Враг мой

Крыжановская Елена Владимировна

— Не теряй голову, держись! — долетело из зеркала. — Твоя задача выжить и остаться вне подозрений. Чтобы выполнить задание. Мы подумаем, как тебе помочь.

— Пэр Грозвит! Я… — связь оборвалась. Лавира на не шутку испугалась, что за ней приедут разведчики Пэйритории. Только этого не хватало! Она-то знает, что заданию конец, во дворец она не вернется. Её задача вовсе не выжить, она обречена. Но ради брата и сестры она старалась выгадать отсрочку. Чтобы успеть предупредить их об опасности.

Лавира лихорадочно искала через зеркало прямую связь

с семьей, пользуясь голосом крови. Раньше ей это строго запрещали, чтобы не выдать себя. Она — под прикрытием на территории врага, они — под защитой секретной службы. Но сейчас, к чёрту правила! Она больше ни на чьей стороне, у нее собственная война. Ей нужно спасать родных. У них мало времени, чтобы сбежать раньше, чем ее провал раскроют. Хотя, куда бежать?

— Милия! Милия! Ответь! Ты слышишь меня, сестричка? Я чувствую, ты там, услышь меня! — отчаянно шептала Лавира в зеркальце, собирая все внутренние силы в направленный горячий луч, который должен долететь до Мили, прожечь защиту от связи.

— Лавира?! Как? Откуда ты? Я так соскучилась, сестричка… Ты жива! — выдохнула Мили, старательно протирая зеркальце. — Они сказали, но я не очень верила… Где ты?

— Я не пропала, Милия. Пока нет. Если тебе сказали, что я на опасном задании, так и есть. Но мне грозит большая опасность. Если я провалюсь… Вы с Робертом — заложники. Вас тихо уничтожат за ненадобностью или объявят родней государственной преступницы! У тебя примерно неделя, чтобы скрыться там, где тебя не найдут до конца войны! Я знаю, тебе хорошо в госпитале, это твоя работа, но Мили, поверь мне! На кону твоя жизнь!

— Куда мне отсюда бежать, сестричка? — Милия тихо плакала. — У нас никого нет.

— Неважно, просто скройся от «крыс». Отрежь любую возможность слежки. Когда-нибудь вы с Робертом найдете друг дружку. Пока беги туда, где нет людей. Ты выживешь, ты сильная! И можешь говорить с природой и с животными. Целую тебя, сестричка!

— Лавира!

— У меня мало времени. Нельзя, чтобы нашу связь отследили. Никому не говори!..

Лавира плеснула на зеркальце водой, сбив все настройки, обнулив связь. Через минуту она уже снова шарила в пространстве, пытаясь натянуть нить голоса крови к Роберту.

Лавира увидела брата, хотя и не могла узнать его в доспехах «отряда смерти». Но сердце говорило, что это именно он. Роберт отчаянно бился с отрядом светлов, вокруг него рубились такие же жуткие тени-скелеты с горящими глазами. Поговорить с ним было невозможно. Лавира отложила связь до более удобного времени, после боя. «Отряд смерти» атаковал обычно в сумерках и бился всю ночь. Его ожившие мертвецы эффектнее смотрелись в полумраке. Нужно вызывать Роберта завтра утром, пока все в отряде спят.

В это время по городу прокатились облавы. Накрыли несколько подпольных сборищ Желтых псов. Всех увезли во дворец и засадили в подземелье. Светодар лично возглавил рейд по столице. Он уже не доверял «косарям», как раньше. Допросы отложили до утра.

31.

* * *

—

Будьте вы прокляты! Пособники тиранов! Я ничего не знаю! Никто из наших даже не был на вашем паршивом празднике! Кому сейчас до фейреверков и балов, кроме предателей? Ваш обожаемый Светодар и его прихвостни… А!.. Хр!.. Мы никого не крали!

Тайные бунтари корчились и вопили на допросах у «косарей». К ним применяли новейшие пытки, без раскаленных щипцов и цепей. Один укол, чтобы развязать язык, другой, чтобы причинять невыносимую боль, третий погружал в глубокий транс, позволяя проводить допрос под гипнозом. Но ни один из арестованных Желтых псов не признался в похищении девицы из числа придворных. Они даже не слышали о ней. Никто не отрицал своей причастности к подполью, критику королевской власти они охотно признавали, обвиняли короля Борислава и герцога Тузора во всех грехах, не признавали военные заслуги Светодара, довольно пафосно требовали «выслушать глас народа», полностью поменять политику, собрать все силы Осветории против врагов, а не против своих людей.

— Похоже, они действительно ничего не знают о госпоже Лавире, — озадаченно докладывал Тузор вечером, после целого дня допросов. — Они не врут. У Желтых псов языки чешутся без всякой сыворотки правды. Эти болтуны готовы день и ночь рассуждать о политике и учить ваше величество, ну и мое ведомство заодно, правильным методам.

— Не может быть, чтобы никто ничего не знал! — не верил Светодар. — Это они! Вы сами говорили, «париям» сюда не пробраться! Тогда где же Лавира? Чего они хотят?

— Их требования войти во власть и иметь право голоса в королевском совете, сынок, были бы вполне разумны, если бы эти мужики хоть что-нибудь понимали в политике, — сокрушался король. — Тузор, выбери двоих самых сообразительных. Введем их в совет, пусть помучаются, так же, как мы! Остальных — в штрафной полк. И пусть почтут за честь умереть за родину! Те, что станут новыми советниками, пусть завтра же объедут город и кинут призыв своим, записываться в армию. Хватит им мутить народ, сидя в теплых трактирах. Пусть делом займутся! Мы долго не рисковали мобилизовать таких неблагонадежных «псов», чтобы избежать предательства в бою, но если их представители будут у власти, тогда Желтые псы обязаны служить и выполнять приказы, как все светлы!

— Отец, это прекрасный ход, но, боюсь, это не вернет Лавиру! Где искать? У нас почти нет времени! Если она умрет, я никогда не прощу себе. Но и вам я этого не прощу!

Принц обвел горячим взором главных людей государства. Им было нечего ответить. Тогда Светодар, сломя голову, бросился из тронного зала, собрал свою верную десятку и поскакал наугад по холмам, искать пропажу за пределами столицы. Ночевали в лесу. У них не было никакой подсказки, куда направить поиск. Не думая, не выбирая дороги, принц одержимо мчался вперед, полагаясь только на голос сердца.