Время «мечей»
Шрифт:
– Завалить его? – спросил Абрикос, доставая свой АПС.
– Чем он тебе мешает? – хмуро буркнул Оловянный. И махнул рукой:
– Ничего не надо, отец, едь дальше…
Но тот уже и сам понял, куда попал. Он попятился, потом бегом вернулся к автомобилю и, рванув с места, резко набрал скорость.
– Сейчас позвонит… – как бы оправдываясь, сказал Абрикос.
– Пусть звонит!
Оловянный снова подошел к лежащей на обгорелых дисках «Приоре». Долго стоял, глядя на открытую переднюю дверь. Нападавшие знали, кто едет рядом с Мусой. И сделали контрольный выстрел…
Это понимали и его
– Вот, Руслан, это тебе талисман будет, – он поднял над головой найденную гильзу. – Она для тебя была заготовлена!
– Ну-ка, дай…
Сапер покрутил длинный цилиндрик с коротким дульцем и кольцевой проточкой, рассматривая его со всех сторон.
– Никогда такой не видел… Тяжелая… Глянь, Руслан!
Оловянный взял гильзу, поднёс к лицу, понюхал, протянул обратно.
– Я тоже не видел. Потом разберемся. Картина ясная… – И громко, уже для всех, объявил: – Уезжаем!
Все заняли свои места, и четыре черных джипа солидной колонной двинулись в обратный путь. Они были призваны внушать уважение и страх, но сейчас все сидящие в них понимали: если на пути встретится неведомая таинственная сила, которая мгновенно расправилась с их товарищами, то она вряд ли испугается. Скорей, так же быстро и жестоко расправится и с ними… Это было непривычно. В машинах царили растерянность и страх.
– Слышь, Аваз, ты сообщи Вагабу, что мы обратно меняемся, – тихо проговорил Оловянный. – Пусть пригоняет нашу «девятку», а свой джип забирает… Скажи, где он стоит…
– Так он же это… Негожий, – растерянно сказал Абрикос. – Ты же видел – его не восстановишь…
– Это его проблемы! Он же нам тоже крышу помял…
Сапер рассмеялся.
– Классно придумал, командир! Представляю его рожу!
Абрикос тоже улыбнулся. Настроение у них несколько поднялось.
– Придётся тебе, Аваз, побыть за водителя, – сказал Оловянный. – Пока замену не найдём.
– Да, такого, как Муса, трудно будет найти, – вздохнул Абрикос.
– Что скажешь, Сапер? – спросил Оловянный, и можно было подумать, что он интересуется перспективой подбора нового шофера. Но речь шла о другом, и Сапер его прекрасно понял.
– Спецы сработали. Классные спецы. На чём приехали-уехали – непонятно. Следов нет… Точнее, слишком много следов, дорога же днём оживлённая… Но их никто не видел… Откуда они – тоже непонятно! Но не простые – ясно… Посмотрим ещё, от чего эта гильза…
– Пожалуй, так оно и есть… – хмуро согласился Оловянный. – Но мы об этом никому говорить не будем. Будем думать, что это Абу-Хаджи сделал. И ответ подготовим…
– Как скажешь, Руслан, – кивнул Абрикос.
– Как скажешь, – эхом повторил Сапер.
Иначе и быть не могло. Вольнодумство в джамаате, мягко говоря, не поощрялось.
– Куда едем, Руслан? – спросил Абрикос.
– Давайте ко мне, – вмешался Сапер. – У меня спокойно, пересидим пару дней, соберем информацию… Я барашка зарежу, шашлык сделаем…
– Правильно, давай к Саперу! – согласился Оловянный.
– Только пусть он мне сметаны с творогом достанет, – попросил Абрикос. – Я на мясо смотреть не могу.
Но до шашлыка дело не дошло. Усталость была настолько сильной, что,
Сапер проснулся первым. Ему не терпелось разобраться с незнакомой гильзой, и он пошёл в сарай, превращенный в мастерскую. Гильза была действительно тяжелей обычной, судя по всему, у нее были толстые стенки. Зачем? И зачем в ее дульце торчит какая-то плашка с пупырышком? Он не знал, что это пыж-толкатель, выбросивший пулю и отсекший расширившиеся газы, заперев их в гильзе, благодаря чему выстрел не сопровождался ни звуком, ни вспышкой.
Зажав гильзу в тиски, он стал круглогубцами аккуратно разгибать дульце. Стенки действительно оказались толстыми и не поддавались. Тогда он поставил на непонятную плашку гвоздь и ударил по нему молотком. Преграда упруго поддалась. Или показалось? Он наклонился и ударил сильнее. На этот раз пыж действительно слегка отошел вниз, и сжатые до давления пяти атмосфер газы рванулись через щелку наружу, угодив прямо в глаз любознательному Саперу.
Проснувшиеся и вышедшие во двор Оловянный и Абрикос услышали хлопок и душераздирающий крик из сарая. Схватившись за пистолеты, они бросились туда. Но стрелять было не в кого. Сапер лежал на полу, стонал и закрывал лицо обеими руками. Из-под ладоней текла кровь.
Село Узергиль
У каменного двухэтажного дома Насруллаевых с утра опять собирался народ. Начинался второй день свадьбы Дадаша, и он особенно торжествен, потому что вчера здесь пили и гуляли гости жениха, а сегодня привезут невесту! К девяти часам пришли человек триста – практически вся округа. При таком количестве гостей двое лишних погоды не сделают, даже если их никто не звал. Против обыкновения гладко выбритые, наряженные, пахнущие дорогими одеколонами мужчины и нарядные, обвешенные украшениями женщины неспешно заходили во двор, накрытый синим тентом. Здесь уже накрыты столы, хотя основное угощение еще готовится. Матери жениха тетушке Саиде Ахметовне Насруллаевой помогают родственники и соседи. Умар Умаров с племянником Джамалом разделывают барашков, его сыновья разжигают костры, мать Патимат Тахировна и жена Нафисат готовят хинкал и чуду, Роза и Гулизар ловко и быстро расставляют посуду… Только Фатимы здесь нет: Саида Ахметовна ее не любит.
Много всего надо наготовить на свадьбу, очень много… И предусмотреть все до мелочей: рассчитать, чтобы еды вдоволь было и напитков – водки, коньяка, вина, лимонада. Не забыть приготовить тарелку, которую невеста разобьет ногой «на счастье», и мед, которым она угостится, чтобы жизнь была сладкой, и даже младенца, обязательно мальчика, которого дадут ей в руки, чтобы рождались здоровые сыновья. Необходимо определить скорость ветра, температуру воздуха, атмосферное давление, расстояния. Предусмотрительно собрать шампуры по всему селу, чтобы с переменой свежепожаренного мяса не возникало задержек… Стулья, табуретки, вилки, ножи, тарелки, графины, стаканы, рюмки, портативная метеостанция Kestrel 2500…