Врата Ада

Извольский Сергей

– Макс, – пожал я протянутые руки.

– Давай, Мандадим, шуршите вперед, нам с дядей Максимом побеседовать надо, – обращаясь к Мандарину, произнес Бас и лениво, даже величаво лениво рукой вперед махнул, явно на публику играя. На меня, то бишь.

Ни Мандарин, ни Коротыш возмущаться не стали, только кивнули и быстро двинулись вперед, ступив на доски не замеченных мною ранее мостков, ведущих в глубь переплетения деревьев, лиан, подернутых едкими испарениями болотного цвета. И тут я вспомнил, где видел Коротыша – когда меня убила змея неподалеку от заброшенного города, меня забросило на болотный алтарь, где чернокнижники наставника Чори тренировались умирать.

Там-то мимо меня этот паренек и пробежал. На вид безобидный, кстати, – лицо типичного студента, только очков круглых не хватает. Правда, если вблизи присмотреться, видно, что в глазах у Коротыша непроглядная тьма плещется. Мандарин же и издалека серьезным выглядит – кожаные и кольчужные доспехи, за спиной большой круглый щит, на поясе меч болтается. Заматерел, уже не тот шуганый юнец, который в камере сидел, а после пары зуботычин сопли по роже размазывал. Даже лицо изменилось – как-то заострилось даже, стало хищным, ощеренным. Еще не волк, но… нет, не волчонок. Боевая крыса. Мерзкая, опасная.

– Мы куда? – чуть придержал я Баса за руку, продолжая наблюдать за идущей по мосткам парой его спутников.

– В Болотный Лагерь, – поманил он меня за собой, – Макс, у нас тут такая реальная тема, я просто в шоке! Сейчас сам посмотришь, убедишься! Пока рассказывай, как сам…

Черт, в его голосе столько радостного возбуждения. Как-то мне кажется, что в компании с подобными Мандарину я точно комфортно себя чувствовать не буду. И дело даже не в том, что он меня узнать может. Прервав Баса взглядом, я повел глазами на спины его спутников. Он понял и сразу примолк. И правильно – зачем при всех обсуждать?

– Что за Болотный Лагерь? – негромко спросил я, заполняя паузу, осматриваясь по сторонам.

– Сейчас придем, вон стена уже виднеется, – показал Бас вперед, и я, действительно, разглядел впереди темнеющую полосу ограждения лагеря. И сначала не понял, в чем дело – неужто крепость такая среди болота возвышается? Но нет, не крепость – скала. Большая темная скала. И постепенно стал виден частокол стены из больших, грубых и заостренных бревен. Где только набрали столько?

Увидев стражу на воротах, я поежился – ящеры. И не крокодилы, ползающие по земле, какие были у Повелителей Зверей, а реальные ящеры, стоящие на двух ногах как люди. Вытянутые ощеренные морды, оружие в руках, легкие доспехи. И еще заметил, что ноги у них сгибались в обратную сторону, как задние лапы у собак. На нас стражи почти не обратили внимания – лишь в меня вперились взглядом, но Бас сделал резкий жест, будто сообщая, что я с ним. Стражи тут же закивали, синхронно делая шаг назад.

Стоило пройти в ворота, как джунгли расступились – деревьев вокруг не было, как и зловонных болотных проток с испарениями; лагерь расположился склоне, несколькими ровными уступами поднимаясь к подножию скалы. По центру шла широкая тропа, полого петляющая между постройками, по большей части напоминавшими бараки. Никого из обитателей лагеря, кроме стражей на воротах, видно не было, да и неудивительно – время только-только к рассвету.

– Вон таверна, вон шахты, вон бараки с рабами, вон наши дома, казармы, а вон дворец Экстера, – проводил между тем спонтанную экскурсию Бас, пока мы шли по лагерю.

– Что, вся гора, что ли? – удивился я, переводя взгляд с площади, где стояло несколько столбов с подвешенными на них клетками. Четыре, или пять, пустые. Или нет? Нет, не все пустые, скользнул взглядом обратно – из одной клетки руки и ноги торчат. Чей-то труп внутри.

