Врагов не выбирают
Шрифт:
– Ты с Севой давно разговаривала? – едва открыв дверь, спросила мама. – Уже несколько дней не могу ему дозвониться. Я очень беспокоюсь.
– Ну и зря, – вышел из комнаты папа, чмокнул Катю в лоб. – Сева взрослый дядька, и беспокоиться о нем не надо.
– Костя! – возмутилась мама. – Как же так? У мальчика три дня не отвечает телефон!
– Он не мальчик!
– Он просто не отвечает на звонки или отключил телефон? – вмешалась в спор Катя.
Родители всегда спорили, но при этом очень любили и уважали друг друга.
– Телефон отключен, –
– Забыл зарядить, – пожала плечами Катя. – Жди неделю. Неделя пройдет, тогда начнешь волноваться.
Мама вздохнула, а Катя ей посочувствовала: Севины родители – мамина сестра Наташа с мужем дядей Фёдором, несколько дней назад уехали отдыхать. Их сын Сева клятвенно обещал тетке, то есть Катиной маме, звонить раз в неделю, но, как видно, сдержать обещание не спешил.
– Катюша, пойдем завтракать, – жалобно попросил папа. – Я сейчас от голода помру.
– Не помрешь! – отрезала мама.
Готовить мама не любила, и кулинаркой была никакой. Чаще всего она покупала полуфабрикаты – мороженые котлеты, пельмени и прочую ерунду. Но ерунда эта, побывав в маминых руках, почему-то всегда оказывалась очень вкусной. Вот и сейчас Катя с удовольствием съела две румяные, с поджаристой корочкой котлеты с картошкой, а потом с таким же удовольствием выпила чаю с пирожными.
– В моего начальника в пятницу стреляли на улице, – наевшись, поделилась новостями Катя. – Только не попали. С ним все в порядке.
– Ничего себе! – присвистнул папа.
– Костя! – возмутилась мама отсутствием сочувствия к чужой беде.
– В него стреляли из проезжающей машины.
– Вернулись лихие 90-е, – констатировала мама.
– Они никуда не уходили, – проворчал папа.
– Костя!
Сидеть с родителями было хорошо. Катя боялась, что мама спросит про Сашу и придется объяснять, почему он поехал к другу на дачу без нее. Но мама не спросила – она была тактичной, хотя и дергала постоянно папу.
Когда Катя вышла от родителей, уже стемнело. Слава богу, не похолодало, а асфальт успел просохнуть после утренней мороси. Катя спустилась в метро, но поехала не домой, а к двоюродному брату Севе. Наверное, склонность к беспокойству без причины у нее наследственная, передалась от мамы.
Квартиру Всеволод снимал. Катя была в гостях у брата лишь однажды, когда он только въехал в эту квартиру. Катя тогда вызвалась помочь с уборкой и несколько часов мыла окна, драила полы и отчищала сантехнику.
– Да кончай ты! – пытался урезонить ее лежащий на стареньком хозяйском диване Сева. – Все нормально. Меня устраивает.
Катя настаивала, чтобы брат этот диван выбросил и купил новый. Сева обещал, но Катя не знала, выполнил он обещание или нет. Закрутилась и забыла спросить.
Идя от метро к панельной девятиэтажке, она дважды набирала номер брата, но электронный голос сообщал, что аппарат находится вне зоны действия сети, и предлагал оставить сообщение на автоответчике.
Сообщения Катя не оставила. Постояла у подъезда, пытаясь вспомнить цифры кодового
На третий этаж она поднялась пешком и долго нажимала кнопку звонка. Странно. На улице она не зябла, а сейчас, стоя у запертой двери, почувствовала, что совершенно замерзла. Даже пальцы закоченели, как в тридцатиградусный мороз.
Из соседней квартиры вышел хмурый дядька. Не обратив на Катю никакого внимания, вызвал лифт и уехал.
Постояв еще немного, Катя спустилась вниз и поехала домой, стараясь отогнать нахлынувшую тревогу.
Света в своих окнах она не заметила, и только поворачивая ключ в замке, поняла, что вернулся Саша.
– Катька! – возлюбленный вышел в прихожую и обнял ее, не давая раздеться. – Катюха! Я так соскучился!
Катя поцеловала его в нос и, высвободившись из объятий, сняла куртку.
– У Севы телефон не отвечает.
– Я так соскучился, – Саше не было никакого дела до Катиного брата. Он снова обнял девушку, но тут зазвонил его телефон.
Катя посторонилась, пропуская парня к вешалке. Саша вытащил из кармана куртки телефон и прошел на кухню.
– Привет! Извини, не смог… Не смог вырваться, не обижайся… Подарок за мной… На неделе встретимся. Пока!
Сашины реплики она слышала очень хорошо, а когда следом за ним вошла в кухню, то успела заметить на дисплее знакомые номер телефона и имя абонента. Это был тот самый Николай, на даче которого ее молодой человек якобы провел выходные. Катя много раз видела, как он отвечал на вызов друга или сам ему звонил.
– Я соскучился… – прошептал Саша.
Катя не спросила, где же в таком случае он был. Не потому, что они пока еще не женаты и она не вправе требовать отчета. Просто спрашивать было противно.
27 ноября, понедельник
Вадим отвез сына в школу сам. Утром, когда Геля будила Пашу, нахлынула такая тревога, справиться с которой показалось невозможным. Он и не пытался.
– Не одевайся, – сказал он жене. – Сегодня я Пашу отвезу.
Жена подняла на него удивленные глаза. Вадим любил приезжать на работу рано и злился, когда что-то его задерживало. Геля тут же отвернулась, но он понял: ей очень не понравилась его затея – жена считала его паникером.
Все-таки Геля умница! Ненужных вопросов при ребенке не задала, заставила Пашку доесть творожок и, как обычно, торопила, требуя пошевеливаться быстрее. Творог сын не любил, и Вадим хорошо мальчика понимал – сам его терпеть не мог, но с женой не спорил. Геля говорила что-то про необходимый организму кальций, и Вадим молча соглашался.
– Ничего не забыл? – спросил он у сына, когда тот надевал ранец.
– Не забыл.
Взял мальчишку за руку, но тут же отпустил – не хотел, чтобы ребенок почувствовал, как Вадиму за него страшно. Но справиться со страхом не получалось, и в лифте он придерживал сына за плечо.