Время прошедшее

МакАртур Максин

Глава 9

Во сне я преследовала какую-то смутную фигуру, шедшую впереди меня по улице незнакомого города, напоминавшего трущобы Нижнего Сиднея. Над головой, в желтоватом небе, завис корабль инвиди, которого никто не замечает, так как нижняя часть «тарелки» сливается с небом. Хотелось рассказать всем вокруг о пришельцах, но я не могла остановиться: тогда незнакомец впереди исчезнет из виду. В ушах раздается все тот же властный голос Геноита, повторяющий одну и ту же фразу: «И даже смерть не разлучит нас, и даже смерть не разлучит нас…»

Не знаю, что меня разбудило,

но я проснулась, словно меня толкнули. В хижине стояла тишина, лишь под боком тихонько сопел Уилл и подальше, в углу, громко храпел Мердок. С крыши раздавался звук падающих капель, а ветер гонял по улице пустые пластиковые пакеты и железные банки.

Во сне мальчик перевернулся и ударил ногой прямо мне в живот. Я слегка отодвинулась и накрыла его покрывалом. Он вновь резко дернулся и раскинул руки по всей кровати. Мне не оставалось ничего другого, как отодвинуться на самый край и свернуться калачиком. Наручные часы Билла, которые тот положил на корзину, показывали два часа ночи. Нет, слишком рано для прибытия инвиди. Первое май только-только наступило.

Тихонько встав, я подошла к двери и слегка приоткрыла ее. Далекий гул Сиднея в темноте звучал еще более отчетливо. Дневной шум трущоб заглушал многие звуки. Где-то вдалеке низко над землей летали самолеты, по трассам ехали машины. Ночное небо, как всегда, неестественного коричневато-серого цвета, а на горизонте приобретает слегка желтоватый оттенок. Ни одна звезда не искрилась на этом грязноватом ночном полотне. Убогие хижины и шаткие лачуги лишь дополняли унылую картину мира XXI века. Запах открытых канализационных ям наполнял ночной воздух улицы, однако к нему примешивалось что-то еще. На одной из соседних улиц залаяла собака, охранявшая телегу сборщика металлолома, затем еще одна, и где-то вдалеке лай подхватила целая стая бродячих псов. Ночь прорезал лай нескольких десятков по неизвестной причине взволнованных животных. Я посмотрела вверх. Может, в отличие от людей собаки уже чувствуют приближение неведомых ранее человечеству существ?

Раздался чей-то сонный голос, велевший собакам заткнуться, потом доследовало несколько других окриков. Внезапно я поняла, что запах, который поначалу не удавалось определить, – дым. Ветер принес с собой запах гари, и с каждым порывом это чувствовалась все сильнее. В лицо ударило облако пыли и каких-то мелких крупинок. Горячий ветер дул с юго-запада. Едва я повернулась к Мердоку, чтобы разбудить его, кто-то на улице крикнул:

– Пожар!

– Вставай, Билл!

Мердок вскочил и в темноте стал машинально нащупывать брюки.

– Что случилось?

– Пожар, насколько сильный – не знаю.

– Черт, этого еще не хватало!

Билл мгновенно оделся и схватил две бутылки с водой.

– У тебя есть здесь ценности?

– Нет, все основное хранится в офисе Ассамблеи. – Я вытащила из-под кровати ингалятор и начала будить ребенка: – Уилл, вставай, дорогой! Просыпайся!

Шум на улице нарастал, звучали крики людей, так же, как и мы, спешивших укрыться от дыма. Толпа мчалась мимо хижины и направлялась в противоположную от огня сторону.

– Скорее, скорее! – торопил Мердок.

Передав мне бутылки с водой, он поднял на руки сонного ребенка. Выскочив на улицу, я едва не столкнулась с пробегавшей женщиной.

– Откуда идет огонь? – спросил

сзади меня Билл.

Крики слышались со стороны реки.

– Видимо, оттуда! – показала я на юг.

Толпы испуганных людей беспорядочно двигались в разных направлениях. На улице было еще темно, лишь тусклые лампы в окнах немного освещали творившийся хаос. Десятки людей просто бесцельно топтались на месте, не понимая, в какую сторону следует бежать. Лишь единицы определили источник огня. Обрывки услышанных фраз не давали понять, что же все-таки произошло, и я сомневалась, правильно ли мы сделали, бросив хижину и направляясь неизвестно куда.

– Что произошло?

– Пожар уже приближается к нашей улице!

– Неужели они опять разожгли чертов костер? Я же говорил, что буду жаловаться…

– А что там горит?

Я обернулась к Мердоку. Он опустил уже проснувшегося Уилла и теперь крепко держал его за руку.

– А куда мы идем? Там что, настоящий пожар, да? – без конца спрашивал мальчик.

– Не знаю. Может, просто загорелась свалка, но все равно надо соблюдать осторожность!

Двадцать пять лет жизни в искусственной окружающей среде научили меня с большой серьезностью относиться к огню. Я знала, как молниеносно он уничтожает кислород.

– Идите к Левину, а то Грейс, наверное, волнуется! – сказала я Биллу.

– А ты? – строго спросил он.

– Надо пойти в Ассамблею и попытаться забрать телескоп.

Я отдала им одну из бутылок с водой и направилась в другую сторону, однако Мердок преградил мне дорогу.

– Подожди-ка! Нам нельзя разъединяться. Неужели ты не понимаешь, что мы можем попросту навсегда потеряться в этой неразберихе?

– Билл, телескоп – наша единственная надежда вступить в контакт с…

Мальчик удивленно переводил взгляд с меня на Мердока. Сзади бежала новая толпа людей, а вдалеке зазвучал сигнал тревоги.

– Ведь сегодня… У меня не будет времени, чтобы…

– Нам важнее остаться в живых! – закричал Билл, переорав бешеную толпу и грохот вдалеке.

Оглянувшись в другую сторону, я увидела серое облако дыма, плавно поднимавшееся вверх, к ночному небу. Мердок вновь схватил на руки Уилла и слегка подтолкнул меня вперед:

– Пошли!

Я колебалась. Мысли обгоняли друг друга, я перестала понимать, что же следует делать. Проклятие, мы ведь почти достигли цели!

– Знаешь, я проделал столь нелегкий путь вовсе не для того, чтобы потерять тебя здесь, в дурацком пожаре! – зарычал Мердок и подтолкнул меня еще сильнее.

– Мария, пойдем же! – жалобно захныкал Уилл.

Вместе с толпой мы пустились вперед, практически не разбирая дороги. Судя по местности, впереди должен быть поворот на Сильвер-роуд, а от нее совсем близко дом Левина. Господи, Грейс уже, наверное, сошла с ума от беспокойства!

Дым усиливался, невыносимо разъедая глаза и затрудняя дыхание. Напиравшая сзади толпа вынесла нас совсем в другую сторону. Некоторые не разбирали пути и со всех сил бежали к реке, откуда валил дым. Подбежав к очередной развилке, мы остановились в нерешительности. Уилл зажмурил глаза и хныкал. Сандалии порвались, и теперь у меня болели поцарапанные о камни ноги. За спиной болтались тяжелые бутылки с водой. К тому времени, как мы пересекли какую-то большую улицу, жар стал просто нестерпимым.