Время скидок в Аду
Шрифт:
Нижняя комната была похожа на римские катакомбы: бесконечные каменные арки и гигантские трубы, будто сделанные из обожженной глины и подсвеченные шаровыми фонарями, которые я уже видел в холле дома. Зрелище было практически обыденное, словно мы находились под станцией метро или каким-то другим урбанистическим сооружением, правда, трубы были вздутыми, а на стенах кровью были выведены слова проклятий — вероятно, кровью рабов или пленных.
— Дыхание подземелья, — сказала Паук сердец, когда я спросил, что переносят эти трубы. — Именно с их помощью работает свет и все аппараты в доме
Видимо, тот самый вулканический газ, которым он так хвалился; бесконечное топливо, которое сделало Комиссара могущественным лордом в этих центральных уровнях Ада.
Теперь я слышал, как сверху доносятся звуки: крики и топот. Я знал, что времени остается немного, так что Паук сердец повела меня дальше сквозь лабиринт туннелей и труб. К сожалению, она не так уж хорошо разбиралась в этом нижнем уровне, так что я начал ходить кругами и из-за этого все больше волноваться. Нилок, должно быть, уже обследует дом и скоро пришлет кого-нибудь и сюда. Расстояния между фонарями становились все больше, и если бы у меня не было факела, я бы точно заблудился.
— Туда! — сказала Паук сердец, когда мы повернули за угол. В конце прохода стояла старинная деревянная лестница, которая вела вверх к вертикальному туннелю. — Этот проход выведет тебя наверх в сад. А там ты найдешь выход и сможешь сжечь мои кости. Тогда я снова обрету свободу.
Слова Паука сердец подкинули мне идею. На полу я нашел кусок отколовшегося камня и поднял его. Вытянувшись как можно выше я разбил им светящийся шар в конце коридора. Потом побежал назад по проходу и быстро разбил еще шаров десять.
— Что ты делаешь? — спросила Паук сердец. — Еще мгновение, и Нилок со своими уродцами доберется сюда. Они разорвут тебя на мелкие клочки. Нельзя больше ждать. Надо уходить отсюда, иначе мне никогда не быть на свободе!
Возвращаясь бегом назад, я слышал, как из разбитых фонарей, шипя, выходит газ. Это был не веселящий газ со странным запахом, но я был более чем уверен, что и этот может нанести мне вред, так что я поспешил к лестнице и полез вверх. Там я обнаружил, что мне преграждает дорогу ржавый железный люк, но он не был закрыт полностью, и я смог его сдвинуть — правда, не без ущерба для моего и так помятого и окровавленного тела демона. Когда я выбрался в относительно ярко освещенный сад, то закрыл крышку люка и сел на нее сверху. Неподалеку из Дома могильных гор доносились громкие крики, и я знал, что времени у меня нет, но, несмотря на укоры и ворчание Паука сердец, я продолжал ждать.
— Он уже идет! Он найдет тебя! Его псы сожрут твои кости… и мои тоже!
Я не обращал на нее внимания. Она была в ярости, но я не двигался.
— Ты просто дурак! Что же ты делаешь? Ты хоть понимаешь, что?..
Где-то вне поля моего зрения скрипнула входная дверь и кто-то начал закрывать засов. Это, вероятно, означало, что Нилок закончил обыскивать дом или же решил, что вряд ли я все еще мог оставаться внутри. В любой момент он мог выскочить со своими рабами и солдатами, и зубастыми уродцами — жутких существ в его доме было полно.
— Предатель! Ты обрекаешь себя на верную смерть!
Когда
Земля затряслась. На мгновение все пространство передо мной засияло от взрыва огненно-яркого света: загоревшийся газ пробился через крышку люка, подняв ее своим порывом высоко вверх, будто налетевший торнадо. Падая вниз, она чуть не ударила меня, приземлившись рядом и зарывшись глубоко в землю; затем земля снова загрохотала, и из половины окон Дома могильных гор вырвались клубы пламени.
Паук сердец была слишком ошеломлена, чтобы говорить, но когда я пополз назад к люку, она начала умолять меня не упустить этот шанс. Я даже не был уверен, что она поняла, что это я устроил взрыв. Языки пламени вырывались из туннеля, будто все катакомбы были полностью в огне. Земля подо мной шумела и тряслась. Когда я поднялся, то увидел, что одна из стен Дома могильных гор обрушивалась вниз каменной лавиной. Из уцелевшей части дома слышались крики. Паук сердец была права: мне не стоило больше здесь задерживаться.
Я снял с плеча связку с ее костями и бросил их в туннель. Я услышал крик Паука сердец:
— Предатель! Ты предатель! Я наложу на тебя…
И затем она замолкла, а ее кости падали все дальше вниз по туннелю — теперь она поняла, что на самом деле происходило.
— Ах! — вздохнула она, словно тонущая женщина, наконец сумевшая вынырнуть на поверхность. Пламя выжгло ее останки дотла, и она ушла.
— Да, я сделал это, — сказал я, хотя вокруг не было других собеседников. — В конце концов, уговор есть уговор.
Я шел прочь от дома, а любопытные очевидны сбивались в сады и к замку Комиссара, в ужасе разглядывая пламя, возвышающееся над Домом могильных гор. В основном это были демоны. Что интересно, ни один из них не спешил на помощь, они лишь смотрели, как рабы Нилока боролись со всепожирающим огнем. Хозяина рабов не было видно, и я не собирался торчать здесь еще дольше, чтобы узнать, выжил ли Комиссар. Я сомневался, что одного из верховных служителей ада может убить огонь. Проблема была в том, что вокруг собралось столько демонов и проклятых, что, когда Нилок выберется наружу в поисках отмщения, кто-нибудь наверняка запомнит, что видел меня.
Один из очевидцев, существо с бесцветной головой свиньи на вытянутом теле, словно у баскетболиста, начал преследовать меня, когда я попытался осторожно выбраться из толпы.
— Эй, ты! — крикнул он. — Ты, раб! Остановись — или я убью тебя!
Моя грязная, опаленная и кровавая нагота казалась достаточным камуфляжем, по крайней мере, для этого идиота. Но увидев его в этом длинном черном одеянии, я кое-что придумал.
— Как наш любимейший Комиссар? — спросил он. — Он в безопасности? Передайте ему, что его верный торговец Троттер осведомлялся о его здоровье.