Враг неведом
Шрифт:
– Смотрите! – Дим вскочил, забыв о боли в не заживших ещё ногах.
Джейана глянула – и беззвучно осела в мелкий сухой снежок. Как она могла так оплошать? Не заметить, не почувствовать, не догадаться?..
С трёх сторон, с севера, запада и юга, из лесной черты появлялись люди. Десятки и сотни людей. Поле почернело, и тут уже все, даже Дим, ощутили поднимающуюся мутную волну магии. Поднимающуюся против них.
– Да это ж никак наши!.. – потрясенно выкрикнул вдруг Лев и разрыдался.
Буян молча стоял. Грудь человекозверя бурно вздымалась,
Джейана заставила себя встать. Мышцы затрещали от напряжения, словно не лёгкое тело тащили они вверх, а неподъёмную гранитную скалу.
Да, это были «наши». Она узнавала. Вот справа – Середичи. Бегут густо, орут, размахивая копьями… Дураки. Кто густо идёт, больше всех и потеряет.
Слева – Петер с Мануэлем. Эти идут потише. Заметно тише и никто не рвётся вперёд. Оно и понятно – слухи о подземном Звере разнеслись широко, а подробности о Лиззи мало кто помнил. Для большинства убийцей чудища оставалась именно она, Джейана Неистовая.
А вот кто это там, впереди всех, прямо по центру?!
Ворожея почувствовала, как перехватывает горло. Все сильнее и сильнее, словно на шею кто набросил невидимую удавку. Рядом сдавленно ахнула Файлинь.
Твердиславичи! Твердиславичи надвигались угрюмой стеной, наставив колья, без криков и кличей, молча, словно на бойню…
Ну, раз вы так!..
Огненная плеть жестокой обиды хлестнула по глазам. «Быдло вы несчастное, тупое и покорное стадо, вот шикнули на вас эти куклы, постращали ими же придуманным Великим Духом – и вот вы уже готовы резать и убивать во славу этих самых кукол. Всё, чем я была для вас, – пустой звук. Полноте, да живые ли вы сами? Или Учителя успели подменить ваши души? Но если так – зачем вам вообще жить? Вам всем?!»
Девушка с сухими и мёртвыми глазами молча смотрела на приближающиеся чёрные шеренги. Лучники и арбалетчики пока молчали; вот-вот своё слово должны были сказать Ворожеи, но и они отчего-то медлили – или, быть может, это просто время стало идти быстрее для неё, Джейаны?
«Нет, я вам этого так не оставлю. Отравленное семя не должно взойти; ты, проклятый мир, пожирающий собственных детей, – скольких ещё ты опустишь в неведомые мучилища, сколько ещё таких вот на всё готовых убийц вырастишь ты по заказу этих нелюдей в серых плащах, что назвали себя Учителями? Нет, нет, есть лишь одно средство – огонь. Огонь очищает всё, он очистит и этот плывущий в пространстве шар, чтобы когда-нибудь Жизнь начала на нём всё сначала…»
Джейана знала, что она так сделает. Она уничтожит их всех. Одним ударом. Как жаль, что она сейчас не в силах испепелить целую планету!..
Нет, погоди, оспорила она саму себя. Мало убить слуг, Надо уничтожить хозяев в их логове. В их коренном, главном логове, откуда они спустились сюда. А для этого…
Но в этот миг рыжая Гилви начала бой, метнув в старого врага расцветший в небе огненный цветок.
«Что-о?
Это самое первое заклятие Джейана отбила играючи: жгучий сноп пронзающего пламени косо ушёл в тотчас задымившуюся землю.
– В круг! – рявкнула Джейана. – Взяться за руки! Сейчас мы их всех…
– Джей, ты что, Джей, там же наши!.. – Файлинь плакала, сама не замечая льющихся слез. – Ты их хочешь?..
– Я убью всех! – выкрикнула Ворожея. – Всех, кто встанет!.. Или – лучше, чтобы они нас?.. Отбивай!..
Файлинь невольно повиновалась – она чувствовала нацеленное в неё убийственное заклятие, неосознанно отразила его, мгновенно сотворив «зеркало», – и во вражьих рядах по земле с воплем покатилась охваченная огнём фигурка. Дерзкой Ворожее из клана Середичей было едва ли больше двенадцати лет.
«Убивать, чтобы самой не быть убитой, – закон не людской, звериный, закон кособрюшьего прайда, где сильный пожирает слабого. Не для этого я шла освобождать тебя, Джейана… я думала, это нужно для клана… но, похоже, лекарство оказалось ещё злее болезни. И я уже убила… убила, спасая себя, хотя ясно, что спасения нет и быть не может».
Мысли Файлинь прервала новая атака.
Четыре Ворожеи клана Твердиславичей (или теперь они будут называться как-то иначе, по имени своей новой Вождь-Ворожеи Фатимы – Фатимычи, что ли?!) – сама Фатима, Гилви, Светланка и Линда – ударили вместе. Новым, только что от Учителя полученным заклятием…
Воздух вокруг Джейаны внезапно сгустился, сжался и навалился на плечи неподъемной тяжестью. Рука еле-еле продиралась сквозь эту густоту – ага, решили раздавить и сплющить…
Ответ последовал немедленно. Пусть парни и Фай уже лежат на земле, круг распался, и она может рассчитывать только на свою Силу – рыжая стерва просчиталась, её, Джейану Неистовую, так просто не взять!
– Я тебе помогу… – предложил вдруг вкрадчивый и мягкий голос.
Под сжавшимся голубовато-серым куполом заблистал стремительно распухающий чёрный шар. Он рос и ширился, совершенно скрыв под собой пятёрку окружённых. А ещё миг спустя там, где столкнулись чёрный шар и вызванный магией четырёх Ворожей воздушный молот, вспыхнуло алым, змеящиеся молнии пронзили голубую толщу, шар внезапно посерел, напружился – и лопнул, вдребезги разнося остатки заклятия нападавших.
Гилви рухнула без сознания, Линду и Светланку просто сшибло с ног; у Фатимы из носа и ушей потекла кровь, однако она устояла.
– Круг! Круг! Составить круг! Всем! – неслось от края до края леса. Учителя хотели предложить Неистовой битву её же любимым оружием. Разве сможет одна Ворожея, пусть даже и выдающаяся, противостоять восьми сотням, объединившим все силы?
Катившаяся через поле людская волна взволновалась, взвихрилась и замерла. Там торопливо хватали друг друга за руки… а Твердиславичи? Неужто и они тоже?..