Времена года
Шрифт:
– Я люблю свою работу, я не хочу, чтобы всё это случилось. Как мне изменить это? Что нужно делать? Ты можешь дать совет? – в его голосе волнение и надежда. Её слова правда подействовали, заставили задуматься, он обязательно задумается, просто в более тихой и спокойной обстановке.
– Как я сказала… Люди тратят много времени на бессмысленные вещи. Фотографируй не то, что считаешь интересным, а то, что приносит радость. Эмоции – это то, что приводит людей к успеху, – отвечает Одетт.
Итан серьёзно кивает и мысленно повторяет её слова, а потом отвлекается от мыслей.
Смерть вдруг выглядит чему-то удивлённой, с загадочной
– А что насчёт… – начинает снова спрашивать Итан, поворачиваясь обратно к Одетт, но видит пустоту на её месте.
Фотограф хмурится и оглядывается вокруг, но единственным напоминанием остаётся стакан с недопитым голубым напитком.
– Видимо, это придётся выяснить самому, – решает он, вставая со своего места и направляясь к Лексе.
Одетт не покидает бар до самого рассвета, наблюдая за Итаном, который всё оставшееся время проводит с Лексой. Смерть не может не улыбаться, ведь этот разговор изменил жизнь успешного фотографа. Итан не догадывается, что через года он станет тем самым фотографом, о котором его предупреждала Одетт. Итан начнёт больше работать, встречаться с Лексой, искать то, что его радует, и пытаться донести до людей простую истину – нужно жить и наслаждаться настоящим, как ему посоветовала Смерть.
«Хорошо, что я решила устроить выходной, ведь это была его очередь уйти», – думает Одетт, поменявшая решения Судьбы и вернувшаяся к своим обязанностям с первыми лучами яркой лампочки в голубом одеяле.
Те самые ноты
Есть мелодии, которые заставляют сердце биться быстрее, а мысли вылетать, чтобы ничего вокруг не оставалось, кроме нот. Чувствуешь мелодию, звуки, будто миллион весенних лепестков, подхватившиеся ветром и окружившие тебя, настолько всё вокруг становится волшебно и невозможно, что пропадает весь мир. Остаются лишь нежные лепестки. Это чувство нельзя передать словами, нельзя о нём рассказать, объяснить, почему именно эта мелодия заставляет тебя забыться и потеряться в круговороте пёстрых аккуратных цветочных листков.
Слушать такую мелодию всё равно что смотреть на человека, в которого влюблён, или просто быть рядом с ним. Ты не можешь передать свои эмоции, но глаза, сбивчивое дыхание, несказанные слова выдают тебя, словно ребёнка, словно ты никогда раньше не влюблялся, не любил, не сдерживал маску, словно ты только по-настоящему увидел мир. Мир, теперь наполненный сотнями лепестков.
Рано или поздно каждый слышит свою мелодию. Невозможно спутать, ошибиться – просто в какой-то момент, когда ноты сменяются, когда всё медленно вокруг пропадает, ты готов упасть от волн осознания. Этот ритм заставляет сердце ускориться, словно машина на гонках. Тебе больше не нужны другие мелодии, в какой-то момент понимаешь, что всё. Нашёл своё единственное и правильное.
Вселенная не обещает, что мелодия останется навсегда или будет просто, нет. Совсем не так. Такие мелодии нужно хранить, беречь, не забывать и помнить все ноты. Ведь если ты не хочешь, чтобы что-то закончилось, то должен поддерживать и действовать, а не оставаться лишь посторонним слушателем.
Часть 1. Пути господни неисповедимы
Мир –
Казалось, что всё распланировано, её колесо двигается в нужном направлении, ничего не может его сбить с пути, но нельзя спорить с судьбой, идти наперекор всем банальным сюжетам, которые в глубине души все любят. Ведь это классика. Классика – когда случается что-то, а мир переворачивается. Наши пути меняются.
Светило солнце, в наушниках любимая песня, поднимающая настроение и заставляющая улыбаться прохожим, – приятная редкость в Москве. Весной и летом город преображается, меняется почти до неузнаваемости: компании подростков гуляют ещё больше, шумя на улицах и не всегда вызывая одобрение, но кому какая разница. Молодые мамы в милых платьях с разноцветными колясками выглядят так спокойно, хочется за ними наблюдать, потому что улыбки, которые они дарят малышам, могут осветить все тёмные уголки вселенной.
Впрочем, все прогулки становятся романтичнее, они запоминаются, потому что весной и летом в Москве особенно невероятные закаты, даже после сильных гроз и ливней. Проводить закаты – её хобби, потому что то яркие краски, то пастельные и нежные цвета превращают небо в холст, на котором лучшая картина современного искусства. Москва – её личный Изумрудный город. И пока все не задумываются о волшебстве, она свободна и ничего не нарушает её мира.
Девушка направляется в тихое, уютное кафе, где обычно по вечерам собирается вся молодёжь, играют популярные песни и царит атмосфера хаоса, которая стала так привычна для неё. Она считает, что деревянный пол, старые двери, замки которых следует подкрутить, ведь скоро они совсем не будут закрываться, маленькие круглые столики с чёрными строгими ножками и стулья, странно сочетающиеся с полом, делают это место домашним и поэтому таким любимым для многих её друзей. Здесь не место тем, кто привык к роскоши, не потому, что их не ждут, а потому, что им покажется всё слишком простым и непонятным.
– Всем привет, – сразу же говорит она, махая рукой некоторым посетителям и направляясь в комнату для служебного персонала. Вообще в эту комнату могут все заходить, но почему-то табличка «служебный персонал» останавливает людей, и причину девушка понять никак не могла.
– Ты точна, как часы на Красной площади, – встречает её Стас, который работает кем-то вроде менеджера кафе.
Она считает, что ему больше подходит должность охранника, который выгоняет людей, нарушивших покой и порядки их кафе.
– Я уже говорила, что у тебя странные сравнения? – отвечают «часы на Красной площади» и качают головой, снимая джинсовку и кладя ту в свой шкафчик, у которого уже как год нет замка. «Годовщина», – думает девушка.
– За это я тебе и нравлюсь, Ин, – подмигивает Стас, а Инессе лишь остаётся закатить глаза и мысленно согласиться.
Она давно смирилась с тем, что её друг не упускает возможности похвалить себя или потешить самолюбие. «Зато человек хороший», – с загадочной улыбкой для Стаса мысленно говорит себе Инесса и отправляется за что-то вроде барной стойки, которая нужна лишь для сбора денег. Кафе домашнее и уютное, но деньги нужны всем. Даже мечтателям для такого хаоса.