Все еще будет
Шрифт:
— С самого н-начала, — заикаясь, отвечаю я.
— Тогда слушай, — он ненадолго замолкает, видимо ещё раз думает, стоит мне рассказывать эту тайну или нет. — Когда я пошёл служить в армию, всё пошло не так. Пацаны меня не приняли, стали шпынять, обзывать. Я, конечно, давал им отпор, но одному всегда трудно. Но мне повезло, меня приметил командир и тут же взял под свою опеку. Потом мы с ним подружились, если это можно так назвать. Он взял меня в своё дело, бабки полились рекой. Потом его дочка глаз на меня положила. Втрескалась по самые уши. Ну а мне это на руку, такая перспектива наклёвывается. И если бы не Андрей, всё было бы замечательно. Но он и ещё несколько
Я слушала его и не могла поверить в то, что всё это совершил мой Лёша. Тот, кого я так сильно любила, тот, от кого родила дочь. Тот, с которым я хотела связать свою жизнь.
— И что потом? — спросила я, ведь то, что он рассказал, было только частью большой и запутанной истории.
— Потом я начал жить за Андрея. — Коротко ответил он.
— А твой отец, как ты о нём узнал? — не могу понять я.
— Мне попалась папка командира, в которой он собирал досье на всех, кто был в деле. Вот там-то я и увидел данные о моём отце. — Честно признался он. — Надо же, у меня был богатый, обеспеченный отец. А я всю жизнь жил в нищете!
— А твоя мама? Её тебе не жалко? — не понимала я. — Она же не смогла пережить твоей смерти. — Пыталась я призвать его к совести.
— А она меня пожалела, когда отца скрывала? — сверкая глазами полными злостью, спросил он. И эта злость сейчас была адресована не мне, а его матери. — Причём богатого и обеспеченного отца. — Уточнил он.
— Но её можно понять, — вступилась я за Антонину Петровну, — он предал её, бросил беременной, ушёл к другой женщине, которая была богаче и перспективнее. Ни она, ни ты ему не были нужны.
— И что? Я-то тут при чём? — не понимал он.
— Но она всё делала для тебя! — стояла на своём я. — Ты никогда ни в чём не нуждался. У тебя было всё!
— А могло быть больше! — стоял на своём он, тогда я поняла, что у него своё, чётко сформированное мнение, и изменить его уже никто не сможет. Да и не нужно этого делать, тем более теперь.
— И тогда ты решил отыскать отца? — вернулась я к этому вопросу.
— И нашёл! — признался он. — Естественно никак сын, а как сослуживец Алексея. Мол, так и так, у вас сын был. А он мне, мол, он знает, недавно выяснил это. Но сын его был преступник, и ему за него стыдно. Он, мол, жизни спасает, а сын эти жизни рушил. Но потом добавил, что одно хорошо дело он всё же успел сделать, это дочь. И проболтался, что, мол, всё им и оставит. То есть тебе и Марине. Вот тогда-то в моей голове и созрел план.
— Ты к его гибели имеешь отношение? — снова спросила я, понимая, что с каждым разом мои вопросы становятся всё опаснее и опаснее для меня, ведь Андрей даёт на них ответы.
— Имею, — чистосердечно
— Но за что ты так со мной? С нашей дочерью? — не могла понять я.
— А какое ты имела право на это наследство?! — спросил он меня, и сам же ответил. — Правильно, никакого. Была бы ты другой, можно было бы нам всё это вместе замутить. Но ты ведь правильная, ты бы никогда не приняла меня таким. Поэтому я пришёл к Ларисе. А эта дура и рада стараться. Она же в меня давно влюблена была, и крутила со мной за твоей спиной. Только вот она родить не решилась тогда, а ты родила.
— Господи, Лёша, ты же никогда не был таким? — обратилась к нему я. — Что с тобой стало?
— Я всегда был таким, — признался он, — а то, каким я был для тебя, так это чисто твои фантазии. Ты сама меня придумала. Вы обе меня придумали! — он злорадно рассмеялся.
— И что теперь ты собираешься делать? Будешь заставлять меня вступить в наследство? — задала я прямой вопрос.
— Умная девочка! — похвалил он меня. — Завтра же мы все вместе поедем к нотариусу.
— А потом? Что потом? — снова спросила я.
— А потом каждый из нас пойдёт своей дорогой! Ты своей, а мы с Маришкой своей.
— Что? — не могла поверить я, то есть он не собирается возвращать мне дочь.
— А ты что, думала, что я верну тебе дочь? — после этих слов, он нагло рассмеялся.
Алексей
Нам удалось пробраться в тот склад, где были Никитенко и Лиза. К тому времени уже разразилась гроза. Тяжёлые капли дождя стучали по железной крыше, создавая шум. Поэтому он нас не заметил. В этот самый момент Лиза и Андрей разговаривали.
Андрей был уверен, что они здесь одни, поэтому чистосердечно изливал душу. Говорил он громко, и его слова разлетались эхом по зданию. Его было хорошо слышно, несмотря на шум дождя.
То, что он рассказал, повергло нас всех в шок. Как оказалось, это был вовсе не Андрей Никитенко, а Алексей Стрелецкий. И он не погиб в тюрьме, а умело поменялся с Андреем местами.
Всё это никак не укладывалось у нас в голове. Неужели человек способен на всё то, что он натворил? Как можно пройтись по жизни человека катком, но и не только не жалеть об этом, а быть довольным этим.
У него была огромная сумма денег, которую он получил незаконно. Но этого было ему мало. Он захотел ещё больше. И сейчас, несмотря на то, что его разыскивает вся полиция Москвы, он готов рисковать ради денег.
Разве деньги стоят того, чтобы разрушить столько человеческих жизней?
Елизавета
Теперь я понимаю, что Стрелецкий не отступится просто так. Он всё равно, любыми способами постарается получить эти деньги, чего бы ему это не стоило. И я готова ему их отдать, но только если он вернёт мне Марину.
Я было уже собираюсь сказать ему об этом, как вдруг замечаю далеко за кучей хлама омоновца, Арсения Петровича и Лёшу. Арсений Петрович показывает знаком, чтобы я оттолкнула Андрея, а сама бросилась бежать.
— Как? — задаю я вопрос Стрелецкому. — Как ты мог так со мной поступить? — повторяю снова, а потом что есть силы, толкаю его.
Дальше всё как в замедленной съёмке. Омоновцы бегут к Стрелецкому, я пытаюсь скрыться, ко мне бежит муж. Ещё мгновение и лже Андрей окажется в руках полиции, но в этот момент он выхватывает пистолет и стреляет в мою сторону. Муж до меня добежать не успевает, зато успевает Виктор…