Врушечка
Шрифт:
— Потому что вас действительно бросили?
— Вы дико догадливый, — проворчала Настя, разодрав обертку маленькой шоколадки, которую официант положил на ее блюдце. Это был так называемый «комплимент» от заведения.
— И вы хотите, чтобы я стал вашим мужем, — сообразил Янис.
— Вот именно! Это не потребует от вас особых усилий. Придете, поболтаете с моим боссом о том, о сем… Поедите, в конце концов!
— Знаете, фирма мне хорошо платит, так что я, в отличие от вас, не бедный. И на тусовки за бесплатными
— Там будут красивые незамужние девушки, — продолжала соблазнять Настя. — Одна так просто модель. Вы в обморок упадете. Конечно, я не знаю, интересуют ли их интрижки… Но пофлиртовать всегда можно. Что за жизнь без флирта, верно?
— Я согласен, — сказал Янис.
Сказал он это как-то так, что сразу стало ясно: флирт и интрижки его мало интересуют, что бы он там ни говорил.
— Почему? — удивленно спросила Настя, не ожидавшая столь быстрой капитуляции.
— Ну… Мне вас жалко. Вы какая-то несчастливая. А во мне очень силен инстинкт защитника.
— Я несчастливая?! — изумилась Настя. — Почему вы так решили?
— Не знаю. Мне кажется, это написано у вас на лбу. — Не дав ей вставить ни слова, Янис продолжал: — Так, значит, я буду играть роль вашего мужа. А кто у вас муж?
— Знаменитый археолог. Кстати, он немец. Его зовут Отто фон Швентке.
— Ага. Только учтите: я совсем не разбираюсь в археологии.
— Это не страшно, — махнула рукой Настя. — Вам ничего и не нужно знать. Потому что босс думает, что мой муж — знаменитый композитор.
— С чего он это взял? — озадачился Янис.
— Ну… Это долгая история. Я однажды случайно соврала, а дальше все покатилось… Теперь приходится все время эту ложь поддерживать. Знаете, это прямо как у Лопе де Вега: «Кто раз умеет обмануть, тот много раз еще обманет». Вот уж истинная правда.
— Может быть, мы завтра встретимся и порепетируем? — спросил Янис, когда они уже возвращались домой. — Я накормлю вас обедом. Или даже завтраком — вы ведь себе ничего не купили на завтрак.
— Утром я пью только чай. И вообще, — Настя с подозрением посмотрела на своего спутника. — Мы договорились не заводить интрижку. Вас ждет ваша Маша.
— Знаете, я соврал, — признался Янис. — Она меня совсем не ждет. Она меня бросила.
— Почему?!
— Я немолодой, у меня двое детей… С женой я развелся, а с детьми-то нет. И у меня, как заявила Маша, пессимистический взгляд на мир. А она не терпит рядом с собой пессимистов.
— О чем же она думала, когда прибирала вас к рукам?
— Она думала, что рядом с ней я стану веселее.
— Честное слово, если бы я не была так сильно влюблена, — призналась Настя, — я бы закрутила с вами роман.
— Это вряд ли, — хмыкнул Янис. — Вы ведете себя со мной, как сестра. Во мне мгновенно просыпаются братские чувства. И ничего такого, что могло бы меня зажечь. Не обижайтесь, но мы будем друзьями. Я согласен
— Нет, правда, вы пойдете со мной на вечеринку? — обрадовалась Настя, которую вовсе не обидели правдивые и не слишком для нее лестные признания Яниса.
— Пойду. И завтра можете взять меня с собой, если куда-нибудь отправитесь. У меня до понедельника нет никаких дел. Я умираю от скуки.
— Почитали бы книжку.
— Я не люблю читать по-русски. А тот роман, который я захватил с собой, я уже давно прочитал. Дела задержали меня в вашем городе на лишнюю неделю.
— А чем вы занимаетесь? — полюбопытствовала Настя.
— Машиностроением.
— А телевизор у вас в квартире есть?
— Есть.
— Почему бы вам его не посмотреть?
— Фу, — бросил Янис, наморщив нос. — Так какие у вас планы на завтра?
— Я собираюсь ехать к брату в больницу.
— А что с ним случилось?
Настя коротко рассказала Янису, что случилось, и удивленно подумала: «Господи, почему же мне так просто довериться почти чужому человеку, и совершенно невозможно вывалить всю правду на друга детства или мужчину, которого я полюбила? — И сама себе ответила: — Потому что Янис сделает лишь то, что покажется ему приемлемым. А Витька и Игорь попытаются сделать невозможное. И это обременит меня. Что же, выходит, я эгоистка?! Я ради собственных амбиций, ради своей независимости не хочу принимать помощь близких людей? Как все-таки трудно разобраться в самой себе и понять, почему на душе так неспокойно».
— Надо бы припугнуть вашего доктора, — подумав, решил Янис. — Только я, к сожалению, не обладаю устрашающей внешностью. И драться совсем не умею. Но… В таких случаях люди обычно используют хитрость.
— Какую же хитрость мы можем придумать? — удивилась Настя, которая уже всю голову сломала, размышляя о том, как вести себя с доктором Панкрашиным.
— Допустим, я надену черные очки и буду стоять поодаль. Ваш доктор подумает, будто я какой-нибудь секретный агент или мафиози… Ну, что-нибудь в этом роде. И испугается.
Настя представила себе эту картину и скептически поджала губы. Но потом подумала, что других идей все равно нет, и согласилась.
— Только вот еще что. Если я теперь ваш муж, нам нужно перейти на «ты», — напомнил Янис.
Они уже подходили к дому, радуясь тому, что им легко будет расстаться до завтра — ни поцелуев, ни смущения не предполагалось. На улице уже стемнело, и город затихал, продолжая таинственно мерцать, словно шкатулка, наполненная светляками.
— Кстати, раз мы теперь близкие родственники, позвольте спросить: куда подевались ваши волосы? Я видел вас возле почтовых ящиков несколько дней назад, вы были красавицей!