Возвращение мумии
Шрифт:
— Надеюсь, ты захватил спрей от насекомых, — простонала Сари. — Комары там размером с лягушек!
— Не преувеличивай, — укоризненно сказал дядя Бен. — Гейб не боится нескольких комаров… не боишься же?
— Ни капли, — тут же ответил я.
— А как насчет скорпионов? — осведомилась Сари.
Движение сделалось легче, когда мы оставили город позади и устремились в пустыню. Желтые пески сверкали под жарким послеполуденным солнцем. Волны жара вздымались перед нами, когда наш джип подпрыгивал по узкой двухсторонней дороге.
Вскоре
Когда я смотрел на нее из окна, от волнения у меня перехватило горло. Я уже видел пирамиды в прошлом году. Но все равно это было потрясающее зрелище.
— Поверить не могу, что пирамидам четыре тысячи лет! — воскликнул я.
— Ага. Они даже старше меня! — пошутил дядя Бен. Его лицо стало серьезным. — Каждый раз, когда я вижу их, меня переполняет чувство гордости, — признался он. — Мысль о том, что наши древние предки были настолько умны и мастеровиты, чтобы создавать подобные чудеса.
Дядя Бен был прав. Думаю, пирамиды столь много значат для меня потому, что вся наша семья — египтяне. Мои предки с обеих сторон прибыли из Египта. Они переехали в Соединенные Штаты в тридцатых годах. Мои мама и папа родились уже в Мичигане.
Я считаю себя типичным американским мальчишкой. Но есть что-то невыразимо волнующее в посещении страны, откуда родом все твои предки.
Когда мы подъезжали все ближе и ближе, пирамида словно вырастала у нас на глазах. Тень ее длинным синим клином взрезала желтый песок.
На тесной автостоянке скопились автомобили и туристические автобусы. Рядом с нею, стоя в ряд, топтались оседланные верблюдов. Толпы туристов разбредались по песку, созерцая пирамиды, щелкая фотоаппаратами, громко переговариваясь и показывая пальцами.
Дядя Бен свернул на узкую боковую дорожку и мы покатили в сторону от толпы, к тыльной стороне пирамиды. Как только мы погрузились в тень, сразу стало прохладнее.
— Я готова убить за мороженку! — взвыла Сари. — Мне в жизни не было так жарко.
— Давай не говорить о жаре, — ответил дядя Бен, пот градом катился с его лба и бусинками застревал в косматых бровях. — Давай поговорим о том, как ты счастлива видеть своего дорогого отца после стольких месяцев разлуки.
Сари застонала.
— Я была бы гораздо счастливее, если б ты был с мороженкой.
Дядя Бен расхохотался.
Охранник в униформе цвета хаки подошел к джипу. Дядя Бен вручил ему синюю карточку-удостоверение. Охранник махнул рукой, чтобы мы проезжали.
Когда мы ехали по дороге за пирамидой, в поле зрения возник ряд невысоких белых палаток из парусины.
— Добро пожаловать в гостиницу «У пирамиды»! — пошутил дядя Бен. — Вон там наш роскошный номер-люкс. — Он показал на ближайшую палатку. — У нас весьма удобно, — продолжал он, припарковав джип возле палатки. — Вот только обслуживание номеров
— И нужно смотреть, чтоб не было скорпионов, — предупредила Сари.
Она и не такое скажет, лишь бы меня напугать.
Мы выгрузили мой чемодан. Затем дядя Бен отвел нас к подножию пирамиды.
Съемочная группа собирала свое оборудование. Какой-то молодой человек, весь покрытый пылью, выбрался из низенького прохода, пробитого в одном из известняковых блоков. Он помахал рукой моему дяде и поспешил к палаткам.
— Один из моих рабочих, — пробормотал дядя Бен. Он кивнул в сторону пирамиды. — Ну что ж, Гейб, вот ты и здесь. Далековато от Мичигана, да?
Я кивнул.
— Просто не верится, — сказал я, приставив руку козырьком ко лбу, чтобы поглядеть на вершину пирамиды. — Я и забыл, насколько больше они кажутся в реальности.
— Завтра я возьму вас обоих с собою в гробницу, — пообещал дядя Бен. — Ты прибыл как раз вовремя. Мы работали многие месяцы. И теперь мы, наконец, готовы взломать печать и войти в погребальную камеру.
— Ух ты! — воскликнул я. Мне хотелось выставить себя перед Сари крутым. Но я ничего не мог поделать. Это было и впрямь потрясающе.
— Думаешь, ты действительно станешь знаменитым, после того, как вскроешь эту гробницу, а, папа? — спросила Сари. Она прихлопнула севшую на руку муху. — Ай!
— А буду так знаменит, что мухи не осмелятся тебя кусать, — отвечал дядя Бен. — Кстати, знаете, как называли мух в Древнем Египте?
Мы с Сари отрицательно покачали головами.
— Вот и я не знаю! — ухмыльнулся дядя Бен. Одна из его дурацких шуточек. У него их вагон и маленькая тележка. Внезапно выражение его лица изменилось. — О. Кстати. У меня есть подарок для тебя, Гейб.
— Подарок?
— Так, куда ж я его положил? — Он рылся обеими руками в карманах брюк.
Пока он искал, я заметил движение у него за спиной. Какая-то тень маячила за плечом моего дяди в низком туннеле.
Я прищурился.
Тень двигалась. Фигура медленно брела к выходу.
Сперва я подумал, что солнце сыграло с моими глазами шутку.
Однако, приглядевшись получше, я понял, что зрение меня не обманывает.
Фигура вышла из пирамиды — ее лицо было обмотано истрепанными пожелтевшими бинтами. Такие же бинты обвивали ее руки. И ноги.
Я разинул рот, чтобы закричать… но крик застрял у меня в горле.
И пока я безуспешно пытался предостеречь моего дядю, мумия вытянула негнущиеся руки вперед и устремилась к нему.
4
Я видел, как глаза Сари широко раскрылись от испуга. Она громко ахнула.
— Дядя Бен! — Я наконец заставил себя закричать. — Обернись! Она… она!..
Дядя нахмурился, озадаченный.
Мумия ковыляла к нему, угрожающе протягивая руки, собираясь схватить дядю Бена за шею.