Всё для тебя
Шрифт:
— Да и с Финского залива дует! — капризно заявила она.
Таким образом претенденты отпали, а других пока не было.
Анна пыталась не раз уезжать на дачу. Но это нисколько не развеяло ее уныния. Одинокий двухэтажный дом среди шумящих сосен и ледяные волны Балтики наводили еще большую тоску.
«Образ Эдуарда меня не покидает, наоборот — все больше и больше мучает. Неужели наша встреча была случайной? Никто не дарил мне таких ночей до него. Мы понимали друг друга с полуслова! Эдуард, как мне вернуть тебя? — Анна вздыхала. —
Театр готовился к премьере. Оставалось всего несколько репетиций. Афиши пестрели на всех перекрестках. Слово «Фауст» не сходило у артистов с уст.
Анна полностью отдалась работе. Временами замечала, как изменилась Катерина.
«Стала не такой общительной, какой-то напыщенной. И откуда столько важности? Всем своим видом старается показать, что у нее есть большая тайна. И ведь ни перед чем не остановится, пока своего не добьется!»
На одной из репетиций Анна заметила, что Катерина особенно взволнована.
— Матильда в панике! — шепнула она Анне в перерыве. — Ее племянник должен был приехать два дня назад, но его до сих пор нет. Один банкир заказал ему портрет сказочной женщины, и Эдуард в поисках молодой красавицы.
— Вот почему ты так загадочна все это время?
— Да, — Катерина засмеялась, выставив грудь и качнув бедрами. — А я ничего, правда? Могу поспорить с его брюнеткой?
Анна почувствовала, как на нее нахлынула обида.
— Ты действительно очень симпатичная девушка. Желаю тебе удачи!
Чтобы не выдать слезы, навернувшиеся на глаза, Анна отвернулась и скрылась за кулисами.
Наступил долгожданный день премьеры.
Зал был забит до отказа.
За пять минут до начала спектакля в гримерную Анны забежала Матильда.
— Анна, почему ты не появляешься у меня все это время? Эдуард звонил из Парижа несколько раз и приглашал тебя к телефону.
Анна зарделась.
— Сегодня со своей сестрой Жаннет он будет на премьере!
— С сестрой?!
Анна готова была разрыдаться.
Матильда обняла ее, выдохнув дым.
— Жаннет его сестра?!.. — переспросила Анна. — А я думала…
— Он любит тебя, глупышка! — попыталась успокоить ее Матильда.
У Анны закружилась голова.
«Неужели я вновь обрела счастье?! Мой Эдуард! Ты снова со мной!»
— Маргарита! Где Маргарита? — голосило театральное радио за кулисами. — Маргарита! Твой выход!..
Анна
Она блистала!
Голос ее лился как никогда! Она поражала зрителей своей красотой, артистичностью. Когда-то закрепленное на сцене первенство теперь подтверждалось с новой силой, и все ценители вокала были у ее ног.
После того, как закрылся занавес, в зале началось нечто невероятное. Публика повставала со своих мест. Овациям не было конца. Едва занавес снова открылся, цветы посыпались на сцену сплошным потоком. Анна сдержанно кланялась, ослепительная улыбка сияла на ее лице, а сердце выстукивало: «Э-ду-ард!»
За кулисами стояла толпа поклонников. Они забрасывали ее цветами, просили автограф, но Анна видела только одного человека.
Эдуард стоял неподалеку от толпы с огромным букетом разноцветных роз и улыбался.
Наконец ей удалось пробраться через толпу возбужденных поклонников к тому, о ком она думала все это время.
Эдуард подхватил ее на руки, вынес на улицу и усадил в машину.
— Теперь ты от меня никуда не убежишь! — сказал он, целуя Анну.
Они стремительно мчались по шоссе.
Огни засыпающего города остались далеко позади.
Они хотели быть вдвоем, только вдвоем, — это был их самый большой праздник.
Остановив «мерседес» у своего загородного коттеджа, Эдуард на руках внес Анну прямо на третий этаж.
— Сегодня фейерверк будет подаваться прямо в постель! — торжественно заявил он.
Анна, такая уставшая и одновременно счастливая, возлежала на софе, как Клеопатра перед ожиданием сладостной ночи.
Люстра с лампочками-свечками переливалась множеством разноцветных огоньков, отбрасывая мягкие тени на матовые бордовые стены. Легкая музыка доносилась из встроенного в стену магнитофона.
Эдуард достал из бара бутылку французского шампанского. Фрукты, орехи, шоколад уже лежали на столе. Откупоренное шампанское фонтаном ударило в легкую ткань, окутывающую их любовное ложе.
Они громко рассмеялись.
— Я люблю тебя, моя Примадонна! — прошептал он, целуя ей руки. — Ты самая восхитительная! Я поражен тобой!
Они не могли насмотреться друг на друга.
— Не понимаю, как между нами могло произойти такое недоразумение?!
— Я ничего не помню, — ответила Анна. — Я люблю тебя!
Эдуард погасил свет и зажег свечи.
От прикосновения его рук Анна застонала. Он аккуратно снимал с нее платье. Целуя ложбинку на ее шее, расстегивал кружевной бюстгальтер.
«Я никому его не отдам! — думала она, обхватив плечи Эдуарда. — За то, чтобы это мгновение не кончалось, я готова отдать все на свете!»
— Мы всегда будем вместе? — спросил Эдуард, переведя дыхание.
Анна утвердительно кивнула.
Свечи давно погасли, но горел огонь страсти и оба наслаждались этим огнем до утра.