Времена действий
Шрифт:
– Ма-ша! – сквозь зубы, раздельно произнес он.
– Поняла, поняла! – она гневно сверкнула глазками. – Отвернись!
Она зашла за его спину и спустя несколько секунд, положила ему в ладонь свои украшения.
– Пожалуйста! – он положил вещицы на стол.
Капитан придирчиво осмотрел предметы.
– Ну, допустим, – протянул он, – и что вам там? Там же дикая территория, наших там нет!
– Еды хотим найти, да и вообще…
– Угу! – хмыкнул офицер. – И вообще, да?
– Врач среди вас имеется? – встряла Мария.
– А
– Ногу перевязать, – она указала на ногу Никиты, – рану очистить.
Капитан покосился на лежащие, на столе побрякушки:
– Маловато будет!
– Еще деньги есть, тысяч двадцать, – заметил Ник.
– Зачем мне деньги? Где мне их тратить, видишь, что происходит?
– Пожалуйста! – снова вклинилась Маша. – Ему очень больно, у него рана!
– Мне– то, что с того? – он оценивающе на нее посмотрел. – Другие предложения есть?
– Потерплю, спасибо! – кивнул Никита. – Мы пошли?
– Идите, – махнул рукой военный, – обратно не пущу, имейте ввиду.
Никита помахал ему на прощание и твердо решил подорвать эту клоаку при первой возможности. Они вышли из КПП. Их цель, стала еще немного ближе. Никита поднял велосипед и обнял девушку за талию. Она не стала убирать его руку.
Глава девятая
Свобода! Они вырвались из города. Ник станцевал бы, если б мог. Настроение улучшилось, несмотря на «ласковый» прием военных, приближающийся закат и отсутствие еды. Маша успела забрать баклаху с водой, так что обезвоживание им пока не грозило. А вот мелкого хвостатого карапуза, надо было чем-то кормить. И до деревни было еще далеко.
Они попробовали завести хоть одну из брошенных машин, коих было в достатке вокруг, на дороге. Никак. Машины стали бесполезным железным хламом.
– Все, что работает на электричестве, вышло из строя, – мрачно изрек он, – или атака террористов, применивших установку с электромагнитным импульсом или последствия геомагнитной бури. Интересно – так повсюду? И ведь не спросишь ни у кого…
– Буря?
– Ага, геомагнитная. Из-за вспышек на Солнце, – он почесал ногу под повязкой, – и я склоняюсь к этому варианту.
– Почему? – она заигралась со щенком.
– По самочувствию нашему в последнее время. Заметила, наверное, изменения?
– Да, что-то было…
Никита посмотрел на девушку:
– Давай на разведку! – он постучал по седлу. – Только осторожно! Сразу обратно, если что. Я попробую завтра ногу размять. Не вечно же нам плестись.
– Ты помнишь карту? – она взялась за руль велосипеда.
– Смутно, но общее направление помню. Указатели есть, разберемся. Будь осторожна!
Ему вдруг снова захотелось поцеловать ее. Хотя бы в щеку. Глядя ей в след, он отошел к краю дороги, сел и начал разматывать перевязку раны.
– Эй! А ну отдай! – мелкий пакостник взялся за конец тряпки и потащил на себя, пыхтя и путаясь в лапках.
– Бульдог ты наш!
Он обмотал малыша тряпкой
– Ничего, так же брошенные машины, хлам на обочинах и тому подобное. Несколько трупов нашла…
– Надо будет завтра пошарить по багажникам, а сейчас–в посадку, – подвел он итоги, – надо хорошо отдохнуть. Завтра сделаем марш–бросок.
– Что сделаем? – она сняла панамку и обмахивалась ею.
И правда, с каждым днем становилось все жарче. Лето начиналось.
– До деревни где-то километров пятьдесят, – начал он, – при средней скорости в пятнадцать километров в час, да плюс время на отдых… У нас уйдет больше пяти часов, если только…
– Если только что?
– Если без эксцессов, – он обернулся на легкий запах гари, – о, смотри – город горит!
Сразу в нескольких местах вдалеке, виднелись столбы густого черного дыма. «А тушить не кому, – заметил он про себя, – так и сгорит все».
– Вовремя мы ушли! – тихо сказала Маша.
Он обнял ее за плечи. Они свернули в ближайшую посадку, зашли поглубже и выбрали место, чтоб их не видели, а им были видны подходы к их ночевке.
– Надеюсь, тут нет змей, – пробормотал Ник, устраиваясь на своей куртке.
– Что? Кого? А если есть? – застыла Маша.
Сегодня он заснул быстро и спал глубоко. Снилось ему что-то приятное.
***
Утром, замерзнуть ему не дали – девушка снова пригрелась с одного бока, а щенок вальяжно разлегся у него на груди, сопя и подергиваясь во сне. Никита полежал так, не двигаясь, желая отсрочить момент подъема. Но, упрямый рассвет не дал долго валяться. Пока его спутники – а он уже считал Гайку полноправным членом своей маленькой группы – справляли нужду, Ник примерился к велосипеду.
Чуть не упав в первый раз, он пробовал снова и снова, пересиливая себя. Сквозь ноющую боль в ноге, ему удалось сделать несколько кругов по дороге. «День будет длинным и болезненным», – тревожно думал он.
Наконец, собравшись, он посадил девушку на заднее сиденье, постелив свою куртку, и оттолкнулся от земли, крутя педали. Нога сильно смахивала на деревянную, но сгибалась. Маша обхватила его свободной рукой. Другой рукой, она держала между собой и Ником щенка. От ее теплого прикосновения, откуда-то появились силы. Они поехали.
С непривычки, он решил останавливаться каждый час. Иногда, ехали быстро, и прохладный, утренний ветерок шевелил волосы. Порою, приходилось снижать скорость, объезжая автомобили и другой подозрительный хлам. Девушка постоянно комментировала обстановку, не давая им заскучать.
Чем дальше удалялись они от города, тем легче становилось на душе. «Жаль тех, кто там остался, – думал Ник, – без еды голодно там скоро будет. Болезни от антисанитарии не заставят себя ждать». Уже неделю, та часть России, где они жили, была без света.