Вредные духи

Верещагин Петр

– Кто-то из нас троих явно сбрендил, – пробормотал он.

– Будем голосовать? – поинтересовался Желудь. Аленка хихикнула.

Через три часа шутка уже не казалась столь дикой. Канал Жбанка

успел дважды упасть; дважды Зубр с нуля прописывал настройки, восьмикратно отключал и включал модем, а стучал по нему и переставлял в соседнее гнездо и вовсе несчетно, – дело не улучшалось. Марк уже охрип, а у Зубра впервые за последние три года начала дергаться щека.

– Ладно, – прохрипел он, взял бубен и распечатки, и еще раз полез в гермозону. – Та-ак… «Эй-ла-хо-ла-хэй…»

Костяшки бубна задавали ритм, в котором двигаться с одной картинки на другую оказалось гораздо легче, чем думалось вначале. В словах заговора против вредных духов обнаружились ошибки, однако Зубр с легкостью пропел правильные звуки – стук костяшек и скрип старой кожи шаманского инструмента подсказал, как надо. Чушь, конечно, но вроде бы сработало. На внутренней стороне век нарисовались тени вредных духов, поспешно уходящие из модема «G-Bank» по заземлению…

По часам, потом посмотрел

он, не прошло и десяти минут.

Связь просто летала, а модем мурлыкал.

Зубр проверил логи, закончил сессию и вышел на улицу. Курил он редко, но сейчас без этого обойтись не мог.

Щелкнул зажигалкой, затянулся.

Стылое небо сыпало колючей крупой. Ветер был слабым, почти незаметным, но с помощью острых комков того, что в лучшие дни звалось снегом, продирался сквозь свитер и рубашку и леденил тело.

«Какой нафиг снег в мае?..» – мелькнуло посреди четвертой затяжки.

Зубр поперхнулся, согнулся от кашля и поскользнулся, рухнув лицом в снег.

– Ну-ну, – похлопал его кто-то по плечу. – Вставай, однако, надо идти.

Он повернулся.

С десяток человек в меховых костюмах то ли индейцев Джека Лондона, то ли чукчей из «Земли Санникова». Лыжи, копья с каменными наконечниками, костяные ножи, лица густо чем-то намазаны…

– … – только и сказал он.

Когда Зубру связывали руки, он еще отбивался.

У столба, который звался Древом Духов, бороться стало бесполезно.