Врата скорпиона
Шрифт:
– Никогда не мог понять, как все это работает, – проворчал Сол, принимая аппарат с таким видом, словно это была диковинка с другой планеты.
– Знаю. Вас просветит моя новая сотрудница. Сьюзан Коннор в отличие от некоторых очень подкована в технике. – Расти рассмеялся и направился к двери.
Директор РАЦ оторвался от бумаг и поднял на него глаза:
– Надеюсь, вы не в обиде за то, что я отправляю вас потолковать с британцами?
– Нисколько, – ответил Макинтайр. – Я уже попросил Дебби заказать билет на самолет. А к вам заскочил, чтобы убедить вас, что это необходимо.
– Паршивец! – прорычал Сол. – Пошел вон!
– Доктор Рашид, я очень рада, что вы поступили к нам на работу. Пожалуйста, дайте мне знать, если вам потребуется помощь в обустройстве, – с чувством проговорила молодая привлекательная медсестра-пакистанка, прощаясь с новым врачом.
Подошла к концу первая смена Ахмеда. Он едва держался на ногах от усталости, но на отдых рассчитывать не приходилось – вечером предстояло еще многое сделать.
Ахмед бен Рашид вышел на опустевшую автостоянку и завел старенький «ниссан», который ему предоставили вместе с работой и квартирой. Люди его брата обо всем позаботились. Он отправился к себе домой на Манама-Корнич и оставил машину на улице неподалеку от длинной набережной, откуда открывался вид на бухту. Войдя в подъезд современного здания, спустился по лестнице в подвал, вышел на улицу с другой стороны и оказался на дорожке, где его ждал мотоцикл. Проехав на нем три мили, он нашел служебную дверь и в высоком многоквартирном доме на улице Аль-Лулу, что неподалеку от Центрального рынка, которую предусмотрительно оставили незапертой. Но стоило Ахмеду оказаться внутри, как крепкая пара рук вцепилась ему в плечи, и на его запястьях защелкнулись наручники. Ахмед замер от удивления, глаза ничего не различали в темноте. Он попытался вырваться, но державший был намного сильнее.
– Прошу вас, доктор, одну минуту, – спокойно произнес кто-то по-арабски. И мгновение спустя другая пара рук профессионально похлопала его по одежде.
Незнакомцы, видимо, остались довольны, потому что с него сняли наручники, и тот же человек снова произнес:
– Туда.
Ахмед последовал за незнакомцами. Когда его глаза, привыкнув к полумраку, стали различать их фигуры, а сердцебиение унялось, он поблагодарил судьбу, что не повел себя подобно перепуганной девчонке перед людьми, которые, как он теперь предположил, были его подчиненными. Они миновали дверь и оказались в тускло освещенном подвальном помещении. Там их ждали еще трое. Вот сейчас, подумал Ахмед, все начнется. Усталости как не бывало.
Человек, который держал его за руки, остановился и заговорил:
– Добро пожаловать, брат. Мы – твоя команда. Меня зовут Саиф, и мы ждем приказаний. – У него были широкие плечи и тяжелый взгляд телохранителя. Он казался самым старшим среди остальных юношей – на вид лет двадцати пяти.
У Ахмеда перехватило дыхание, в голове мелькнула тревожная мысль: несмотря на то что он всего лишь дилетант, от него ждут приказаний, потому что считают его командиром.
– Давайте начнем вот с чего: вы мне расскажете, где работаете и как решили служить нашему делу.
Все они оказались бахрейнскими суннитами, однако не из самых обеспеченных семей. Представители того класса общества, где высшее образование считалось недоступной роскошью и почти нет надежды получить хорошую работу. Трое из них несколько лет назад проходили религиозное обучение в Эр-Рияде. Там их завербовали и снова отправили в Бахрейн, где они привели в организацию двоих старших друзей.
– Мы маленькая ячейка, однако верим, что существуют другие, – произнес их лидер Саиф бен Разак. Ахмед ничего не ответил. – Наша сила в способе проникновения, – продолжал Саиф. Он начал поочередно указывать пальцем на своих подчиненных. – Мы работаем в бюро путешествий, на американской
– Но почему вы рискуете ради нас? На что надеетесь? – Ахмед пытался в тусклом свете рассмотреть их лица.
– Не ради вас, доктор, а ради Аллаха, – ответил самый младший из них – юноша по имени Фадл. – Мы хотим, чтобы Бахрейн стал частью новой Исламии. Сейчас Бахрейном управляет суннитский род, это так, но ему постоянно угрожает шиитское большинство.
– Шиитов поддерживает Иран, – вступил в разговор Саиф. – Муллы дали клятву присоединить Бахрейн к Ирану, о чем тридцать лет назад мечтал шах. Они утверждают, что их цель – освободить от гнета шиитское большинство. Тьфу! – Он сплюнул на пол. – А потом они двинутся в восточные провинции Исламии, где, по их словам, тоже притесняют шиитов. Но на самом деле они намерены завладеть нефтяными месторождениями.
– Если Бахрейн превратится в часть великой Исламии, здешние сунниты станут большинством новой великой исламской нации, которая сумеет противостоять армии персов, – подытожил Фадл.
– У персов хорошая память и безграничное терпение, – возразил Ахмед. – Они считают, что если подождать и проявить выдержку, то все упадет к их ногам, словно созревшие финики.
– Нет, доктор, в их планы не входит ждать, – взволнованно заявил Саиф. – Именно это мы и хотели вам рассказать. Они что-то замышляют в первом месяце джамады. [32] Поэтому и устроили взрывы в Манаме, а ответственность свалили на нас. – Он вытащил из кармана американскую газету. – Взгляните, какую ложь о нас распространяют: здесь сказано, что взрывы – «дело рук исламийской террористической группы».
32
Джамада – одиннадцатый и двенадцатый месяцы по лунному календарю.
– Вы уверены, что взрывы устроили иранцы? – спросил Ахмед, принимая у него «Ю-Эс-Эй тудэй».
– Доктор, я вам говорил, что работаю в фирме, которую можно назвать передним краем нашей борьбы. Это иранская сервисная мастерская. Я чиню принтеры и фотокопировальные аппараты. – Саиф впервые за все время их беседы улыбнулся. – И иногда заглядываю в то, что они множат. – Он подал Ахмеду толстую пачку листов в красной папке. – «Кудс-форс» продолжит организацию взрывов, но на этот раз их целью станет американская военно-морская база. А в первую джамада они нанесут удар и поднимут народное восстание, как это было в 2001 году. Только на этот раз они рассчитывают, что американского флота здесь не будет, поэтому иранские силы легко высадятся в Бахрейне и окажут поддержку повстанцам.
– Американский флот никогда по-настоящему не уходил из Бахрейна, – усмехнулся Ахмед, открывая папку. – А если даже покидал бухту, то барражировал поблизости в заливе.
– За последние годы, доктор, американцы вывели своих солдат и корабли из Ливана, Сомали, Саудовской Аравии, Афганистана и Ирака. – Фадл широко улыбнулся. – Может быть, персы знают, когда янки оставят Бахрейн?
Что ж, подумал Ахмед, не исключено, что и так. Он повернулся к старшему.
– Задача вашей ячейки – выяснить, когда и каким образом «Кудс-форс» намерена нанести удар по американской военно-морской базе. Нельзя допустить, чтобы иранцы свалили вину за взрывы на Исламию. Нельзя дать американцам повод на нас напасть. – Ахмед бен Рашид поднялся и направился к двери. – Выясните все, Саиф. – Миновав темный подвальный коридор, он вышел на дорожку, где стоял мотоцикл.