Враг мой
Шрифт:
— Что ты сказала? — подскочил Светодар. — Ты любишь меня? Давно? Повтори!
— Нет, нет, нет! — Лавира сильно сжала виски руками. — Вы всё равно мне не поверите! Считайте, вам послышалось. Но правда в том, что меня никто не похищал. Я сама старалась убежать как можно дальше от вас, от этого ужасного искушения! Я больше не могла вас видеть, знать и… Какая сейчас разница, ради чего я оказалась во дворце? Я не смогла этого выполнить. Потому что люблю вас… Вы были мне худшим врагом, вы и сейчас мой враг. А я… ничего не могла с собой поделать! Не устояла… глупо, правда?
— Нет уж, говори всё, — приказал Светодар. — Я должен знать, кто тебя
— Нет, вы не сможете казнить меня. Не успеете. Меня казнят другие, только за то, что я разговариваю с вами. Я готова ответить на все вопросы. Но помните… вы обещали!
— Ты не соврала, что у тебя есть «дар»? Ты колдунья? Можешь это доказать?
— Только если вы снимете цепи… а это опасно для вас. Впрочем, нет, могу оказать иначе! Напишите что-нибудь на листке, чтобы я ничего не видела. А я вам прочитаю.
— Какой-то ярмарочный фокус? — нахмурился принц. Но взял перо и написал задание. Лавира бледно улыбнулась, слыша каждое слово, пока он выводил их.
— «Моя любимая, ты съела мое сердце, ты хочешь бросить меня в огонь, и я готов идти туда вместе с тобой!» — свободно прочитала она. Принц моментально сжег листок. Он явно думал, что никто не узнает, что он там написал. Теперь он смотрел на Лавиру с суеверным ужасом. Он задавал вопросы обо всём, что она делала. Она отвечала. Сердце сжималось всё сильнее, но пока Лавира напрямую не назвала свое задание, не открыла план круга пэров и не называла имен, она с трудом, но могла отвечать.
Принц заметил, как побледнели ее губы. Как она машинально прижимает руку к груди слева, как часто дышит, преодолевая боль. Но всё-таки спросил самое главное:
— Скажи, что тебе приказали сделать, когда войдешь ко мне в доверие?
— Я должна… использовать свой дар… чтобы заставить вас… — она судорожно вдохнула и упала замертво. Принц думал, просто потеряла сознание или прикидывается. Но он сразу пощупал пульс, выскочил в коридор и велел страже немедленно доставить сюда Малерна. Им не пришлось далеко бежать. Слуга принца шел им навстречу. Его вело тревожное предчувствие. Лавира куда-то пропала, хотя должна быть у себя. Что с ней?
— Малерн! Это заклятье, она сказала… ты знаешь, что делать? — Принц вцепился в него, как утопающий в соломинку. Малерн печально глянул на лежащую Лавиру. Ему придется выбирать, спасать ее и самому стать приговоренным. Или позволить умереть своей единственной родной душе, кроме Воришки. Сжав кулаки, Малерн решился.
— Я знаю, как снять петлю, ваше высочество. Я искал способ, когда узнал, что Лавира… Да, да, я знал! Сейчас неважно. Мне нужно четыре красные толстые свечки, ключевая вода и перо ворона, но это у меня есть, — он достал из кармана черное перо.
35.
— Огонь! — скомандовал слуга принца, когда расставил вокруг Лавиры свечи. Принц зажег спичку. Малерн взял его руку, направил в сердце Лавиры, мгновенно все четыре свечки вспыхнули. От них словно протянулись огненные нити, с пересечением над сердцем.
—
— Нет. Но сердце можно заставить биться вновь, если повезет. Для этого его сперва нужно освободить от заклятья, — Малерн снова что-то шептал, но водил пером теперь над сердцем. Он чертил какие-то знаки, словно пытался зацепить кончиком пера плотную нитку. И ему это удалось! Что-то невидимое вспыхнуло, не опалив одежды Лавиры. Она дернулась, хватанув ртом воздух. Но не пришла в себя. Теперь она металась, как будто вся опутана веревками или сетями. Малерн требовательно протянул руку, не оглядываясь. Светодар сразу догадался, что слуга просил кувшин с водой. Макнув перо в ключевую холодную воду, Малерн рисовал в воздухе водяные знаки, рассыпая капли, пока все четыре свечи не погасли. Лавира открыла глаза и попыталась сесть.
— Лежи, лежи, пусть сердце наберет силу. Петля сгорела. Ты можешь говорить?
— Ты спас меня? Ох, даже и не знаю, благодарить тебя или ругать. Но я сама просила… Прости, мой верный друг, я подвела тебя. Теперь ты в той же опасности, что и я, — Лавира держала Малерна за руку и словно не замечала Светодара. Принц грозно выпрямился и скрестил руки на груди, наблюдая за ними. Он понял, что опасности для жизни его любимой больше нет. Разве что смертный приговор за колдовство…
— Что ты должна была сделать? В чем твое задание? — неумолимо повторил принц.
— В том, чтобы внушить вашему высочеству мысль сдаться Пэйритории вместе со всей армией, — свободно ответила Лавира. — Вы бы пошли брать столицу штурмом. Но, незаметно для себя, у вас бы созрел план о сдаче. Таким путем два наших государства объединятся, как вы и хотели. Столица древней Тории и ее загорские земли снова окажутся в одной стране. Трон там свободен, он ждет императора. Зачем же воевать?
— Это измена, — хрипло сказал Светодар. — Неужели ты могла бы внушить мне это?
— Только если бы вы перестали закрывать от меня свой разум. А вы и перестали, уже давно, — слабо улыбнулась Лавира. — Для меня это не измена, я изначально служила кругу пэров, а не вам. Я — «пария», или как у нас говоря — пэри. «Одаренная». Что мне светило в королевстве, где магия запрещена под страхом смерти? Я честно служила вам, признайте. Но те два покушения, когда я спасла вас на глазах у свидетелей, были организованы нашей секретной службой. Специально, чтобы вы поверили мне.
— Ты сама это придумала? — заморожено спросил Светодар.
— О, нет, я вообще не хотела этого задания. Меня заставили. Начальник контроля по распределению ресурсов — КРС, поймал меня на краже. Мы уклонялись от службы в армии, я добывала еду, чтобы мы могли выжить. Но теперь мои брат и сестра — заложники у «крыс». А я висела на ниточке заклятья. Что я могла сделать, если не могла открыться вам? Кстати, поддайся я чувствам, признай полностью, что полюбила вас, заклятье тоже сработало бы. Честное слово, я боролась! У меня был хороший повод ненавидеть вас. Вы лично казнили нашего отца. Но сейчас я знаю, что он жив и работает на вашем секретном заводе новых оборонных и убийственных технологий. Вы знали эту государственную тайну, ваше высочество? Что пэров берут в плен, разыграв их казни?