Врачевальная 13
Шрифт:
– Ты как? – рядом со мной раздался заботливый голос Елены.
– Да никак! С трудом себя сдерживаю, чтобы не развернуться на пятках и не сбежать отсюда, сломя голову, на другой край земли, - тихо ответила ей.
– Девочка, постарайся отключить все эмоции. Мне Лена рассказывала, что ты врач? – на что я согласно кивнула головой. – Тогда вспомни, как ты справлялась с тем, когда тебе пришлось делать вскрытие тела, которое вызывало в тебе самое большое количество эмоций. Как ты их отключала и делала свою работу, - раздался старческий
– Я смогла делать это только по причине того, что помочь им никак не могла, уже они были все мертвы, сколько бы я не лила слез, - но женщина была права, жаль, я только не могла ее разглядеть - всю фигуру закрывал большой черный балахон, и он был тоже далеко не первой свежести.
– Вот и тут ты уже им не поможешь, но после твоих действий ты спасешь многих. Вот что важно! Поэтому бери кинжалы и иди в центр. Пентаграммы готовы, осталось их усилить и влить в них капли твоей крови, отданной добровольно, чтобы открыть врата. А теперь ну-ка, глотни!
– и мне дали малюсенькую фляжку.
Я вначале протянула к ней руку, а потом замерла в нерешительности. Елена, поняв мое замешательство, взяла фляжку и сделала один глоток, потом сморщилась так, что мне окончательно перехотелось пить. Но мне старательно пихнули флягу в руку.
– Не нюхай, пей. Это твоя предшественница делала. Ты-то точно об этом помощнике забыла, - сказала женщина.
Я сделала глоток, и глотку обожгло чистым спиртом с какими-то травами. После которых на языке осталась не только послевкусие, но и какая-то слизь. Я попыталась ее сплюнуть, но это ничего не дало.
– Подожди, сейчас будет хорошо, - сказала женщина и тоже сделала глоток.
Пожар, который загорелся внутри меня, стал резко идти на убыль. Потом я почувствовала, как эмоции утихают, как картина, что была перед глазами становилась все менее значимой, и вот уже мне было совершенно безразличны все, никто не вызывал совершенно никаких эмоций. Во мне вообще не было эмоций, только четкое понимание - куда встать, что сделать и какой должен быть результат.
– Отличная вещь. Надо его на первое время точно ввести в походную аптечку, - сказала женщине.
– Правильно, дочка, а теперь пошли - время пришло. Сейчас решается не только их судьба, но и судьба твоя. Судьи уже прибыли. Если ты этого не сделаешь, то, считай, подписала себе приговор, слабая врачевая - не жилец! – она толкнула меня в бок, и я увидела как в нашу строну шли уже знакомые братья драконы Дикасты.
– Луна уже высоко, время на исходе. Да и мужик, вон, уже лежит, готов к твоему приходу.
Я посмотрела туда же, куда и она. На могильной плите скованный цепями лежал вампир Дикаст. Его торс был оголен. Длинные белые волосы, как покрывало, были разбросаны на плите. Картина была прекрасной, я знала это, но не чувствовала.
– Идем, - меня подтолкнули, и я на деревянных ногах пошла к центру круга, контур которого сейчас едва светился.
Как только я шагнула в круг – почувствовала, как чужая холодная магия под ногами пришла в движение. Начало было положено, отступить теперь не было ни единого шанса.
Глава 63
Холодный ветер пробирал до костей, вот только и его я не чувствовала, просто знала, что должно быть именно так. Я стояла в круге, очерченном магической силой, на мерзлой кладбищенской земле. Четыре фигуры в черных балахонах, словно тени, занимали свои места по сторонам света. Их лица были скрыты, но я чувствовала их пристальные взгляды, прожигавшие меня насквозь. В руках я держала проклятые кинжалы, их сталь обжигала своей ледяной хваткой.
Шепот начал нарастать, становясь подобным змеиному шипению. Слова заклинания, чуждые и пугающие, оплетали меня, проникая в сознание. Земля под ногами дрожала, а в центре круга стали проявляться огненные пентаграммы. Их свет становился все ярче, опаляя кожу, но я не могла отвести взгляд. Меня тянуло к ним, как мотылька к пламени. Мое тело стало непослушным, словно чужим.
Руки мои непроизвольно потянулись к земле, словно стремясь впитать ее силу. Кровь в жилах закипела, требуя выхода. В глазах потемнело, а в ушах зазвенело. Я подняла кинжалы и, собрав всю волю в кулак, сделала надрезы на каждой руке. Боль была острой, но мимолетной. Капли моей крови, алые и густые, упали на землю, впитываясь в мерзлый грунт.
Стоило лишь последней капле коснуться земли, как пентаграммы пришли в бешенное движение. Они кружились, метались из стороны в сторону, сталкиваясь и искрясь. Каждый их поворот сопровождался глухим щелчком, словно открывались древние, забытые замки. Мое тело содрогалось в такт этим щелчкам, будто я была частью огромного механизма, пришедшего в движение.
Я почувствовала, как что-то меняется внутри меня. Что-то древнее и могущественное пробуждалось, вырываясь на свободу. Боль отступила, уступая место необъяснимому восторгу. Я знала, что обратного пути уже нет. Я перешла черту мира мертвых и передо мной появились две светящиеся точки, которые вышли прямо из-под земли.
Они облетели круг, потом меня, зависли на секунду около Дикаста, потом – около девушки, которой с каждой секундой становилось все хуже. Потом слились в одно целое, и я увидела прозрачную фигуру женщины.
Она была в очень странном платье. Это была скорее сорочка, только очень простая и вся в крови внизу. Даже в этих почти истлевших от времени чертах было видно ее былую красоту. Она посмотрела своими мёртвыми глазами на Дикаста, и в ее взгляде что-то изменилось. Она улыбнулась и подлетела к нему.