Возвращение Каина
Шрифт:
— Тиимать, Палыч! — заливался Кирилл, наливая вино. — А давай одну свадьбу сыграем, а? Аннушка? Полина Михайловна? Валентина Ильинишна? Не две же собирать! Народ? А экономия какая!
— Ну, будем вам мешать, — затянул Аристарх Павлович. — Вы — молодые люди, пусть будет праздник ваш! А мы семейным кругом… отметим торжество дня через два…
— Спасибо, Кирилл, но Аристарх Павлович прав, — вступила Валентина Ильинишна. — Невеста на свадьбе должна сиять одна! И жених тоже.
— Правильно, — подтвердила бабушка Полина. — Это же тебе
— Эх, зря! — не сдавался Кирилл. — Как здорово бы было! Мы бы сразу с Палычем оженились!.. Палыч, помнишь, как мы сидели тут вдвоем и мечтали жениться? Давно ли было?!
— Не я, а ты мечтал! — засмеялся Аристарх Павлович. — А я и не мечтал…
— Слушай, Палыч! А ты венчаться будешь? — спохватился Кирилл. — Валентина Ильинишна?
— Не знаю! — засмеялась Валентина Ильинишна. — Я все отдаю на откуп Аристарху Павловичу. Как он скажет, так и будет!
— Вот это голос женщины! — возрадовался Кирилл. — Предлагаю выпить за счастливое известие и за наших невест!
— Ну вот, нам осталось найти невесту Олегу, и будет как в кино, — сказала бабушка Полина. — Аристарх Павлович, дочка когда приедет?
— Да жду вот, жду, — пропел Аристарх Павлович. — С весны ведь не бывала… На свадьбу позову!
— Оставьте, Полина Михайловна, — отозвался безучастный Олег. — Что говорить напрасно…
— Отчего же напрасно? — строго спросила бабушка Полина. — Тебе жениться надо, а ты в монастырь собрался. Вон какой парень, не хромой, не горбатый. Погоди, вот увидишь дочку Аристарха Павловича, тогда я на тебя погляжу…
— А что, Аристарх Павлович? — дразня Аннушку, спросил Кирилл. — Красивая у тебя дочка?
— На чужой каравай — рот не разевай! — отрезала бабушка Полина. — Ишь, гусар!
— Мне своего каравая не съесть! — засмеялся Кирилл.
— Еще посмотрим, кто кого съест, — заметила Аннушка.
Олега на время забыли, и он успокоился, да бабушка Полина не отступалась.
— Кому в ученье, кому в монастырь — такие дела на семейном совете решают, — заявила она. — Мало ли что ты придумал. Теперь у тебя есть семья, дом. Ты теперь не один, чтобы своей судьбой распоряжаться. К тому же ты молодой, можешь сделать глупость, и потом назад пути не будет.
— Я уже сделал выбор, — уверенно заявил Олег. — Вы же не знаете, как я жил.
— Ну, кое-что знаем, — не согласилась бабушка Полина. — Молодость и есть молодость… Приедет Алеша, сестра твоя приедет, тогда и посоветуемся.
— Навряд ли что-то изменится…
— Опять насилие! — деланно вздохнул Кирилл. — Я думал, только в армии командиры…
Аннушка наклонилась к нему и прошептала:
— Пойдем, что-то покажу! Что я нашла!..
Они ушли в комнату бабушки Полины, и Аннушка сняла с полки мраморную женскую руку.
— Ты нашла? — обрадовался Кирилл. — Нет, это я нашел! Первый нашел! В день приезда!
— А что же ты бросил ее?
— Не знаю, — рассматривая обломок, проронил
— Эх ты! Посмотри, какая красота! — любуясь линией мраморной кисти, сказала Аннушка. — Можно представить, какая была скульптура.
— Я знаю, где она стояла! — спохватился Кирилл. — Там наверняка еще есть обломки.
— Пошли копать? — загорелась Аннушка. — Прямо сейчас.
Они переоделись и, не возвращаясь к столу, нашли лопату и грабли. Кирилл отломил кусок толстой проволоки и сделал щуп. Ориентир был — стена Института вакцин и сывороток. Они побежали через Дендрарий напрямую, однако Аннушка остановилась:
— Погоди, Кирилл… Давай возьмем Олега? Он такой одинокий, пусть будет с нами?
— Пусть будет, — сказал Кирилл и, закурив, сел на землю.
Аннушка убежала назад и скоро вернулась с молчаливым и меланхоличным Олегом.
— Полина Михайловна не отпускала, — сообщила она. — Говорит, мы дурью маемся… Ты тоже так считаешь, Олег?
Брат промолчал. Они долго шли вдоль стены и хоть смотрели в три пары глаз, но стрелку с первого раза не заметили. Ее почти смыло ливнем, и остался лишь белый след от зубной пасты. Кирилл отыскал холмик с остатком постамента и очертил щупом большой круг.
— Господа археологи, прошу!
Как и следовало ожидать, больше всего обломков оказалось неподалеку от центра круга. Из толстого слоя перегнивших листьев выгребли вторую кисть руки с шариком между пальцев, предплечье с локтевым сгибом и множество обломков свисающих складок ткани. Безучастный Олег, вначале вяло тыкавший лопатой в землю, увидев находки, ожил и рыл теперь землю по кругу. Попадал битый кирпич, камни, куски бетона, но мраморные осколки встречались реже и реже. Они нашли еще одно предплечье — левое, с куском мраморной ткани на сгибе; руки можно было уже собрать до плеч, и не хватало лишь мелких кусочков, выщербленных на сломах.
— Все, ребята! — Кирилл бросил грабли. — Все, что можно легко отбить от скульптуры, мы уже нашли. Кроме головы! Голова и тело лежат где-нибудь в кустах.
— Почему в кустах? — спросил Олег. — Думаешь, могли спрятать?
— Зачем ее потащат в кусты? — Аннушка собирала обломки рук. — Это же не похитители, а варвары! Они же не логичны!
— Как говорил наш старшина, объясняю последний раз для дураков, — Кирилл взял щуп. — Это была женщина, так? Так! А логика варвара — женщину тащить в кусты!
— Дурак, — сказала Аннушка.
— А вот посмотришь сейчас!
Он пошел кругом между развесистых ив, проверяя землю щупом. Иногда он продирался сквозь ветви, стараясь забраться в самые недоступные места. Аннушка и Олег, побродив по холмику — статую здесь действительно не спрятать, — полезли по ивняку, расширяя круг.
— Я вспомнила ее! — вдруг крикнула Аннушка. — Я знаю, кто она!
— Тьфу, напугала! — засмеялся Кирилл. — Ну кто?
— Афродита из Арля!
— Почему? Может, Венера!