Все дальше и дальше

Уэлфер Сью

— Красиво.

Сара оглянулась и увидела Лео Бэннинга, который наблюдал за ней сквозь большие двойные двери, ведущие в застекленный атриум.

— Безусловно, — с улыбкой ответила она. — И все это работы местных жителей. Невероятно.

— Вам нужна помощь?

Она покачала головой.

— Не думаю. Я должна забрать пару коробок со стаканами из винного магазина по пути домой, но в остальном все под контролем. По крайней мере, мне велели так отвечать.

Он засмеялся и засунул руки в карманы пиджака.

— Вам здесь нравится?

Сара

кивнула. Ей казалось, что он тянет время, стесняется, будто хочет сказать кое-что еще. Она изогнула бровь и спросила:

— И?

Лео скорчил гримасу и понизил голос.

— Мне нужно поговорить с вами, Сара, но я не знаю, с чего начать, и, кажется, я выбрал неподходящее место. Дело в том, что ходят слухи… — Он замолк. Она никогда не видела Лео таким смущенным и сама сильно покраснела. Что же он слышал и, хуже всего, чему он поверил? Но прежде чем она успела заговорить, Лео продолжал: — Это очень тяжело. Я только хотел сказать, что мой интерес к вам не более чем отеческий. Забота покровителя, и ничего больше.

Сара моргнула. Она была сбита с толку.

— Что? Я не понимаю, Лео.

Лео махнул рукой, будто надеясь все объяснить этим жестом, и произнес:

— Дело в том, что кое-кто позвонил епископу и доложил о наших с вами отношениях. — Он помялся с ноги на ногу и ослабил воротничок. — У меня нет намерений компрометировать ваше положение здесь, Сара. Вы должны понимать, что оказались здесь благодаря вашему таланту, а не моему влиянию. Я вообще не собирался ничего говорить, но сегодня утром мы беседовали с Адамом — Адамом Грегори — и… Ну, в обычных обстоятельствах я вряд ли стал бы придавать значение слухам, передавая их из уст в уста, но, поскольку эти сплетни могут повлиять на ваше новое положение, хочу заверить вас, что вам не о чем волноваться.

Лицо его стало малинового цвета, но Саре от этого было не легче. И вдруг, очень медленно, словно следуя приливной волне, до нее стало доходить значение его слов.

— Кто-то звонил епископу по поводу нас с вами? Нас с вами? — Она старалась скрыть изумление, чтобы не оскорбить его.

Лео пристально посмотрел на нее.

— Вы что, ничего не слышали? О боже, извините. Я-то думал, вы знаете. — Он опять поднял руку, на этот раз выражая извинение. — Простите. Теперь я совсем не знаю, что сказать.

Лео поспешно отгородился стеной смущения, и она небрежно махнула рукой и изобразила на лице подобие улыбки.

— Я много чего слышала. Но до настоящего момента и не подозревала, кто мой тайный любовник. — Она рассмеялась: смех вышел еще менее убедительным, чем улыбка.

Он широко раскрыл глаза и произнес:

— Я не знаю, что сказать.

— Не думаю, что вы можете что-то сказать. Я очень благодарна за вашу заботу, Лео, хотя не уверена, что мы можем что-то предпринять в этом отношении. Думаю, самым мудрым решением было бы вести себя так, как и до сих пор. — Она замолчала на случай, если у него возникнут другие предложения, и вздохнула с облегчением,

когда он ничего не ответил. — Мне пора, увидимся вечером.

Лео не сдвинулся с места. Сара посмотрела на него, и, к ее ужасу, глаза ее наполнились слезами. Глаза Лео выражали столь искреннюю симпатию, что она не выдержала.

— Мой человеческий инстинкт, — проговорил он низким, ровным голосом, — подсказывает мне, что нужно вас обнять, но думаю, в сложившихся обстоятельствах это было бы несколько неразумно.

По щеке Сары скатилась одинокая слеза.

— В моей жизни сейчас так все запуталось, — сказала она. Она едва сдерживала резкий, напористый поток эмоций, грозивший вырваться на поверхность. — Спасибо, что вы все мне рассказали.

— Жаль, что мое признание лишь усложнило ситуацию. Если вам хочется поговорить… — Он оставил приглашение открытым.

Сара заметила, что он немного расслабился. В роли пастыря он явно чувствовал себя более комфортно, чем в роли тайного любовника.

— Спасибо.

Лео улыбнулся.

Бегом возвращаясь в фойе, Сара думала лишь об одном: Лео говорил о ней с Адамом Грегори. Ей было любопытно, о чем они беседовали и знают ли они о другой сплетне. Подумав о Крисе, она невольно посмотрела на часы.

Лиза обещала забрать Чарли из школы и теперь Саре оставалось лишь поехать домой, забрать стаканы, не спеша принять приятную ароматическую ванну, потратить кучу времени на прическу и макияж и погладить платье.

У главного выхода Сара потянулась, чтобы разогнать напряжение в животе, ступила на солнцепек и решила в течение следующих нескольких часов сосредоточиться и не думать о признании Лео. Через пару секунд Сара улыбнулась и встряхнула головой. Неужели кому-то могло прийти в голову, что Лео ей интересен? Ей всегда казалось, что он или голубой, или принял обет безбрачия, а возможно, и то, и другое.

Тем временем в Хэйрхилле Дженни Бек приняла душ и, как и Сара, тщательно продумывала свой наряд. Она порылась в шкафу в поисках чего-нибудь удобного, не слишком откровенного для прогулки, но со скрытым и многообещающим сексуальным подтекстом. Что-нибудь вроде платья на молнии спереди. В глубине шкафа, под вечерним платьем, она нашла именно то, что ей было нужно.

Примерно в половине седьмого Дженни планировала залечь в засаде в конце улицы, на которой жил Крис. Времени было еще навалом.

Джек уже был у нее, и, раздавая мороженое и кока-колу, ей удалось развернуть разговор на сто восемьдесят градусов и выяснить, в какое время папы — и особенно папа Джека — обычно приходят домой. Похоже, в последнее время Крис задерживался на работе.

Дженни ослабила пояс банного халата и слегка подушилась за ушами, под коленями и в теплой ложбинке между грудей, прежде чем проскользнуть в платье на молнии. Оглядела себя в зеркале и расстегнула молнию еще на дюйм, решив, что не мешает немного приоткрыть бюст, раз фигура позволяет.