Время «мечей»
Шрифт:
– Дополнительные инструкции? – тон выровнялся – теперь это был обычный деловой вопрос.
– Нет. Со сто двенадцатым связи не было, и мы ничего не уточняли. Так что готовьтесь к импровизации. Знак к открытию огня тот же.
– Принял!
– До связи!
Горный Дагестан
Дорога к границе заняла не меньше четырёх часов. Дождь закончился, но влага пропитала воздух так, что каплями оседала на лице и одежде. Из-за густого тумана тропу было видно не далее тридцати метров. Шли молча, прислушиваясь
«Лишь бы выше была хорошая видимость», – подумал Шаура. Он остановился, снял рюкзак, достал свитер и надел под куртку.
– Где-то здесь нас обстреляли, – сказал он, застегиваясь. Изо рта у него шёл пар.
– А тайник близко? – поинтересовался Мухаммад.
– Час ходьбы, может, полтора. Там площадка над обрывом и скала торчит.
– Так чего ты здесь переодевание устроил? Ждёшь опять пограничников?!
– Холодно. Да и отдышаться надо… Здесь кислорода мало…
– Дойдём, там и отдышимся!
Шаура с усилием вскинул на спину рюкзак, и они пошли дальше. Минут через сорок выглянуло солнце, стало немного теплее. Сзади клубились рваные клочья тумана, впереди искрились на солнце снежные хребты. Такая картина всегда поднимает настроение. Тем более, что ясная погода обещает ему спасение… Он ускорил шаг и даже принялся насвистывать свою любимую песню про полковника спецназа, но тут же оборвал свист: вдруг Мухаммаду она известна! И хотя вероятность этого была ничтожно мала, но когда на кону стоит выстрел в спину, и ее следует учитывать…
Но Ханджар, конечно, не знал мелодий, которые поют российские спецы. Да и думал он сейчас совсем о другом. Появилось предчувствие, что поход увенчается успехом и вскоре он возьмет в руки взрыватель. Вертолет наготове и прибудет за полчаса, останется установить фугас и улететь… Завтра, скорей всего, будет готова «точка 3», и тогда «Большая дуга» опрокинется на проклятых кафиров… А его имя навсегда войдет в историю джихада!
Идти в гору по усыпанной камнями мокрой тропинке было трудно, а когда начнется снежный покров, станет еще тяжелее. Ребристые подошвы ботинок то и дело скользили, рюкзаки тянули к земле, тренированные тела с трудом сохраняли равновесие, хотя каждый из них оступался, а иногда и падал на руки. Под куртками и свитерами стало жарко, они ощущали бегущие по телу струйки пота.
Наконец Сосо остановился, жадно глотая ртом холодный, бедный кислородом воздух.
– Пришли, – с трудом вымолвил он, стараясь успокоить дыхание.
Они стояли на небольшой площадке, прямо над ними нависала острая скала – с одной стороны – черная, с другой – серая…
– Где?
– Наверху!
– Где «наверху»?! – раздраженно спросил Мухаммад. – Показать не можешь?!
– Да вот она, на гнилой зуб похожа, – кивнул головой в сторону скалы Сосо. – У меня уже руки не поднимаются и ноги не идут…
– Ничего, недолго осталось, – двусмысленно сказал Мухаммад и недвусмысленно качнул стволом автомата. – Давай, вперед!
Оскальзываясь на крутой тропинке, они поднялись к следующей площадке. Ханджар по-прежнему шел сзади, контролируя каждое движение своего спутника. И тот чувствовал спиной ледяной взгляд беспощадных глаз. Здесь
– Давай, доставай! – Ствол автомата коротким движением подтвердил приказ.
Оружие висело у Ханджара на плече, а рука лежала на рукоятке. У обреченного грузина автомат болтался за спиной, рядом с рюкзаком, и у него не было никаких шансов быстро им воспользоваться.
– Быстро и без шуток!
Скалу рассекала вертикальная трещина – широкая внизу, она постепенно сужалась кверху. Сосо подошел, засунул руку в щель на уровне своей головы и стал шарить внутри, постепенно опускаясь вниз. Ханджар напрягся и положил палец на спусковой крючок. Он знал много случаев, когда вместо денег, бриллиантов или ценных документов жертва выхватывала взведенный пистолет и мигом меняла расстановку сил.
Но Сосо не собирался ничего менять. Несколько дней назад он сам сделал здесь закладку и точно знал, что она внизу, но изображал приблизительное знание. Внимательно исследуя трещину, он уже у самой поверхности нащупал холодную ткань и радостно воскликнул:
– Есть! Нашел!
– Стой! – приказал Мухаммад. – Медленно вынул, оставил на земле и отошел!
Сосо выполнил команду в точности – осторожно извлёк брезентовый свёрток, положил на сугроб, выпрямился и сделал несколько шагов назад. Мухаммад подошел, присел, не спуская глаз с напарника, развернул брезент и облегчённо вздохнул: кажется, все в порядке! Но внешне не выказал радости. Взяв в левую руку блестящий стержень, правую он по-прежнему держал на спусковом крючке. С автоматом за спиной грузин не имел ни малейшего шанса опередить его выстрелом. Про нож в рукаве он не знал, как не представлял и того, сколь виртуозно Сосо им владеет. И, конечно, сейчас он бы с удовольствием воспользовался своим умением, потому что ниточка, на которой висела его жизнь, с этого момента превратилась и вовсе в паутинку. И напротив, жизнь Мухаммада надежно держал стальной трос под названием ядерный фугас!
– Вот теперь можно и передохнуть! – сказал он и, отбросив брезент в сторону, спрятал блестящий стержень во внутренний нагрудный карман.
Потом из разгрузочного жилета вынул GPS-навигатор, всмотрелся в экран, покрутил головой, оглядываясь по сторонам… Нагромождение камней и заснеженных скал не похожи на привычную раскраску карты, поэтому он вынужден был в очередной раз обратиться к грузину.
– Как отсюда пройти туда, где вы груз оставили и ждали Азата? – спросил он.
– По этой тропе вверх и чуть левее. Ещё с час идти к леднику. Там, наверное, уже Грузия. Туда! – на этот раз рука поднялась и точно указала правильное направление.
Это был условный знак, обратный билет из не стоящей и гроша шкуры наемника Сосо в полную риска, но привычную жизнь подполковника Шауры. Билет был предъявлен своевременно: лицо Мухаммада напряглось, как всегда перед убийством, палец плавно стал нажимать спуск.
– Ду-ду-дух!
Но это была не его очередь! Пули, рикошетируя с противным визгом, пересекли поперёк трещину-тайник, оставляя едва заметные белесые отметины на черной тверди гранита. Одна пуля свистнула совсем рядом, от неожиданности Ханджар даже присел.