Возвращение домой
Шрифт:
— Сделать что? Привязать себя к ЭП-1101? — уточнила я.
— Только часть себя. Это было то, чего он хотел, да. В его распоряжении находились все материалы исследований Рэрити. Голденблад создавал свои собственные сосуды душ. Он хотел сделать саму программу сосудом моей души, и, тем самым, быть уверенным в том, что она никогда не будет уничтожена. Но ещё больше, он хотел убедиться, что несмотря ни на что, ЭП-1101 любой ценой достигнет Селестии.
Я рухнула на своё место.
— Селестии? — я помнила, как холодно он разговаривал с ней, в итоге полностью отстранив от руководства страной. —
— Он не объяснял. Знаю только, что ЭП-1101 должен был непременно добраться до нее, — старый жеребец медленно покачал головой, закрыв глаза, а затем продолжил с большим сожалением в голосе. — И я сказал ему «нет». Думаю, что, возможно, убил его этим. Затем он уехал, чтобы найти Троттенхеймера. Говорят, Троттенхеймер создал для него нечто действительно жуткое… Но тогда, через полчаса после нашего с ним последнего разговора, я был оглушен и очнулся в камере для допросов. Луна тоже была там. Я ведь помощник Голденблада. Не удивительно что они допрашивали меня… долго допрашивали. В конце концов, Луна спросила, хочу ли я, доказать свою преданность. Я ответил «да».
— Стоп, стоп… Что?.. Ты хочешь сказать, что не Голденблад, а Луна поместила тебя в ЭП-1101? Но… почему?.. как она смогла это сделать? — ахнула я.
— Понятия не имею. Может быть, Рэрити подсказала ей? Это был мой шанс доказать свою невиновность. Они разделили мою душу, так, чтобы это не убило меня. Луна сказала, что если что-нибудь ужасное случится с Эквестрией из-за предательства Голденблада, я должен буду найти достойного наследника. Кого-то, кто был бы достаточно силен, чтобы спасти королевство. И достаточно умен, чтобы делать то, что правильно. — Он посмотрел на меня с усталой улыбкой, — До сих пор, Блекджек, ты лучший кандидат из всех, что я видел.
Я не могла понять, что мне чувствовать по этому поводу. Гордось? Ужас? Кажется, я зашла в тупик.
— Так… и чего же сейчас добивается маршрутизация ЭП-1101? — спросила я, окончательно запутавшись.
— Я не знаю. Когда это происходит, я просто слежу за процессом. Я могу помочь тебе получить доступ к данным или помочь пройти проверку на допуск к управлению Проектами… но у ЭП-1101 своя собственная программа, над которой я не властен. Может быть, она считает, что в башне Шедоуболтов находится Реинбоу Деш. Может, что-то ещё влияет на её работу. Единственный, кто остался в списке это Хорс. Поэтому не исключено, что программа пытается добраться до Робронко. Я просто не знаю.
— Кхем, — добродушно улыбнулась мне Перч — Все в порядке?
Я представила, как выгляжу со стороны, бубня что-то себе под нос.
— О, да. Конечно. Просто… эм… героическая задумчивость, да. Потому что, знаешь, ну, герои они… — Я попыталась очаровательно улыбнуться, и, судя по тому что это сделало её лицо ещё более обеспокоенным, получилось не очень, — Они… Мы… гм… плодимся.
Я глубокомысленно хлопнула глазами и прочистила горло.
— Чем я м'гу помочь? Ветер несет запах свежих рейд'ров? Зло собралось с силами для финал'ной битвы? Просто скажи мне и'се…
— Вообще-то, — она указала копытом на пустую бутылку виски, — я хочу, чтобы ты заплатила за это. Двадцать крышечек, пожалуйста.
Мой взгляд метался между ней, бутылкой, и направлением в котором ушел Хранитель.
— Но…
* * *
— Почему пони всегда ломает ноги? У пони хорошие ноги. Пони должна заботиться о ногах, — ворчал Ровер, ковыряясь своими инструментами в моей повреждённой конечности. Песчаные Псы устроились здесь лучше, чем я себе представляла. Они пока не предлагали другим пони свои модификации, но торговля добытыми вещами приносила самоцветы и пищу остаткам их народа. Их станция метро всё ещё была в полном беспорядке, но, как я поняла, это по большей части от того, что Песчаным Псам просто нравилось видеть её такой.
— Ну, эту я потеряла, чтобы не взорваться на жар-бомбовым яйце, — объяснила я в очередной раз. — А эту изжевал ультра-гуль. Это было намного хуже, — я левитировала самоцвет и сунула его в рот. Ммммм… замечательный фруктовый аметист.
Лакуна и Рампейдж ждали снаружи под дождём. Моя полосатая подруга казалась более подавленной, чем обычно и я надеялась, что Лакуна будет в состоянии успокоить её. Она помогла Психо и мне с нашими проблемами, но я переживала, сможет ли она справиться со своими собственными. А пока я осталась в шести футах под землёй, наедине со старым Песчаным Псом, чтобы он присоединил новую переднюю ногу к моей культе. Я могла выбирать между жеванием металлолома или кусочками самоцветов, иногда заедая их копчёной рыбой, которая, вероятно, была несвежей. Ну и что с того, разве мне может стать хуже?
— Пони должна быть осторожнее, — ворчал пёс. Подойдя к терминалу, он взял новые разъёмы, соединённые с несколькими проводами и принялся подключать их в гнёзда, спрятанные внутри остатков моих конечностей. — Псы тяжело трудятся, чтобы добыть для тебя лучшие части. Не нужно повреждать их без надобности, — компоненты, которые он использовал для ремонта и восстановления моих ног были уродливыми, корявыми штуками, и я подумала, может он специально выбирал для меня плохо выглядевшие запчасти, чтобы попробовать навязать другую точку зрения.
— Поверь мне, после всего, через что я прошла, я не выжила бы, если бы не твоя работа, — я попробовала выдвинуть пальцы на своей покорёженной конечности, затем скривилась и просто подняла копыто, выдвинув палец своей магией. — Ты был прав на счёт пальцев. Они обалденные!
— Говорил же пони, — фыркнул он, прежде чем подойти с ещё большим количеством кабелей. Сколько проводов он собрался использовать? — Ровер говорил полосатой пони, но она сказала у пони — копыта. Ровер говорил, пальцы лучше. Псы победили, — он усмехнулся и принялся печатать на терминале намного быстрее чем даже П-21 или Ксанти. — Ровер любит делать тела пони. Хорошие части. Хорошо смотрятся. Снова как в старые-старые времена, — затем ткнул в меня пальцем. — Поэтому пони должна заботиться!
— Знаю. И я очень стараюсь, — прижала я изжёванное копыто к груди. — И торжественно клянусь, что не стану портить свои конечности об врагов, которые меньше чем дом. Вот те крест, ну а солгу, кексик в глаз себе воткну, — маленькая розовая пони у меня в голове важно кивнула.
Пёс фыркнул, что, как я подозревала, выражало недоверие.
— Посмотрим. Должен заставить старые восстанавливающие талисманы чинить новые части, как старые. Настроить все остальные системы, иначе конечности работать неправильно.