ведя в поводу трёх въючных лошадей.

Пока их не было, я обратился к народу:

– К сожалению, у нас есть серьёзные подозрения, что преступник последовал за нами. Мы постараемся взять его раньше, чем ...
– я замялся, -Поэтому надо уходить отсюда побыстрей. Сейчас придут проводники с лошадьми, часть ваших сумок погрузим на них. Фёдор, положи свой рюкзак, он поедет.

Федя сверкнул глазами, как если бы я сомневался в его выносливости, но послушно поставил свой мешок рядом с другими. Ему будут нужны обе руки и свобода действий, а с тридцатикиллограмовым весом за плечами, чувствуешь себя как слон на водопое.

Что у тебя из оружия?
– спросил Наташу, перед этим я видел только один "Макаров", но ведь всё могло измениться.

– Всё то же ...
– ответила она, недоумённо, и я выругался:

– Менты позорные! Посылают девушек в тайгу, а винтовку дать не могут! Умники хреновы!

Она бы сильно пригодилась, особенно с оптикой.

Вынул ТТ, отдал ей:

– Спрячь, на всякий случай!

Она удивилась.

– Откуда? Мы же обыскивали и тебя, и вагон..., кроме обреза двустволки без патронов у тебя же ничего ...

– Лучше бы спасибо сказала!

– Спасибо! А патроны тоже появились?

– Да, прямо с неба упали!
– Достал из мешка туго перетянутую упаковку из тридцати штук жаканов и картечи, пополам. Я ведь не на уточек приехал охотиться, я их вообще никогда не убивал, такая замечательная птичка.

Ходит по травке важно, хвостиком туда-сюда и крякает. А как дорогу переходит! Десять раз налево-направо посмотрит, прежде чем перейти. За что же их убивать?

Походный порядок начинали проводники Матвей и Афоня, с лошадьми гружёными припасами и сумками женского состава, за ними я, в середине - Наташа, в конце - Фёдор. Остальные всё время перемещались внутри этого коридора. Но недолго. Километра через три-четыре, насытившись новыми ощущениями, народ стал скучать по домашним тапочкам и телевизору, головы повисли, и стали заплетаться ноги. Страшный убийца ушёл куда-то далеко-далеко, и не беспокоил уже никого. Можно было возвращаться по домам.

Вот с таким настроением мы преодолели ещё пару километров.

Ветер дует с гор, то есть сюда мы летели с полной загрузкой и против ветра. На обратную дорогу летчикам понадобится гораздо меньше времени. У них халтура, забрасывают группы, заработок. И уже прошло два часа, значит самолёт если уже не приземлился, то несомненно на подлёте.

– Мужики!- позвал я.
– Разговор есть!

– Что же ты, тудыть твою, сразу не сказал?- запсиховал Афоня, пока Матвей сосредоточенно ковырял в носу.
– Мы ба ни в жисть не пошли.