Мда, местечко. Седьмой Круг, только в обратную сторону. Ладно, разберемся.

Когда Бас

рассказывал про дворец, он показал на широкие ступени зала, вырубленного прямо в теле скалы. Помещение большое, за сотню метров точно, да и потолок высокий – почти в два человеческих роста. В дальнем конце зала было еще одно вычурное крыльцо, ведущее в глубь горы, но здесь уже двери были закрыты и стояло двое стражей. Я присмотрелся – серьезные товарищи – отливающие блеском черные доспехи, длинные каплевидные щиты странно изломанных очертаний в руках, конские хвосты на шлемах.

– Гвардейцы Экстера, – кивнул на стражников Бас. – Все, парни, свободны, – тут же обернулся он к остановившимся поодаль Коротышу и Мандарину. Кивнув, те двое быстро развернулись и пошли прочь, причем почти сразу же тишину поселения разорвал их громкий говор и гогот.

– Экстер – это вообще кто? – поинтересовался я негромко.

– Экстер – это Экстер, – удивился Бас, – главарь наш.

– Черт, Бас, это человек? Непись? Из Седьмого Круга или откуда?

– А, ты про это, – покачал головой мой друг, – не знаю, но вроде непись.

– Как ты к нему попал?

– Сейчас, погоди, – отмахнулся Бас и, поднявшись по ступеням, пошел в сторону черных гвардейцев, стоящих на страже. Когда он сказал что-то одному из них, тот кивнул, а после, приоткрыв дверь, скрылся во внутренних покоях.

– Доложил о том, что прибыли, – пояснил Бас, подходя ко мне, – пойдем в таверну посидим, пока не позовут.

– В смысле доложил? Куда позовут? – поинтересовался я, когда мы уже шагали к таверне.

– Гвардейцу сказал, что мы прибыли. Как Экстер проснется, сразу позовет, – как ребенку пояснил мне Бас, придерживая дверь таверны. – Эй, Наташка, пива нам неси четыре жбана! – неожиданно заорал он в глубь темного помещения, едва переступив порог.

– Так Экстер знает, что ты за мной ходил? – устраиваясь за грубым столом, спросил я.

– Конечно, знает, – взметнул удивленно брови Бас, и его черные глаза расширились, – как бы я без его разрешения за территорию вышел?

Ну да, действительно.

Между тем к столу быстро подошла довольно молодая женщина в простом сером платье, поставив перед нами четыре кружки с пенящимся пивом.

– Ай, молодец! – Бас с оттяжкой хлопнул ее по ягодице. Подавальщица не возмутилась, а лишь дернулась. Вжав голову в плечи, подхватив поднос, она быстро развернулась и пошла обратно к стойке.

– Пожрать нам принеси чего-нибудь! – крикнул ей вслед Бас.

– Почему Наташка? – удивился я, присмотревшись к ней. Подавальщицу звали Лия.

– А мне так нравится, – самодовольно усмехнулся Бас. – На самом деле, она дает всем за бабки, – довольно, как сытый кот, усмехнулся он.

– Кхм. И чего? – насупился я, присматриваясь и в сером полумраке наблюдая за девушкой.

– Ну как чего? Наташами проституток русских в Турции называют…

– Бас, – я нахмурился, – во-первых, Наташа – красивое имя, и у меня лично с проститутками не ассоциируется, тем более с русскими, а во-вторых мне неприятно слышать такое, потому что…

«Потому что мою девушку так зовут», – хотел сказать я. Вернее, мою бывшую девушку так звали – вспомнил я хмурый питерский дворик, в котором наблюдал короткую сцену совсем недавно. Хоть воспоминания ко мне и вернулись, но я еще не успел до конца сознать все то, что на меня свалилось.

– Ну о’кей, давай я тогда буду называть ее Наталкой, будет как украинская проститутка, – заметил мое напряженное выражение лица Бас, – это тебя не будет коробить?

– Ты все такой же знаток по теме, смотрю, – невесело усмехнулся я.