Враги моих друзей
Шрифт:
Пора надевать маску бесстрастного следователя и стараться не забыть, что встреча сугубо деловая… Только куда деть этот букет?
Аромат роз заполнил кафе, цветы не вмещались ни в одну из ваз – казалось, Володя привел Наташу в оранжерею… Впрочем, кафе – не из дорогих, но и не слишком дешевое – было тихим и уютным. Наташа быстро и уверенно сделала заказ. Володя бросил на нее испытующий взгляд и попросил «повторить».
Им принесли закуски и сок.
– М-м, как вкусно, – сказала она, попробовав салат. – Странно, я так проголодалась, хотя еще вчера думала, что ничего не смогу есть.
– Из-за
– Вы серьезно? – недоверчиво прищурилась Наташа. – Вчера вся страна узнала, каким мошенником, оказывается, был Михаил Михайлович… Боже мой, это было только вчера, а кажется, что прошла целая вечность. Еще вчера я плакала, а сейчас сижу и… обедаю.
– Я хотел бы вас о многом расспросить, но, чтобы не превратить нашу встречу в допрос, сначала расскажу то, что знаю сам. Две недели назад к нам в отдел пришел Хомутов. До этой встречи я его лично не знал, но на меня он произвел хорошее впечатление. Человек, который привык отвечать за свои слова и поступки. Решительный, волевой…
– Да, это дядя Миша. – Глаза Наташи наполнились слезами.
– И при этом он был заметно растерян… Хомутов сообщил, что планируется захват его компании. И даже написал официальное заявление. Потом мы с ним встречались еще два раза. Начали проверку. И вдруг сегодня я слышу в новостях, что Михаил Хомутов умер от инфаркта… Наверное, вы решите, что это цинизм, но такая уж у меня профессия… Короче, я не верю в такие совпадения.
– Я не совсем понимаю, о каких совпадениях вы говорите… Вы сказали о захвате… Но как такое возможно? Как можно захватить фирму без ведома ее владельца?! Я, конечно, плохо разбираюсь в крупном бизнесе, но должны ведь существовать договора, счета… – Наташа заметно волновалась.
– Вы ничего не знаете о рейдерских захватах?
– Откуда? – пожала плечами Наташа. – Я работаю искусствоведом в одной крупной галерее.
– Тогда позвольте небольшую лекцию. Рейдерский захват – это насильственный захват чужой собственности. Иными словами – грабеж. За последние несколько лет были захвачены тысячи фирм во всех городах России. Сначала предприниматели молчали, опасаясь физического устранения. Сегодня, к счастью, ситуация изменилась.
– Смерть уже не страшна?
– Смерть всегда страшна. Просто человека, обратившегося к нам, слишком невыгодно устранять – дороже обойдется… Сейчас самые опасные захваты связаны с подделкой документов и вовлечением в сделку государственных служащих, через которых эти документы проходят.
– Чиновники?…
– Именно. Государственные служащие, которым хорошо заплатили, помогают вносить изменения в регистрационные документы компаний, а также переоформлять права собственности. Этот способ сложный. Но если найти нужного чиновника, вполне надежный… Второй способ – искусственное банкротство. Тут все понятно: фирму доводят до банкротства и вынуждают продать захватчику.
– Но зачем? – не поняла Наташа. – Если фирма банкрот, она же уже не нужна?
– Предприятие подвергается рейдерской атаке по разным причинам, – объяснил Володя. – Чаще всего это делается ради имущества, если оно значительно дороже самого бизнеса. Но в этом случае обычно захватывают ослабленные предприятия, у которых есть недвижимость в центре Москвы.
– И как в эту схему вписывается «Хом-инвест»?
– Это очень прибыльный
– Подождите, не вижу логики! – Наташа была заинтригована. – Если захват происходит тайно, то как Хомутов мог о нем узнать?
– Боюсь ошибиться, но лучше бы он ничего не узнал… К тому же не забывайте, что существует несколько признаков того, что твою фирму могут в ближайшие месяцы захватить.
– И что же это за признаки? – Наташа маленькими глотками пила крепкий кофе с корицей. История с каждой минутой становилась все более интересной.
– Чем заметнее компания на рынке, тем больший интерес она представляет для захватчика, – пояснил Володя. – Как говорит мой коллега: «Если ваша продукция пользуется спросом, а ваше предприятие рентабельно, будьте готовы к тому, что вами заинтересуются». Стабильный бизнес – приманка для рейдера. Заинтересовавшись, он начинает сбор данных. Впрочем, бывает и так, что дело не в том – процветает бизнес или нет. Есть чисто российская специфика: у нас очень часто фирмы, которые еле-еле сводят концы с концами, владеют огромными ценностями – зданиями, производственными площадями…
Но Хомутову не нужно было даже ничего особо искать. Ему сделали прямое предложение, а когда он отказался, попытались сместить его как генерального директора на собрании акционеров…
– А это так важно, кто генеральный директор, если есть хозяин?
– Конечно! Генеральный может распродать всю фирму за копейки, пока хозяин будет доказывать, что тот не имел на это прав. Хозяин, конечно, свое докажет, но только фирмы уже не будет, а судиться с новыми, притом совершенно законными владельцами можно годами. А на суды, кстати, деньги нужны. А откуда им взяться, если у тебя бизнес украли?… Одновременно начались странные проверки, запросы, инспекции…
– А что тут странного?
– Их частота и спонтанность. Хомутов насторожился. И правильно сделал. Понимаете, чтобы получить нужную информацию о фирме, нужно иметь на руках копии бухгалтерских отчетов, копии документов. А как их получить? Лезть в налоговую инспекцию? Сложно, да и не все документы там можно найти… Остается инициировать проверки, в ходе которых будут подняты все документы. С них делаются копии и передаются рейдерам. Поэтому Хомутов сделал единственно верный ход: обратился к нам. Думаю, вместе мы решили бы эту проблему. Но не успели. Хомутов умер…
Володя помолчал и все-таки задал вопрос, ответ на который знал заранее:
– Вы когда-нибудь слышали от Михаила, Ксении или кого-то из их окружения про Юрия Сарвеладзе?
– Слышала, – мгновенно ответила Наташа. – То, что зовут его Юрием, – не знала, а вот фамилию слышала очень часто от дяди Миши…
– Вы серьезно? – Сказать, что Владимир был удивлен, значило ничего не сказать.
– У Хомутова была привычка, если что-то шло не так, какие-то проблемы на работе или колесо проколол, да мало ли что – всегда приговаривать: «Вот, наверное, Сарвеладзе сейчас радуется…» Он еще при этом специально улыбался, чтобы этот виртуальный Сарвеладзе видел, что ему все нипочем… Я как-то спросила, кто этот человек. Дядя Миша только отмахнулся, сказал, что они заклятые друзья… Если честно, я со временем вообще стала воспринимать слово «сарвеладзе» как присказку, а не фамилию…