Враг империи
Шрифт:
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — заметила Лидия.
Ла Абель Гнец
Появление закончившего колдовать над Иви Макмайера заставил моих жен замолчать. Впрочем, продлилось мое счастье недолго. Понаблюдав с полминуты за действиями целителя и, видимо, решив, что зрелище открытой, пусть и не кровоточащей раны для нее не слишком приятно, Сильвия отвела взгляд и не нашла ничего лучше, как вернуться к обсуждению моего последнего промаха.
— Все-таки тебе не стоило так рисковать, —
— Угу, — привычно отозвался я. Доступные понимания любого логично мыслящего человека аргументы у меня закончились, и дальнейшее участие в диалоге с желающей продолжения разговора женщиной, как обычно, свелось к своевременному произнесению различных междометий.
— Абель, я просто хочу, чтобы ты понял, как твоя жизнь важна для всех нас. Даже если не принимать в учет мои чувства или чувства Лидии.
— Ага.
— Ты можешь пообещать, что больше не станешь совершать необдуманных поступков?
— Могу. — О том, что мой последний поступок, по поводу которого она так сокрушалась, был вполне обдуманным, пусть и не совсем верным, я решил не упоминать.
— Ну, хоть что-то. — Сильвия тяжело вздохнула. Ее боевой пыл за прошедшее время изрядно поиссяк, но какая-то неведомая сила мешала ей наблюдать за работой колдующего над моей рукой целителя молча.
Лидия вела себя гораздо спокойнее, лениво обмахиваясь веером и почти равнодушно разглядывая мои исчезающие на глазах синяки и ссадины. Единственное серьезное ранение от нее надежно скрывала спина целителя. И если первое время после моего отнюдь не триумфального появления на нижней палубе в ее поведении можно было заметить следы тихой паники, то сейчас она уже полностью взяла себя в руки. Не произнеся за все время ни одного упрека в мой адрес. Идеальная супруга. И почему я так не хотел на ней жениться?
Макмайер заключил меня в почти непроницаемый кокон, составленный из отдельных целительных заклятий, стремясь не упустить ни малейшей царапины. Светящиеся линии повисли прямо напротив глаз, заставив зажмуриться.
— Постарайтесь не шевелить бровями, — попросил Альдо. — И губами тоже.
Я не припоминал ни одного попадания по губам, однако с удовольствием подчинился, радуясь возможности прервать тяготивший меня разговор. Сильвия, лишенная возможности слушать мое угукание, некоторое время крайне выразительно вздыхала, но за полчаса работы Макмайера ее запал иссяк окончательно, и когда тот разрешил мне открыть глаза, попыток начать все заново не последовало.
— Ла Абель, — отстранившийся целитель критически осмотрел результаты своих трудов, — как вы относитесь к следам от боевых ран?
— Что-то не так? — осведомился я. — Шрамы останутся?
— Нет, что вы! — лекарь, кажется, даже обиделся. — Никаких шрамов или иных ощутимых дефектов! Только временные проблемы с пигментацией кожи. Солнечные ванны избавят от них за несколько дней. Впрочем, если вы желаете устранить следы именно сейчас…
Я вывернул предплечье, стараясь разглядеть след от ранения полностью.
— В моей каюте есть зеркало. Если хочешь, можешь им воспользоваться, —
— Нет, спасибо. — Я уже увидел все, что хотел. Макмайер аккуратно соединил мышечные ткани, но разрез от косы был отнюдь не бритвенный, и потому кое-что пришлось восстанавливать, фактически выращивая заново — место недавнего ранения оказалось отмечено тонкой полоской розовой кожи.
— Как часто требуется принимать солнечные ванны? — поинтересовалась Лидия.
— Часа два — три в день, — пожал плечами целитель. — Четыре — максимум.
— Боюсь, у меня не будет столько свободного времени, — вздохнул я.
— Можно воспользоваться специальным кремом для загара, — внес очередное предложение Макмайер. — Если вы будете находиться на улице в одной рубашке, то это сработает почти так же эффективно.
— Кажется, вы упомянули, что все-таки можете устранить следы прямо сейчас, — заметила Лидия. — Или я неправильно поняла?
— Могу. — Макмайер вздохнул. — Но работа косметолога — не мой профиль. Потребуется время на подбор подходящего оттенка. Вдобавок, целительная магия напрягает организм, сокращая срок жизни пациента, и столь мелкие манипуляции — не исключение. Я не считаю разумным платить за подобную мелочь несколькими часами или даже днями, вычеркнутыми из будущего. Но решать вам.
— Пожалуй, остановимся на креме. И спасибо за хорошую работу, Альдо. — Я снял со спинки кресла любезно приготовленную Риккой рубашку и принялся одеваться.
— Всегда пожалуйста, Ла Абель, — поклонился целитель.
Задерживаться он не стал, поспешив исчезнуть, подгоняемый выразительным взглядом Сильвии.
— Прежде чем вы вернетесь к прерванному разговору, — иронично заметила Лидия, заставив открывшую было рот Сильвию осечься, — мне хотелось бы знать: я одна ощущаю, что в каюте стало заметно жарче?
— Некоторое повышение температуры ощущается, — согласился я. — Скорее всего, оттого, что корабль перегружен. Трюм слишком забит, привычные каналы циркуляции воздуха блокированы, а заклинания комфорта в каютах не справляются с нагрузкой из-за слишком большого количества пассажиров.
— Я понятия не имею, как это все работает, но ты упомянул, что заклинания комфорта в каютах не справляются. Значит ли это, что температура в трюме еще выше, чем здесь?
— Не обязательно. Если отвечающие за вентиляцию чары работают исправно, то там будет даже прохладней.
— Если работают… — задумчиво протянула моя жена. — А если нет?
— Тогда там еще жарче, — пожал плечами я. — Но все равно вполне терпимо. Градусов тридцать пять — не больше.
— Дорогой, успокой свою начинающую нервничать супругу — скажи, что за время перелета температура больше не будет расти. Или хотя бы пообещай, что ее рост не окажет никакого воздействия на легковоспламеняющуюся алхимическую смесь, которой забита половина трюма.
Я вздохнул. Теоретически для взрыва нашего груза температура должна была подняться хотя бы до сотни градусов. Теоретически… Демоны его знает, что там намешано в составе, изготавливаемом прямо на месте, да еще и с возможными нарушениями технологического процесса.