Враг моего жениха
Шрифт:
Никогда не думала, что всё это будет так противно.
Но лучше здесь, чем там, в офисе. Ибо там я не могла увильнуть, а тут хотя бы предложу выпить, тогда и подсыплю снотворное. Там меня сто процентов ждал секс, а в его квартире нет.
— Заходи, — шепчет в губы, и мы вваливаемся в прихожую, где, не снимая обуви, несусь вперёд, отрываясь от его рта.
— Хочу выпить, — выдыхаю так, тяжело дышу. Пусть думает, что это от возбуждения. Но на самом деле от волнения. — Во рту пересохло.
— Там,
Подхожу к барной стойке и с опаской смотрю по сторонам, отмечая, что Рома остался в прихожей и, кажется, скрылся в ванной.
Пока он не видит, наливаю в стакан светлой жидкости и лёгкий алкоголь. Надеюсь, возьмёт такого быка, как он.
Прячу пузырёк и хочу сделать глоток успокаивающей жидкости, но только подношу бокал ко рту, слышу в наушнике недовольный голос Кирилла.
— Если ты собралась выпить, лучше не надо, — на мгновение пугаюсь, чуть ли не роняя алкоголь из рук.
Я и забываю, что он всё слышит. Теряюсь и забываю, что пить мне теперь нельзя. Из-за чего ставлю стакан обратно на тумбу.
Боже, если он всё слышал…
Значит, и про минет, который Рома предлагал ему сделать в машине, тоже.
Ничего не ответив, сглатываю, начиная чувствовать себя херово. Думаю, наши с Ромой поцелуи он тоже отчётливо слышал.
Надеюсь, потом мне не влетит.
Но он ведь молчал всё это время, так ведь?
— Ты не пьёшь? — раздаётся голос Ромы. Поворачиваюсь в его сторону, видя, как он скидывает белую рубашку на пол.
— Решила дождаться тебя, — становится тошно. Улыбаюсь, беру стаканы в руки, подаю один со снотворным в его ладони. Прислоняю ко рту и имитирую питьё. Отстраняю, облизывая губы. Чувствую на себе похотливый взгляд и спрыгиваю со стула. — Пойду, искупаюсь. Пять минут.
Прохожу мимо, целуя его в щёку и проводя пальцами по руке.
Иду до ванной, по пути приспуская с плеч свой пиджак, прикрывающий всё, что можно. Играюсь. Накаляю атмосферу. Чтобы от возбуждения он пил ещё больше.
Скрываюсь за поворотом и шмыгаю в ванную комнату, закрываясь. Включаю воду, сажусь на унитаз, убирая с лица волосы. Громко выдыхаю, пытаясь привести дыхание в норму.
— Чёрт, — ругаюсь себе под нос, стараясь успокоиться. Несмотря на то, что всё произошло так легко, морально мне было тяжело. Касаться Ромы, быть рядом. Знать, что ты целуешь убийцу своего отца, тяжело. И плевать, что тот оказался полным придурком.
— Ты отлично держишься, — слышится в ушах. Ох, надо снять эти проклятые серьги с микрофонами, чтобы подонок-Кирилл не слышал меня.
Господи,
— Но слушаться не умеешь.
Понимаю, о чём он говорит. О поцелуях. А кто сказал, что будет просто?
Ответить не могу, чтобы потом не накручивать себя, что Рома мог услышать меня.
Смотрю на часы, засекаю пять минут, в течение которых Березников должен уснуть мертвецким сном. Дозу я влила ему лошадиную. Поэтому осталось только переждать. Что и делаю, сидя в ванной.
— А знаешь, что, — спустя минуты тишины произносит Кирилл, и я вздрагиваю. Думала, это Рома, решивший проверить, всё ли со мной в порядке. — Проверь потом, спит ли мудак, и открой мне двери.
Хочу ему сказать, что он спятил, но решаю промолчать.
Смотрю на стрелки наручных часов, желая, чтобы отведённые пять минут кончились.
И пока Кирилл что-то говорил в наушник, пытаясь меня успокоить, встаю и тихо открываю дверь. Делаю несколько шагов и смотрю в гостиную из-за угла.
Сердце бешено бьётся в груди от той мысли, что Березников не уснул.
Но мне повезло. Лёжа на диване, он прикрыл глаза, мерно дыша во сне.
Расслабленно выдыхаю, иду к двери и открываю её, как и просил Кирилл.
Снова разворачиваюсь, аккуратно следуя в кабинет Ромы. Было страшно. Настолько, что пальцы на ногах заледенели, а на руках подрагивали.
По пути смотрю на спящего Березникова и захожу в нужное мне помещение, сразу же приступая к осмотру. Чем быстрее найду эти документы, о которых говорил мне Кирилл, тем раньше уйду отсюда, успокоившись.
На минуточку, мне нельзя нервничать, но сейчас я делаю это.
Поэтому нужно быстрее заканчивать.
Иду к столу, открываю ящики и перебираю документы. Всё не то.
Тяну за ручку одного, он не открывается. Закрыт на ключ.
— Тут замок, — шепчу.
Но это было лишь вопросом времени. Лезу в сумочку, достаю невидимку и сажусь на корточки, засовывая заколку в отверстие. Ковыряю её, прислушиваюсь и чуть ли не подпрыгиваю на месте, слыша голос Кирилла.
— Ты открыла?
— Да, — стараюсь быть как можно тише. Понимала, что Рома спит. Но моя паранойя не позволяла говорить громче.
— Буду через десять минут.
— Может, — начинаю, прикусывая губу и продолжая вертеть невидимку в замке. Да открывайся же, ты, глупый ящик! — Не будем так рисковать? Я сделаю всё сама.
— Нет, — летит чёткий ответ, от которого раздражаюсь. Что творит этот человек? — Всё будет нормально. Он спит, так и пусть это делает.
Хочу возмутиться, но замок поддаётся и открывается, отчего я радостно встаю и дёргаю за ручку.