Время дарить любовь
Шрифт:
Верунья осторожно переступила порог и шепнула:
– А почему у тебя ключ?
– Сейчас всё увидишь, – заверил Сергей. – Иди за мной.
Они вошли в спальню, там на кровати лежал старик, он повернул голову в их сторону и радостно произнёс:
– Серёжа, здравствуй, дорогой! А кто это с тобой?
– Знакомьтесь, дед Пахом, – сказал Сергей, – это моя девушка, Вера. Я вам о ней рассказывал.
– Красивая у тебя девушка! – произнёс старик и обратился к Вере: – Может, чайку?
– Нет-нет,
– Ну, смотри, если захочешь, не стесняйся, говори.
– Хорошо, – закивала Вера.
Дед Пахом приподнялся на подушках, вынул из-под них книгу, раскрыл страницу с загнутым уголком и, протянув Сергею, спросил:
– На чём мы там остановились?
– Так-так… Том первый, часть третья, глава пятая, – потирая руки, ответил Сергей. – То есть пятую главу мы закончили, теперь шестая.
– Так точно, – тихо сказал дед Пахом – Ну, дорогой, слушаю.
Сергей, откашлявшись в кулак, начал читать вслух: «Долго Ростовы не имели известий о Николушке; только в середине зимы графу было передано письмо, на адресе которого он узнал руку сына. Получив письмо, граф испуганно и поспешно, стараясь не быть замеченным, на цыпочках пробежал в свой кабинет, заперся и стал читать. Анна Михайловна, узнав (как она и всё знала, что делалось в доме) о получении письма, тихими шагами вошла к графу и застала его с письмом в руках рыдающим и вместе смеющимся…»
Дед Пахом извинился, остановил Сергея и обратился к Вере:
– Верушка, а ты читала «Войну и мир»?
– Читаю, – смущённо ответила она. – Я до этого места ещё не дошла.
– Молодчина, – похвалил дед Пахом. – Каждый уважающий себя человек должен хорошо знать произведения Льва Толстого. Мы с Сержем уже много прочли, а сейчас решили перечитать «Войну и мир». Серёж, а можно твою девушку попросить об одном одолжении?
– Да-да, конечно, – ответила за него Вера.
– Милая, если тебе не сложно, свари мне парочку яиц вкрутую. Что-то так захотелось варёное яйцо. Сделаешь?
– С удовольствием! – живо откликнулась Вера. – Не беспокойтесь, сейчас всё сделаю.
– Спасибо, милая. Всё в холодильнике найдёшь, и посмотри: там должен быть свежий огурчик. Разрежь его вдоль на четыре части. Хлеб только серый. Да, и ещё: я всё ем без соли – врач запретил.
Получив задание, она отправилась на кухню, а Сергей продолжил читать. Через несколько минут Вера заглянула в комнату и жестом позвала его. Тот, отложив книгу, сказал деду Пахому, что сейчас вернётся, и вышел из спальни.
– Серёж, – прошептала Вера, – а ты не знаешь, сколько нужно варить яйца, чтобы получились вкрутую?
– А бог его знает! – Зорин пожал плечами.
– Вот тебе раз! – хмыкнула
– Давай я спрошу у Пахомыча.
– Да как-то неудобно…
Но тут из спальни раздался голос старика:
– Верушка, десяти минут будет достаточно.
Вера вошла в спальню и, поблагодарив его, вернулась на кухню. Когда яйца наконец сварились, она очистила их от скорлупы, нарезала хлеб и, разделив на четыре части огурец, уложила всё на тарелку. Поучилось красиво и аппетитно.
– Вы кушайте, дед Пахом, а я буду читать, – предложил Сергей и поставил тарелку на прикроватную тумбочку.
– Нет, Серж, – возразил старик. – Вы идите с Верой на кухню, поворкуйте, а я тут перекушу. Я сегодня утром отказался от завтрака, да вот чувствую, что поступил опрометчиво.
Он взял Сергея за руку и, улыбнувшись, легонько пожал ему ладонь. Минут через десять чтения продолжились.
К шести часам Сергей сводил деда Пахома в ванную комнату, самостоятельно он передвигаться не мог – настолько был слаб, а затем уложил на кровать, и они попрощались. По дороге домой Вера спросила:
– Слушай, а он сам читать не может? Давай подберём ему очки…
Зорин остановился, пристально посмотрел в глаза Вере и спросил:
– Ты разве ничего не заметила?
– Что именно? – удивлённо спросила она.
– Он же слепой. Полностью слепой. Он ничего не видит.
Верунья, услышав ответ, вздрогнула.
– Как? – выдохнула она. – А как же он… он ведь сказал: «Красивая у тебя девушка»…
– Значит, почувствовал, – ответил Зорин. – Может, по голосу. Они сердцем видят…
– И когда вошли, он сразу спросил: «Кто это с тобой?» Поразительно…
– По шагам понял, – пояснил Сергей. – У слепого человека слух усиливается в разы. Это закономерно. Ты помнишь, как он твой шёпот расслышал? А мы с тобой даже не знали, сколько нужно варить яйцо. Такие, казалось бы, мелочи…
– У нас этим мама занимается, – виновато сказала Вера.
– Так и у нас то же самое.
– Слушай, а как же дед Пахом остальное время живёт, если он даже сам не ходит? – вдруг спросила Вера.
– К нему с утра приходит соцработник, с четырёх до шести – я, а вечером, перед сном и по выходным, навещает соседка. Иногда в выходные она просит меня её подменить. Так что наш дедуля почти всегда под присмотром, кроме ночи, конечно.
– Серёж, а кем дед Пахом тебе приходится? – поинтересовалась Верунья. – Какой-то родственник?
– Нет. – Серёга замотал головой.
– Но ведь ты сказал, что это семейные дела.
– Так и есть!
– Ничего не пойму! – воскликнула Вера и даже остановилась. – То не родственник, то семейные дела. Ты можешь толком объяснить?