Врата
Шрифт:
Довольно тяжёлая металлическая пластинка смотрелась, как древнее нечто. Около пятнадцати сантиметров в длину и пяти сантиметров в ширину вещица легко умещалась на ладони парня. Сквозь прилипшую, наверное, вековую грязь просматривался узорный рисунок, прорезанный на плоском основании. Что это такое Макс не мог даже предположить. Единственное, что было понятно, что вещь пролежала в земле очень долго. Повертев в руках пластину, какое-то время, парень положил её в карман, спортивного костюма и, прихрамывая, так как нога, которой он запнулся о корень, болела, направился в сторону
Соседи со своими четвероногими питомцами, всё так же бродили между качелей и турников, планомерно вытаптывая тропинки на редкой траве и удобряя её продуктами жизнедеятельности. На Макса они смотрели подозрительно – пренебрежительно. Молодой сосед никогда не отличался вежливостью, сам не здоровался и не отвечал на приветствия других. Тем более было не понятно чем он целыми днями занимается дома, так как покидал его редко и возвращался быстро, обычно держа в руках полные пакеты продуктов. Что самое странное, по мнению пожилых всезнающих блюстителей дворового порядка, молодой парень не ходил на работу! Вот на что он живет? Явно же, что-то незаконное! Но, к огромному разочарованию соседей, уличить парня пока не получалось. Вёл он себя хоть и подозрительно, но вполне мирно. Сегодняшнее же появление Макса в запачканном костюме и хромающего, могло дать новую волну обсуждений и построению версий.
А сам виновник разочарования соседей, под всё те же басы рока в наушниках, спокойно проковылял по двору и скрылся в подъезде, хлопнув дверью.
В своей квартире Макс первым делом отправился в душ, по пути выложив находку на раковину, а спортивный костюм, загрузив в стирку.
Вода отлично смывала не только пыль, но и плохое настроение. А плотный завтрак и вовсе заставил уйти утреннее недоразумение на второй план. Было и прошло, с кем не бывает… А значит хватить заниматься самоедством и пора приступить к работе.
Парень взял со стола ноутбук и улёгся с ним не диван. Первым делом проверил почту, но, к сожалению, новых заказов не было, а это плохо. Ранее накопленные средства уже заканчивались, и без заказов он сможет подержаться не больше пары месяцев.
Макс начал подрабатывать в интернете ещё, когда учился. Ему всегда нравилось разбираться в графических программах, создавать, что-то новое. И учиться он хотел графическому дизайну. Но в их городе ни одного учебного заведения подобной направленности не было. Зато везде можно было обучиться на юриста, да и бабушка слёзно уговаривала "сначала получить диплом, а потом заниматься своими глупостями".
У людей старой, советской закалки, к которым относилась и бабушка, профессия юриста считалась престижной. Да и по телевизору, во времена его детства, постоянно крутились сериалы, про адвокатов, детективов, полицейских, романтизируя эту профессию. А вот слова "графический дизайн", "анимация", "фотошоп" и другие, похожие, приравнивались к молодёжным ругательствам.
Бабушку Макс расстраивать не хотел, и поступил учиться на бюджет, на юридический факультет. Учился он всегда хорошо, хоть и "без огонька", просто ему было не интересно. По окончанию учёбы в его дипломе было лишь три четвёрки. Да и то, только лишь по тому, что
Макс задумчиво скролил сайты и не находил ничего для себя интересного. Скоро остро встанет вопрос по поиску постоянной работы, это сильно угнетало. Он и так не шиковал, покупая только продукты. Единственной большой покупкой за последние полгода стал костюм и кроссовки. Но покупка себя не оправдала, или он покупку. Парень со вздохом вспомнил утреннее фиаско с собой в главной роли, настроение снова испортилось.
– Так, где там этот раритет, вдруг его удастся выгодно продать. – Макс часто разговаривал сам с собой вслух, когда был один, "прилипла" бабушкина привычка.
Искомая находка нашлась на раковине, где он её и оставил. Начищая пластину зубной пастой, парень представлял, что купит, когда обогатится. Эти мысли приятно грели душу и он, не переставая, улыбался и даже начал насвистывать незамысловатую мелодию.
Дело спорилось. На пластине всё явственнее стали проступать красивые мелкие узоры. Ничего похожего Макс припомнить не смог. Перебирая варианты в голове, все больше убеждал себя, что эта находка совершенно не из этого времени. Походя отметился и факт того, что на прочном материале пластины, не появилось ни одной царапины за всё время помывочных работ.
– Сейчас так не делают, как говорила моя бабушка.
Макс даже ради эксперимента попробовал пройтись по ней металлической губкой для мытья посуды. Сначала осторожно, потом всё сильнее шоркая металлом о металл, то и дело, ожидая увидеть искры.
– Прочная, зараза,– то ли похвалил, то ли обругал находку парень, вытирая пластину от воды. Как он не размышлял, понять предназначение красивой вещицы, не мог.
– Это не может быть частью украшения или изделия. На ней нет отверстий и поворотных деталей. – Вслух рассуждал Макс, внимательно разглядывал пластину и поворачивая её в разные стороны.
Из ванны он переместился на излюбленный диван, и, не выпуская находку из рук, принялся искать информацию в сети. Разнообразные запросы результата не давали. Парень даже сфотографировал пластину и искал уже по фото. Совпадений не было. Совсем.
–Что же ты такое? – В который раз проговорил Макс, уже продолжительно время, не выпуская интересную вещь из рук.
Металлический отблеск стального цвета притягивал, не давая отвести взгляда. Трёхчасовой поиск остался безрезультатным. Впрочем, к его завершению, парня это уже не сильно расстроило. Почему-то отдавать её чужим людям теперь совершенно не хотелось.
День подходил к концу, в который раз вертя в руках пластину Макс, потёр большим пальцем по углублённому треугольному узору. Послышалось тихое жужжание и, из треугольника вылез маленький шип, сильно уколов Макса. Всё случилось так быстро и неожиданно, что он даже не успел испугаться и убрать палец.
Так и продолжал держать пластину, заворожено наблюдая, как его кровь из прокола попадает на пластину и, словно растекаясь по ней, исчезает. А через пару мгновений исчез и шип, просто втянулся в узор. Как так получилось было не понятно.