Время ожидания
Шрифт:
Во всяком случае, если не считать легкой слабости и головокружения, мост он миновал вполне благополучно. Правда, насчет этой самой слабости у Вита были свои предположения. До «разговора» со сфинксами он отчего-то не чувствовал голода, однако сейчас желудок, наконец, заявил о себе, а также о том, что время завтрака давным-давно пришло… и ушло.
«Интересно, а магазины здесь есть? Если есть люди, то должны быть и магазины. А кража еды кражей считаться не может», – размышлял Вит, медленно бредя по безлюдному мосту. В конце концов, еду совсем не обязательно красть. Может
«Но я-то не бомж, – думал Вит. – У меня должен быть здесь дом. Я туда, между прочим, и иду».
Правда, мысли эти были какими-то беспомощными и неуверенными.
Пройдя больше половины моста, юноша не выдержал и посмотрел назад. Сфинксы спокойно возлежали на своих постаментах на набережной, и теперь никакой угрозы от них не исходило.
Скорее, они превратились в то, чем и должны быть – привычную деталь города, такую же, как корабли, стоящие на причале по другую сторону от моста. Собственно, корабли там и были – правда, ни одного современного теплохода Вит так и не заметил. Зато парусников оказалось довольно много. Непонятным образом в их число затесалось несколько колесных пароходов, какие юноша видел лишь в старых фильмах. Пароходы стояли у Английской набережной, и, судя по флагам, которые над ними развевались, это были иностранные суда, хотя Вит не мог понять, откуда именно они прибыли.
Но ничего мистического в них он не заметил.
Вит сошел с моста. Сейчас он был гораздо ближе к дому – по крайней мере, больше таких переходов быть не должно. Теперь он сожалел только об одном – о том, что не расспросил этого странного парня, которого звали Олегом, о том, что опасного может оказаться около Новой Голландии.
Марина очнулась среди ночи. Она открыла глаза, осмотрелась. Это была ее комната. Значит, она уже дома? Но каким образом она сюда попала? И что с ней случилось?
Очень хотелось пить. Девушка выскользнула из-под одеяла, нащупала лежащую рядом, на стуле, одежду. Все вещи были аккуратно сложены.
Стоп, но она их не складывала. А добиться такого от сестры было принципиально невозможно.
Девушка накинула кофту, надела джинсы. Каждое движение давалось ей с трудом. Почему-то очень сильно кружилась голова, а по всему телу разлилась отвратительная слабость.
Марина протянула руку к шее. Хрустальная капелька по-прежнему висела на цепочке, ничего с ней не случилось.
Девушка осторожно, держась за стены, вышла в коридор.
Из комнаты сестры не доносилось ни звука, что было очень подозрительно – обычно магнитофон у Алки врубается на всю ночь. Ей, видите ли, просто так не заснуть. И хоть бы слушала что-нибудь приличное – так ведь нет! Разные рэпперы – это в лучшем случае. Даже Земфира казалась сестре занудной и заумной.
В окно кухни просвечивал тонкий серп рождающейся луны, зависшей над их двором-колодцем. Почему-то эта картина – такая знакомая и привычная – неожиданно встревожила девушку. Она решила,
Марина набрала воды из-под крана, жадно прильнула губами к стакану. Почему-то ее руки мелко дрожали. К тому же, здесь было ужасно холодно – настолько, что она пожалела о том, что не завернулась в одеяло.
Она отставила в сторону пустой стакан. Теперь надо было добраться до своей комнаты.
В прихожей у Марины сильно закружилась голова. Она ухватилась за стену перед стоящим зеркалом. Что-то блеснуло, и только теперь девушка поняла, что в зеркале отсутствует ее отражение. Она глухо вскрикнула и стала оседать на пол, озираясь вокруг. Это была не ее прихожая! Все вещи поменяли положение, стоявшая неподалеку ширмочка оказалась расписанной какими-то черными полосами, которые сейчас медленно складывались в нечеловеческое лицо.
Марина вдруг вспомнила все – свое возвращение домой, встречу с непонятной парой, преследовавшей ее… Она снова закричала, рванулась к своей комнате… и кошмар тут же закончился.
В прихожей загорелся свет, а из комнаты сестры выскочила девица в черном, – та самая, которую Марина видела перед тем, как потеряла сознание. Марина хотела спросить, что она тут делает, в ее квартире – и не смогла.
Девица проворно подскочила к Марине, подняла ее, что-то крикнула своему приятелю, который, оказывается, тоже был здесь.
Пришла в себя Марина только минут через десять, лежа в постели.
Она слышала, как парень с застывшим взглядом что-то выговаривает своей подруге.
– …ты думала?! Да у нее же сейчас самый опасный период! Ее нельзя оставлять одну!…
– А сам-то что? Был бы тебе от твоего разлюбезного Сергей Викторовича такой разнос!
– А ты Сергея Викторовича всуе лучше не поминай! – серьезно сказал парень. – Марина, ты меня сейчас слышишь? – обратился он к девушке.
Та хрипло произнесла:
– Да… А где Алка?
– А сестру твою мы отправили в клуб на всю ночь. Мешала она очень! – вступила в разговор девица. – До чего душная!
– Завтра же сделаем ей путевку – и пускай проваливает недели на две куда-нибудь на Золотое Кольцо. А вообще она считает нас какими-то дальними родственниками – ужасно богатыми. Вот и пускай… – ухмыльнулся парень.
– А деньги? – Марина, даже находясь почти в бессознательном состоянии, не утратила некоторой доли здравого смысла.
– Об этом не беспокойся. Фирма все оплатит, – заявил парень. – Да я бы и сам заплатил, чтоб твоей сестрицы подольше не слышать.
– Да вы… вы кто такие?… – наконец-то задала Марина главный вопрос. И получила уклончивый ответ:
– Говорю же – друзья. Узнаешь обо всем в свое время. В общем так, Марина Крутицкая – ты случайно получила одну опасную вещь. Вот этот кулончик, который у тебя на шее, – парень слегка улыбнулся.
– Случайностей на свете нет, – возразила его подруга.
– Не суть важно, – парировал парень.
– А если его снять… – Марине страшно не хотелось расставаться с прекрасной вещицей, но в душе она понимала, что действительно получила кулон случайно, что он ей не принадлежит.