Возвращение графа

Лэйтон Эдит

Джулиана онемела. Ей случалось видеть издали роскошные дома, но такого, как в Эгремонте, она не встречала.

Выстроенный из золотистого камня, высокий, отличных пропорций, он с высоты холма озирал окрестности. Перед портиком с колоннадой был фонтан, где огромный тритон царствовал над стаей дельфинов, резвящихся на мелководье. Даже дорожка представляла собой особое зрелище, в нее были вдавлены розовые и золотые морские ракушки. Но не богатство и роскошь потрясли Джулиану, а красота и изящество дома. Теперь она поняла отчаяние Софи от угрозы потерять это все, ее ярость на жениха, который не рвался защищать

свои права. Неудивительно, что человек готов лгать и обманывать, лишь бы завладеть этим местом.

– Мы проведем вас по дому, потом прогуляемся вокруг, – сказал Хэммонд, когда карета остановилась. Он подал руку Джулиане, она вышла и спросила:

– Не понимаю, разве вам разрешается здесь бродить? Я имею в виду, – добавила она, заметив враждебный взгляд Софи, – раз здесь никто не живет, как можно сюда заходить?

– Здесь живут, – сказал он. – Штат прислуги ведет хозяйство. Дом таких размеров нельзя оставлять без присмотра. С имения платят налоги, пока его принадлежность обсуждается. Я имею доступ, как и тот, кто объявил себя Кристианом Сэвиджем. Сюда, пожалуйста.

В дверях их встретил дворецкий, и Джулиану провели в дом сокровищ. Она порадовалась, что надела свое лучшее платье для прогулок, иначе чувствовала бы себя простолюдинкой.

Она шла по сверкающим коридорам, смотрела на причудливую резьбу по камню, любовалась фресками на потолке, поднялась по одной из роскошных лестниц-близнецов и спустилась по другой. Она видела величественные спальни и семейные помещения, кабинеты и офисы, обширную библиотеку, большую и малую музыкальные комнаты, отдельные комнаты и салоны, громадные палаты и длинные галереи, кухню размером с амбар. Видела шедевры живописи в золоченых рамах, камины резного мрамора и красного дерева. Мебель, сделанную для королей, и статуи, украденные из античных храмов. У нее не было слов, чтобы выразить восхищение.

– Видела? – сказала Софи, когда они, наконец, вышли из дома.

– Видела, – выдохнула Джулиана.

Но это было еще не все. Отдельно стоящие постройки вполне были достойны стать чьей-либо резиденцией. Напоследок они зашли в оранжерею, нависающую над прудом для разведения рыб, которым весело жилось под сенью пальм и цитрусовых деревьев.

Они увидели его, когда шли к разрушенному теннисному корту. Это не мог быть никто другой. Джулиана догадалась не потому, что узнала его. Она заметила, что Софи сразу напряглась, а Хэммонд замолчал.

Даже издали было видно, что это он, – по посадке головы, развороту плеч, по грации, с которой он двигался. Он шел не как хозяин, а как человек, приготовившийся к нападению. Он был не один, но Джулиана видела только его: изящный, стройный, роста немногим выше среднего.

Даже издали поражал прекрасный цвет лица, гладкая кожа, четкие мужественные черты. Когда они подошли ближе, он посмотрел на них, вскинул брови, и она заметила вспышку в серебряно-голубых глазах.

Их взгляды встретились. Ей вдруг показалось, что он ее узнал. Его хрустальные глаза зажглись радостью, или просто она понравилась ему с первого взгляда? Но Джулиана знала, что не красавица, а это давало надежду, что он ее вспомнил. Она не могла сказать, что узнает его, но была уверена, что он именно тот, кого она хотела узнать.

Джулиана не старалась разгадать его реакцию. Сама же ощутила благоговение,

радость. И в то же время страх и ощущение опасности. Она не позволит делать из себя дуру. Но это будет трудно, если учесть, какое впечатление он на нее произвел.

Глава 4

Две группы проследовали навстречу друг другу и остановились возле разрушенного строения, бывшего когда-то теннисным кортом.

– Сэвидж – приветствовал Хэммонд с поклоном.

– Хэммонд, – ответил второй и тоже поклонился. – Мисс Уайли. – Но он не спускал глаз с Джулианы.

– Позвольте представить... – натянуто начал Хэммонд.

– ...парня, который говорит, что он Кристиан Сэвидж, – прервала его Софи, обращаясь к Джулиане.

– А это кузина Софи, приехавшая к нам погостить, – сказал Хэммонд. Софи поджала губы.

– Я в восхищении, мисс... – Кристиан осекся и вопросительно посмотрел на Джулиану.

Джулиана хотела ответить, но получила ощутимый толчок под ребра. Они с Софи шли под руку, и никто этого не заметил, но на глазах у Джулианы выступили слезы. Когда она пришла в себя, Кристиан продолжал:

– Да. А это мистер Баттл, архитектор, прямиком из Манчестера, где он реставрирует замок. Теннисный корт не столь грандиозная задача, но, когда я честно доложил ему, что здесь играл сам король, он решил взглянуть, что тут можно сделать.

– Мы собираемся его снести, – сказала Софи.

– А я нет.

Наступило тягостное молчание.

– Понятно, что в данный момент никто из нас ничего не может делать, – заговорил Кристиан. Казалось, стычка скорее развлекает его, чем раздражает. – Я так и сказал мистеру Баттлу. Но надо подготовиться к тому моменту, когда формальности будут улажены. По-моему, теннисный корт нужно восстановить, поскольку это историческое место и хорошее развлечение в долгие зимние дни. Я любил таким образом проводить время в долгие и жаркие декабрьские деньки.

Опять наступило молчание, все вспомнили о его изгнании, а у Джулианы возникло отчетливое впечатление, что Кристиан еще больше развеселился. «Если это Кристиан», – напомнила она себе. Глаза у него голубые, волосы с возрастом потемнели, хотя все эти годы нещадно выгорали на солнце.

Он был не просто красив – он был пугающе привлекателен волнующей мужской красотой. Когда она его в последний раз видела, он был не таким, или же она была слишком мала, чтобы понимать. Тогда ее привлекали его доброта и терпение. Как же она могла забыть эти удивительные глаза, устремленные на нее с интересом и любопытством?

Она опустила взгляд. Пялится, как будто все еще девчонка, если она вообще когда-нибудь на него смотрела. Его глаза ласкали, как прикосновение. И волновали, и возбуждали.

Но как она сумеет определить его личность, если даже взглянуть на него не может? Если она не переборет чувства, которые он вызывает в ней, придется признать свое поражение и уехать домой.

Но уезжать ей совсем не хотелось.

– Как это мы с вами не нашли возможности поговорить, кузен? Просто позор. – Кристиан осторожно улыбнулся. – Может, прогуляемся? Учтите, я не виню вас в том, что вы во мне сомневаетесь или не спешите уступить мне это место. Господи, когда я в первый раз его увидел, я был ошеломлен! Это не особняк, это королевство!