Впусти меня в сердце
Шрифт:
У меня нет права голоса, я лишь выполняю функцию водителя, моральной и физической поддержки в поездках на могилу Александра. И готов принять любое решение Полины.
– Серёжа, но ведь годовщина смерти – сегодня…
И я её понимаю. Знаю, как это больно. Сам едва выживаю в день, когда погибла моя семья.
– Сергей, перестань. Поезжайте вдвоём. Я тут разберусь и всё организую лучшим образом.
Я не сомневаюсь в бате, доверяю ему как себе. Да и насморк – это ерунда, он часто бывает у Надюши без
– Поехали скорее, Серёжа. Постараемся не задерживаться и вернуться пораньше. И, пожалуйста, папа, держите нас в курсе, – Полина целует дочку и что-то шепчет ей на ушко.
Я помогаю жене одеться, и мы выезжаем.
В дороге стараюсь быть предельно осторожным. Нехорошее предчувствие не отпускает. До места добираемся довольно быстро и без приключений.
Папа периодически присылает фотоотчёты. Надюша спокойно играет, настроение и состояние у неё хорошие. Педиатр не увидел ничего страшного и прописал только промывать нос солевым раствором.
Почему же так неспокойно на душе?
Александр похоронен на военном участке кладбища. Вокруг – стройные ряды могил. Тут нашли последнее пристанище солдаты, погибшие в недавней войне. Очень много цветов, государственные флаги.
Место наполнено болью и скорбью… С памятников смотрят улыбающиеся лица. Молодые парни, зрелые мужчины, красивые женщины. Чьи-то дети, братья, сёстры, родители... Им бы ещё жить и жить. Любить, воспитывать детей, мечтать, путешествовать…
Полина рыдает… Закутываю её пледом, чтобы не замёрзла. Обнимаю, чтобы она чувствовала, что не одна, и я всегда буду рядом, поддержу, помогу, закрою от всех невзгод.
Я не тороплю. Знаю, ей нужно поплакать и пообщаться с человеком, который был с ней рядом много лет с раннего детства. Которого она любила, с которым мечтала прожить вместе до глубокой старости и родить троих детей.
Дождь поначалу накрапывает, а потом усиливается. Полина поднимает глаза к небу, хмурится.
– Надо ехать. Вон, тучи какие чёрные. Сейчас польёт…
Мы едва успеваем добежать до машины. Начинается ливень.
Немного выжидаем в надежде, что буйство природы успокоится. Но время идёт, а потоки воды с неба не уменьшаются. Осторожно выруливаю на трассу и направляюсь в сторону дома.
Полина засыпает, я концентрируюсь на дороге. Я никогда не лихачу. Сейчас же особенно осторожен, потому что со мной – жена и будущий малыш, который через месяц появится на свет.
Видимость низкая. Иду в правой полосе, чтобы не мешать гонщикам и оградить себя от возможных неприятностей. Медленнее, чем мог бы, но безопаснее.
Всё происходит в одно мгновение. Со второстепенного выезда на трассу на большой скорости вылетает машина. Водитель не справляется с управлением и вместо того,
Толчок. Весьма ощутимый удар о подушку безопасности. Скрежет металла. Всего одно мгновение...
Нас разворачивает, и едущая за нами машина, не успевая затормозить, влетает в нас с другой стороны.
– Полина! Полина! – поворачиваю голову и кричу, срывая голос.
Тишина…
Подушка сдувается. Выбираюсь из машины. Голова кружится: хотя лоб считается самой крепкой частью черепа, встреча с летящей навстречу подушкой не прошла для него бесследно.
– Звони в “скорую”! Срочно! У меня жена беременная в салоне! – кричу спешащему ко мне мужчине.
Оббегаю машины. Нет времени рассматривать повреждения. Подавляю в себе желание придушить лихача. Я потом его обязательно найду и накажу. Сейчас главное – чтобы с Полей и малышом всё было в порядке.
Переднюю пассажирскую дверь заклинило. Уходят драгоценные минуты. Кто-то приносит лом, с трудом удаётся её открыть.
Полина сидит белая как мел, глаза широко открыты от испуга. У неё – шок.
– Малыш, как ты? – не реагирует. – Я помогу тебе выйти, – отодвигаю подушку, наклоняюсь и отстёгиваю ремень.
Внешне не заметно повреждений. Но при авариях видимость благополучия порой бывает обманчива.
– Поля, у тебя что-то болит? – опять не отвечает, а по щекам текут слёзы.
Подхватываю жену с сидения и аккуратно вынимаю из машины. Рукой ощущаю влагу. Кровь?
В глазах темнеет от ужаса.
– “Скорую” вызвали? – спрашиваю у людей, окруживших место аварии.
– Я звонил, но до города далеко… Когда ещё они доедут, – отвечает водитель автомобиля, который ехал позади меня.
Оглядываюсь. Мы – фактически в чистом поле. Пытаюсь справиться с паникой, но она давит меня безысходностью.
Сколько прошло минут? Сориентироваться трудно.
Кручу головой в поисках решения.
Из затормозившего впереди автомобиля выскакивают двое парней.
– Давай в машину! Быстро! – командует. – “Скорая” будет нескоро.
Я интуитивно подчиняюсь.
Телефон! Нужно срочно позвонить Павлу… Он сможет скоординировать.
– Помоги, брат. Телефон был на панели.
Он оказывается понятливым, ныряет в салон и почти сразу возвращается с моим смартфоном.
– Ты бы хоть сфотографировал для страховой, – подсказывает второй из парней, когда я устраиваю Полину на заднем сидении.
– Гоша, организуй, – командует первый. – Я в больницу и назад. Присмотри тут и проконтролируй.
Парень садится в машину, и мы сразу срываемся с места.
– Посмотри по карте, куда ехать, где ближайшая больница.
– Её бы в город, – прошу не слишком уверенно.