Всё к лучшему!
Шрифт:
– Елки..., палки!
– неожиданно лицо Гаврилыча побледнело от страха, с остервенением он бросился к своему шару, упал на колени и заглянул под устройство. Под шаром лежал раздавленный прибор.
– Сколько времени прошло после появления машины?
– Ну не знаю, вы меня пугаете ....
– За мной! Быстро бежим!
– поднялся на ноги Безголовый и побежал к сараю. Для предпенсионного возраста хозяин уж очень быстро побежал. Испуг передался Михаилу, вспомнились слова, про какие-то капсулы с три нафиг каким-то толуолом.
Хозяин остановился
– Быстро, быстро!
– крикнул Безголовый, запыхающемуся в болотном костюме Михаилу и опять побежал по лестнице вниз.
Перед взором Михаила предстал длинный коридор, уходящий вниз. Люминесцентные лампы с потрескиванием освещали подземный бункер.
– За мной!
– дико кричал Безголовый, нажимая на кнопку и открывая двери всех отсеков бункера. В третьем отсеке, поблескивал белым светом монитор, к нему и бежал изобретатель.
– Да что за куйня..., нафиг я подписался под этим бредом...
– крутилось в голове Михаила, он почти, не отстал от хозяина.
– Так..., так..., так - стал повторять Безголовый, нажимая на кнопки клавиатуры, перед монитором. На экране шел обратный отчет, и высвечивались цифры. С ужасом Михаил смотрел на цифру 26..., тут же она сменилась на 25..., 24.
Что там говорил Алексей Гаврилович? Самоуничтожение через четыре минуты?...,22...., 21..., до мозга Михаила дошел зловещий смысл происходящего..., 18..., 17. Надо бежать, быстро бежать, еще Гаврилыч говорил, что под сараем, домом и бункером..., Бункером установлены капсулы..., 14. А именно сейчас они находились в бункере! Бежать, надо бежать, стал оглядываться Михаил, в поисках выхода..., 9...
– Миша! Помоги!
– закричал Безголовый, указывая на край комнаты.
– Дерни тот рычаг!
В прострации Михаил посмотрел в указанном направлении и увидел красный рычаг..., 6, как во сне он подбежал к нему..., 3..., 2, и дернул рычаг вниз,... 1. В этот момент Безголовый нажал на клавиатуре одновременно с Михаилом на несколько кнопок.
"Отбой", появилась надпись на экране. В изнеможении Безголовый сполз на пол, перед монитором. Михаил подошел к хозяину и тоже уселся. Так они и сидели еще минут пять, спиной к спине, в молчании.
– А вы знаете Миша?
– прервал молчание Безголовый, снимая свой шлем.
– Вон там, под аварийным рычагом лежит двадцатилитровая бутыль с детонатором, наполненная тринитротолуолом и нам не хватило доли секунды, чтобы разложиться на миллионы атомов...
– Да уж я понял..., и я стоял около него?
– Ага!
– Вот мне повезло..., думаю, моя шапочка для купания и болотный костюм, немного бы смягчили ударную волну!
– Точно!
– после чего, оба истерично захохотали.
Глава 19
– Я двадцать пять лет не пил, Миша!
– сказал Безголовый, меланхолично смотря на стакан.
– А я тринадцать часов...
– улыбнулся Михаил. Оба сидели за столом на кухне, перед ними стояла почти полная литровая бутылка и вываленные в тарелку соленые огурцы, другой закуски не было. В стаканы снайперски точно, по риске, налит алкоголь.
– А вы хотите знать, из чего я сделал этот самогон?
– зачем-то спросил Алексей Гаврилович, подымая на уровень своих глаз, стакан, и всматриваясь в прозрачный раствор.
– Не особо..., ну раз уж пошла такая тема..., просветите!
– тоже поднял стакан Михаил, взбалтывая содержимое.
– Закисленный навоз и силос...
– Блин...
– выдавил сквозь зубы Михаил, но удивительное дело, рвотных спазм не наблюдалось.
– Да Миша..., гавно и травяной силос. Брожение и тройная ректификация дает такой результат, ну, и конечно, хорошая фильтрация вещества...
– А разве это открытие не эпохальное? Срать и пить, не к этому ли человечество стремиться?
– пошутил журналист.
– Эх Миша..., приземленный вы..., ты какой-то!
– вздохнул Безголовый.
– Зато живой! Ну Гаврилыч, с Новым Днем Рождения что-ли?
– поднял для чоканья стакан, Михаил.
– Это точно!
– поддержал тост хозяин, и задержав дыхание, неумело, маленькими глотками, стал пить самогон. Михаил уже захрустывал выпитое огурцом.
– Хорошо пошло!
– прокряхтел журналист. На Гаврилыча было неприятно смотреть, его медленное поглощение, вызывала рвотные спазмы.
– Гаврилыч ну не тяните резину..., одним глотком. Задержите дыхание и раз...
– Фууу!
– поднес огурец к носу Безголовый, по совету Михаила он проглотил самогон.
– Ну вот, другое дело!
– одобрил Михаил. Что, что, а пить научить он умел хоть кого. Был даже попугай у журналиста, и того он научил пить водку. Правда год назад он умер, то ли от голода, то ли от водки..., но пару слов матерных, перед смертью, успел выдать в адрес журналиста.
– Когда я стоял перед монитором, то нажал на клавиатуре код..., а отчет времени продолжил идти..., - отставил стакан Безголовый - ..., и я напугался. Я подумал, что сейчас Бог накажет за эту мою попытку изменить мир! И вот тогда я вспомнил, что зациклил пароль с аварийным выключателем..., надо же как глупо...
– Глупо точно!
– согласился Михаил, опять наливая в стаканы.
– Если бы я один тут был, то все бы решилось сегодня, и без вариантов! Миша, я благодарен, что вы были со мной! А ведь могли сразу бежать от дома подальше...
– Я просто ступил..., но сейчас не об этом..., мы то здесь, и за это надо выпить!
– с улыбкой поднял свой стакан журналист.
– Да Миша, за жизнь!
– на этот раз, Гаврилыч проглотил одним глотком и смачно откусил огурец.
– Ну и что теперь? Машина времени не запустится больше?
– набрал смелости, для этого вопроса, Михаил, после того, как дыхание восстановилось от проглоченного самогона.