Время "Ч"
Шрифт:
Всё закончилось, когда с высокого верха от них потребовали воспеть отмененный визит Бориса Николаевича, уже ощутившего проблемы с сердцем. Дескать, прибыть не смог из-за очень плотного рабочего графика, но ведь дороги-то асфальтируют. Андрей, получив такую установку, плюнул и тотчас накатал заявление по собственному желанию. К его искреннему удивлению, на то, чтобы выдать ему расчет, средства мигом нашлись…
– Утром опять поедешь? – поинтересовался Сергей, плавно трогаясь с места.
– Скорее всего. Алексей звякнет шефу и скажет.
– Тогда
Алексеем звали второго депутатского помощника. Он-то и предложил Андрею эту работу четвертого июля, когда стране объявили, что президент Ельцин получил голоса большинства избирателей. Судьбоносная встреча состоялась в парке культуры и отдыха. Бывший редактор сидел на лавочке и мысленно подсчитывал, на сколько еще дней ему хватит оставшейся после расчета суммы. Алексей, с которым он был близко знаком не первый год, сам окликнул его.
Выяснилось, что следует он через парк в университет, на юридический факультет. Второе высшее образование Алексей получал на всякий случай, впрок. «Понимаешь, не бывает вечных депутатов и вечных помощников», – объяснил он свою доктрину. А затем сообщил Андрею, что в аппарате у Ильи Кузина открылась вакансия. Ранее трудившийся там человек безнадежно запил.
Находясь в каком-то расслабленном состоянии, как в тумане, Андрей там же, не вставая с лавки, принял внезапное предложение. Теперь творчества в его деятельности было совсем мало, зато личные финансы перестали петь романсы.
Вован очень аккуратно, чтобы никого случайно не задавить, проехал вдоль фасада и начал поворачивать влево, по стрелке придорожного указателя. На повороте, сразу за парковкой, в кругу света материализовался человек, машущий руками. Санек Боев, по кличке Плейбой, очень натурально изображал голосующего мужика из аэродромных работяг. До сих пор все попадались на эту нехитрую уловку.
– Подберем? – полувопросительно сказал Вован, давя на педаль тормоза.
– Нет, – резко ответил москвич, моментально подобравшись.
«Девятка» уже остановилась. Санек привычно дернул на себя ручку задней дверцы и подался головой вперед. Вован повернулся в его сторону, не убирая рук с руля. Надо было действовать, пока не поздно, однако пассажир с заднего сиденья взял инициативу на себя. Он сделал быстрое движение правой рукой, и Плейбой с воем схватился за лицо. Из носа у него брызнула кровь.
– Ай, с-сука блядская! – завопил Санек, отшатываясь.
Москвич рванулся наружу, прямо на него. Вован сообразил, что добыча уходит, и пулей вылетел из машины через переднюю дверцу. Он вряд ли успел бы, потому что ему надо было обежать вокруг капота, но Плейбой всё-таки вцепился в этого гада. Тот, врезав Саньку еще раз, потерял темп, и до Вована дошло, что он может не одолеть своего противника в схватке один на один. Его рука сама собой метнулась к поясу, где висел настоящий финский нож.
Многострадальный Плейбой отвлек на себя внимание, и удар пришелся в правый бок москвичу. Отточенное лезвие
Перцу почудилось, что всё вокруг него полыхнуло сотнями звёзд. Стало светло, как днем. Он откинулся назад, сумев удержать финку. От ярости заскрипел зубами и кинулся на гада, занося нож для решающего удара. Грохот выстрела почти оглушил его. Яркий свет, который никуда не исчез, оказался огнями чужих фар.
– Руки вверх! Стоять! – крикнул кто-то.
Москвич повалился на снег лицом вверх. Видно, Вован смог нормально достать его с первого раза. Санек стоял на четвереньках, ухватившись за распахнутую дверцу. Грянул еще один выстрел.
– Линяем! – прохрипел Плейбой, забираясь в авто.
Вован подхватил портфель москвича и уже на ходу запустил руку под его куртку. Так и есть, мобила была здесь. Через несколько секунд «девятка» ринулась с места на третьей скорости. «Менты? Не менты? Номер видели? Не видели? Главное оторваться, дальше разберемся», – пульсировало у Перца в голове.
Сергей с его афганским боевым прошлым среагировал на внештатную ситуацию первым. Андрей даже не понял, как он разглядел нож в руке худощавого парня в куцей кожанке и вязаной шапочке. По издаваемому звуку газовый пистолет почти не отличался от боевого, из которого лет восемь назад рядовой Баринов упросил-таки дать пострелять знакомого офицера. Водитель с его оружием и Андрей с монтировкой, выхваченной из-под сиденья, на мгновение опоздали к месту происшествия. Двое в серой «девятке» (судя по всему, они маскировались под такси) успели бежать.
Их жертва лежала без движения. Возле накладного кармана на куртке защитного цвета расплывалось темное пятно.
– Ни х… себе! – выразил общее мнение Сергей.
– Замочили? – предположил Андрей.
Водитель склонился над упавшим мужчиной, ощупал его шею.
– Жив, – уверенно сказал он.
Андрей присел на корточки рядом с ним. Раненый застонал и открыл глаза.
– Телефон…
– Что?
– Телефон дай… позвонить…
– Нет у меня, только пейджер.
Мужчина зашарил рукой по своей куртке. Тут до Андрея дошло, что он ищет свой мобильник.
– Лежи, не дергайся, – встрял Сергей. – Я найду.
Но телефона в куртке не оказалось. От движения и голосовых усилий раненому стало хуже, и Сергей метнулся к «Волге» за аптечкой. Тут пострадавший снова открыл глаза.
– Надо срочно… очень важно…
Он запустил руку под куртку, где всё сильнее кровоточила рана, и схватился за что-то пальцами, но потерял сознание. Предположив, что это и есть искомый телефон, Андрей залез туда без лишних церемоний, но вместо мобильника обнаружил пакет из плотной, прорезиненной ткани, размером чуть больше обычного почтового конверта. Пакет был сбоку распорот ножом и запачкан кровью.