Время долга
Шрифт:
Отсутствовал он недолго, вернулся почти сразу, довольный своими дипломатическими успехами Пол даже не успел высказаться об успехе затеи. Выглядел хозяин деревенского трактира неважно: сам бледный, руки трясутся, в глазах ужас, а в эмоциях – полный хаос из страха, отчаяния и обреченности. Он так и встал у входной двери, молча глядя в пустоту, и его пришлось несколько раз потрясти за плечо, чтобы заставить хоть на что-то обратить внимание.
– Там, – одними губами сказал он и дрожащим пальцем указал на приоткрытую комнату.
Пол недоуменно вскинул бровь, но внутрь все-таки
Посреди комнаты в луже крови лежал человек, судя по всему – тот самый Лонм, вернийский дипломат.
– Вот же ж… – только и пробормотал Пол. – Незадача. Надо звать старосту, а то и в лагерь гарнизона скакать.
– Сможете организовать? Мне кажется, ваш свояк не в состоянии этим заняться, – Ная подумала, уловила сомнение мужчины и искренне, больше из жалости к нему – подозревать близких в убийстве непросто, а такая мысль у него явно закралась – предложила: – Хотите убедиться, что это не он?
– Что, вы и это можете? – удивился Пол, но вяло, словно не до конца понял, о чем речь.
– Пошлите человека к старосте и возвращайтесь сюда, я покажу, – пообещала она и достала из сумки чехол с флейтой. Для задуманного инструмент был совсем не обязателен, но не выходить же из образа. Придется объяснять лишнее, сочинять о невероятных способностях бардов, а чем сложнее легенда, тем проще в ней запутаться.
Подходить к телу Ная не стала, так и осталась стоять у двери. Не из боязни мертвецов – на них она успела насмотреться в жизни – но из опасения, что придется объясняться, если найдут рядом с телом. Тем более, что на несчастного явно кто-то имел зуб и убийство не было случайным: из груди торчало два арбалетных болта, пущенных через открытое окно. Вряд ли кто-то прошел с оружием через небольшой зал, воспользовался им от двери, повернул тело ногами к окну и так же спокойно вышел. Как минимум остались бы следы крови.
– Ну что, госпожа Ная? – выдернул ее из задумчивости удивительно ровный голос Пола. Предполагать, что именно он убил непростого гостя, чтобы насолить конкуренту, было глупо – он с утра на глазах, да и характера бы не хватило. А вот брать ситуацию в свои руки он привык еще во время торговли, на тракте без этого умения долго не протянешь: не самое спокойное и безопасное место.
– Стойте рядом, – велела Ная, поднося флейту к губам. Было бы лучше закрыть глаза, чтобы не выдавать себя их свечением, но тогда она ничего не увидит сама, к тому же сейчас день, будет не так заметно.
Ная сделала два шага к телу, наигрывая простенькую мелодию собственного сочинения. Лучше, конечно, коснуться рукой, но со стороны это должно выглядеть странно, поэтому придется так.
Она все-таки прикрыла на мгновение глаза, пробуждая в себе силу. В груди возникло тепло и мгновенно разлилось по всему телу – к голове, животу, к рукам. Музыка, поначалу казавшаяся самой обычной, обволакивала словно кокон, утягивая за собой на границу этого мира – туда, где царствовали тени воспоминаний.
Какой бы великой ведьмой
Ная открыла глаза и опустила флейту. Комнату заволокло едва видимой белесой дымкой, в которой проявились призрачные фигуры: одна, хорошо различимая и принадлежавшая дипломату, вошла через дверь и остановилась посреди комнаты. Вторая стояла у окна, прислонившись к стене и сложив на груди руки. Нельзя было различить ни одежду, ни лицо, понятно было только, что это мужчина.
– Кто это? – сдавленным шепотом спросил Пол. Его лица Ная не видела, но могла предположить, что он таращится во все глаза.
– Этот человек был здесь слишком давно, в комнате не осталось ни одной вещи, принадлежащей ему, – медленно сказала она. – Не осталось его следа, через пару часов мы бы не различили и этого.
– Но ведь…
– Здесь его тело, поэтому образ четкий и сохранится таким еще на сутки, если не трогать.
Дипломат замер, а потом сделал решительный шаг вперед, остановившись на том месте, где сейчас лежали ноги трупа. Взмахнул руками, всем своим видом выражая недовольство, что-то сказал, явно повысив голос…
Ная прислушалась, и сквозь тишину комнаты различила далекое эхо голоса покойного дипломата. Разобрать, что говорит он сам, удавалось с трудом, отдельными фразами; ответы его собеседника были не слышны вовсе.
«…врага видишь не в том. Присмотрись к тому… под самым твоим носом».
Он сделал было шаг вперед, как будто хотел избежать конфликта, но ответ заставил остаться на месте. Раздраженный взмах рукой.
«…не дурак, чтобы отказаться… ценнее всегда тот, у кого сила, а в Лангрии ее давно нет, если вообще была… смотри, что стало с Шинтой».
Свист на грани слышимости, и дипломат, вздрогнув, завалился на спину. Мужчина у стены встрепенулся, выпрямился, выглянул в окно и несколько минут стоял там, но, никого не увидев, ударил кулаком по подоконнику и подошел к дергающемуся телу. Недолго думая сунул руку ему за пазуху и что-то достался, умудрившись вторую руку испачкать в темной крови. Через дверь выходить не стал, выпрыгнул через окно, опершись запачканной ладонью о раму.
– Посмотрите, есть на окне след руки? – Ная крепко зажмурилась, возвращаясь в реальность. Когда открыла глаза, в комнате не было ни дымки, ни теней.
Пол, брезгливо морщась и стараясь обходить кровь по стенке, подошел к подоконнику и задумчиво кивнул.
– Это что, выходит, за ним охотились?
– Вероятно. Но мне кажется, находившийся здесь мужчина не ожидал выстрела, – Ная тряхнула головой. В ушах все еще звенели отголоски царства теней.
Разбирательство заняло несколько часов – ни Пол, ни сама Ная не стали рассказывать об увиденном, и староста по-простому начал опрашивать каждого, включая их обоих. Были ли знакомы, что видели, замечали ли странных людей в последнее время, хотя в такой близи от пограничья странным был как минимум каждый третий…