Все леди делают это
Шрифт:
— Напарник, как думаешь, этот снимок и в самом деле сделан на днях или тиснули старые фотки, желая уверить общественность, будто Астралова жива, хотя на самом деле ее застрелили?
Виталий долго рассматривал фотографии. Они были сняты с разных ракурсов, но общее впечатление было одинаковым — женщина в черном выглядела как человек, который поставил крест на своей жизни и не видит впереди никакого просвета.
— Думаю, снимки сделаны на днях. И даже знаю где — в Кузьминском парке.
— Почему ты так решил?
— Бывал в этом месте недавно.
— Слушай, а давай-ка туда прокатимся! — оживилась
— Нас к ней не подпустят. У нее же двое охранников.
— А мы изобразим ее поклонников. Сейчас купим по пути цветы, захватим с собой ее книги, а ты подойдешь и попросишь автограф. Не станут же охранники набрасываться на тебя! К почитателям все относятся уважительно, хотя порой они весьма назойливы. Телохранители будут настороже, но ты веди себя естественно, улыбайся, говори комплименты, восхищайся ее талантом, и бодигарды расслабятся. А потом и я потихоньку подтянусь, тоже под видом почитательницы. И Толяна возьмем за компашку, он любит ходить со мной на дело, мы с ним немало веселеньких проказ провернули. [41]
41
Диля Еникеева. «Женщин обижать опасно».
Троица выбрала удобный наблюдательный пункт за густым кустом боярышника и приготовилась ждать. Поразмыслив, напарники решили отказаться от букета — это будет выглядеть как заранее запланированная встреча с писательницей. Да и охранники насторожатся — не прячут ли они в цветах оружие.
Виталий держал в руках сорванную ветку и книгу Астраловой, Алла тоже зажала под мышкой ее роман. Толик, с его свирепой физиономией, на любителя чтива совсем не тянул, а потому изображал Аллиного телохранителя — этой роли его внешность соответствовала.
Примерно через час вдалеке появилась фигура в черном, медленно бредущая по тропинке, опоясывающей пруд, за ней на расстоянии метров десяти шли охранники, не очень умело изображая праздношатающихся.
— Приготовиться, — зловещим шепотом произнесла верная боевая подруга. — Виталь, улыбочку! Выйди заранее, чтобы они увидели тебя издалека и не встревожились, а когда она подойдет поближе к нашему укрытию, начинай.
Сыщик вышел на тропинку, некоторое время постоял вполоборота к писательнице и ее охранникам, делая вид, будто любуется водной гладью, помахал веткой, отгоняя комаров, при этом будто бы нечаянно выронил книгу, наклонился, поднял ее, бережно отряхнул, потом стал озабоченно рассматривать и, углядев какое-то пятнышко, протер обложку рукавом. Писательница была уже близко и наверняка разглядела хорошо знакомую ей яркую обложку, на которой золотом сверкали огромные буквы «Изабелла Астралова».
«Ну, артист! — восхитилась Алла, наблюдая за своим напарником. — Кто бы мог подумать, что в ней вдруг откроется талант перевоплощения…»
Наконец Виталий медленно повернулся, увидел; писательницу, расплылся в улыбке, но не двинулся с места, будто превратился
Свернуть та уже не могла — кругом кусты. Но, судя по всему, не испытывала страха и не собиралась спасаться бегством. Спокойно шла вперед, и расстояние между ними все больше сокращалось.
Наконец Виталий «обрел» дар речи и, откашлявшись, произнес с идиотской улыбкой:
— Не верю своему счастью… Даже и не мечтал… Я давний поклонник вашего таланта, госпожа Астралова, с вашими книгами не расстаюсь. Это гениально!
Женщина уже совсем приблизилась и остановилась напротив. Ее лицо скрывала густая черная вуаль, и было непонятно — нравятся ли ей восторженные излияния поклонника, или она просто ждет, когда тот выговорится и уступит ей дорогу — тропинка узкая, не разминуться.
Охранники тоже приостановились, сохраняя дистанцию и настороженно поглядывая на незнакомца.
— Пожалуйста, госпожа Астралова, можно авто граф? — блеющим голосом попросил сыщик, протягивая книгу.
Его визави достала из висящей на плече черной лакированной сумочки ручку, раскрыла книгу и спросила чуть хрипловатым голосом:
— Что вам написать?
— Что хотите! — Сыщик опять расплылся в восторженной улыбке, поедая знаменитость глазами. — Как вас зовут?
— Виталий. — Он судорожно вздохнул и выдохнул:
— Ох, даже не верится…
Астралова склонилась над книгой и сосредоточенно начала писать. Тут из-за куста медленно выплыла Алла, рассеянно поглядывая по сторонам. Толик, как ему было ведено, пока не высовывался. Подойдя почти вплотную, верная боевая подруга постояла с таким же обалделым видом, как и ее напарник, и вдруг одним быстрым движением сбила с женщины шляпу и воскликнула:
— Ба! Ожившая покойница Рита Мартова! А мы тебя на днях похоронили!
Та отступила на шаг, переводя испуганный взгляд с Виталия на Аллу. Телохранители не успели сделать и пары шагов, как из кустов с диким ревом вылетел верный оруженосец, схватил Риту в охапку и со всей силы швырнул ее в воду.
Первого охранника встретил сыщик, ловко сделав подсечку, и тот отлетел в кусты, а на второго напрыгнул разъяренный Толик. Силища у него богатырская, а уж когда он зол — и вовсе утраивается. Крепко досталось и противнику, и окружающей растительности.
— Дернисся — убью, — пообещал Аллин Санчо Панса, пнув напоследок поверженного охранника и выбираясь из кустов.
Все трое стояли на тропинке, наблюдая, как Рита барахтается в воде. Длинное платье намокло и тянуло вниз, к тому же аферистка нахлебалась воды.
— Может, по башке ей дать? — мрачно поинтересовался Толик. — Раз тада не утопла, пускай щас сдохнет.
— Не надо, пусть поплавает, — без тени сочувствия произнесла Алла.
Во второй половине дня «великолепная тройка» появилась в офисе «Самаритянина». Встревоженная Тамара тут же вскочила с места:
— Алла, где вы были?
— В ментовке, — лаконично ответила та, проходя в кабинет Матвея.
«Самаритянок» было всего трое, остальные — на задании.
— Что случилось? Почему вы попали в милицию? — не унималась Тамара.