Врачебные предписания

Дуэйн Диана

Она уставилась на Тага.

— Ты просто тупица. Вот твое личное оружие забери его.

Оп подобрал свое оружие, но при этом продол жал подозрительно рассматривать камень.

— Катур, я имею в виду этот камень. Ведь сна чала его тут не было. Он появился в самый последний момент, он только что передвинулся на это место.

— Никуда он не передвинулся, — презрительно заметила она. — Не будь глупцом. Камень не может двигаться сам по себе! Ты что, видишь какие-нибудь следы на траве от его перемещения?

— Нет, по…

— Идиот! —

закричала Катур и отошла в сторону.

Еще одно разочарование на ее пути. Ведь Таг ей даже правился. Но если у бедняги уже начались галлюцинации, — что с ним делать после этого?

Катур стала внимательно рассматривать то, что осталось от вездехода. Оказалось, что осталось совсем не много. Как быстро все в этом мире может развалиться Па куски! А она так надеялась, что ей объявят благодарность в приказе по кораблю! Теперь же останется ждать лишь дисциплинарное взыскание для всей се четверки. И табех так и не найден.

Ветровое стекло вездехода было все в трещинах. Катур осмотрела его, слегка потирая рукой собственную шею, чтобы размять мышцы. Вдруг она подумала удивленно; «Как так могло случиться, что я перелетела вперед через стекло, но не ударилась об этот камень?»

Если, конечно, не брать в расчет, что этот камень мог «отодвинуться» г…

Нет, это совсем не смешно. Она подошла к другой импульсной лопате и подняла ее с грунта. Та была с виду исправной, но будет ли она копать?

— Эй, идите сюда, — позвала Катур свою команду — По крайней мере, у нас осталась одна лопата. Мы должны откопать этот чертов табех, набрать его кто сколько сможет унести…

— А как же наш вездеход?

— Мы сообщим командиру, что его сломало одно из этих дурацких деревьев, — ответила она. — Этот камень упоминать не следует, а то он будет считать нас неуклюжими медведями. — Катур со злостью посмотрела на Кезарио. — Но мы можем схватить одно из этих деревьев и сделать его похожим на участника автомобильной катастрофы. Вот, возьми эту штуку, — обратилась она к Хелефу и вручила ему уцелевшую импульсную лопату.

Он взял лопату без особой радости, но выбора у него не было — Катур была старшей в их группе.

— Эй, — окликнула она Хелефа. — Дай мне свой сканер.

Он отдал ей свой прибор также с явной неохотой. Сколько времени он потратил, чтобы модифицировать, откалибровать его для себя, и теперь не очень-то хотелось, чтобы кто-то нарушал с таким трудом созданный порядок. Катур все это знала, и ей доставляло удовольствие позлить Хелефа. Она изменяла калибровку сканера, пока он полностью не устроил ее, затем провела сплошное сканирование местности.

— Вон туда нужно идти, — сообщила она.
– Север и северо-запад, около четырех тысяч шагов отсюда. Нам потребуется не более часа, так мне кажется. Пошли, надо закончить с этим побыстрее.

Они направились в выбранном направлении, в сторону сине-зеленых холмов. Стоял теплый день.

Голубоватый оттенок хлорофилла —

особенность планеты — начинал уже раздражать Катур. Этот непривычный цвет окутывал все предметы, но ей на это было наплевать!

Она не заметила еще одну вещь, которую ей заметить следовало бы, поскольку это было нечто посерьезнее сине-зеленого хлорофилла — пресловутый камень тоже последовал за ними.

Глава 7

Кирк сидел в тени, отбрасываемой Мастером, и напряженно думал. Наступила вторая половина дня, и освещение планеты менялось: странноватое, прохладное, сине-зеленое утреннее и полуденное — на более теплые тона тех же цветов. Латунный блеск местного солнца стал несколько иным, похожим на старинное золото. На деревьях, росших на холмах ближе к северу, начали петь птицы или то, что могло сойти за местных птиц. Их песнь была приглушенной, монотонно-меланхоличной, но вес же напоминала чем-то Кирку пение соловьев, которое так соответствовало сейчас настроению.

Мастер некоторое время молчал. Кирк облокотился о его тело — существо любезно согласилось на такой жест — и ждал. Внутреннее чувство, возникшее в нем с момента появления на планете, подсказывало Кирку, что спешить не следует. Наступал именно тот этап, ради которого «Энтерпрайз» прибыл сюда, — этап дипломатии. Проходил он иначе, чем это представлялось раньше, но все равно он наступил и требовал к себе не меньше внимания, чем, если бы использовались обычные дипломатические формы. «Однако неплохо, что дипломатические методы не очень годятся на этой планете, — подумал Кирк. — Сидеть вот так, в залитом солнцем лесу, намного приятнее, чем в каком-нибудь зале среди бюрократов, потягивающих коктейли».

Он продолжал с интересом рассматривать окружающее, словно старался убедить себя, что этот день не перейдет опять в ночь, полную взрывов бомб у, свистов электронных снарядов. У Кирка не было никаких сомнений, что он присутствовал при этом, именно присутствовал физически. Его волновало другое: может ли эт влиять на физические свойства окружающих так же, как на свои собственные? Складывалось впечатление, что может. Обязательно потом потребуется помощь Спока, чтобы попытаться ответить на этот и множество других вопросов. Без сомнения, федерация будет очень и очень заинтересована в том, чтобы заполучить эту планету в свой союз.

Однако Кирк решительно отгонял от себя мысли такого рода. В его задачу входило лишь определить, будет ли членство в федерации столь выгодным для эт, орнов и лахитов и какую пользу оно принесет самой федерации. Если явной выгоды не обнаружится, то он сообщит об этом в Звездный флот и попросит разрешения на обратный полет. Теоретически, даже если это и будет его единоличное решение, они должны поддержать его;

Но только теоретически. Кирк вздохнул и снова вспомнил ночь, полную убийств.