Возмездие
Шрифт:
– Ладно, я удаляюсь. – Мне не понравился его ответ, но все же понимала, что он шутит.
В приподнятом настроении, я вышла с работы, направляясь в сторону дома, но решила прогуляться. Погода оказалась приятной. Лёгкий туман покрывал город. Был август, понемногу лето уступало осени. Все чаще шли дожди, а туман был обычным делом утром и вечером, из-за высокой влажности.
Я повернула на аллею. Люди шли каждый в своём темпе. Кто-то сидел на лавочках, что-то, обсуждая, кто-то просто сидел в обнимку. Дети катались на роликах и велосипедах,
Видела я уже похожий случай, когда мальчик, приблизительно восьми лет, летел на велосипеде не видя дороги. Врезался в мусорный бак, задел проходящую мимо женщину и не меньше навредит себе. Шума было. Все, кто проходил или находился поблизости, решили, что это самый подходящий момент для профилактических бесед с ребёнком. Конечно, нашёлся разумный человек и вызвал скорую, но остальные… Думаю после этого случая, парень забросил велосипедный спорт и передвигается пешком, дабы не напороться на гнев человеческий.
Но сегодня все было прекрасно. Не было никаких происшествий, люди были спокойны. Птицы притаились на деревьях. Где-то из облаков выглядывали последние лучи солнца, готовясь к закату. Я шла по улице наслаждаясь погодой и свободным временем. Думала обо всем и ни о чем. Но телефонный звонок прервал мои размышления, заставив на него ответить.
– Алло?
– Тань, ты где?
Звонила мама. Редко она тревожила меня по телефону, поэтому вопрос вылетел сам собой:
– Что случилось?
– Ничего, просто хотела узнать, когда ты будешь дома.
– Ничего? Скоро буду.
Я положила трубку. Пока шла в сторону дома, анализировала мамин голом. Ничего необычного. Проговорили мы менее минуты, поэтому выводы делать рано. Шла я, уже ускорив шаг. Прогулка закончилась, толком так и не начавшись. Но это лучше, чем ничего. Свежий воздух нужен, пусть и не долго.
Зашла я в дом минут через двадцать после звонка. Пока разувалась, поняла, что кошка меня не встречает. Обычно она сидит под дверьми и ждём пока зайду, уже заведомо зная, что там я. Встречает она только меня. На маму и отца она никак не реагирует. Старательно делает вид, что их не существует. Даже есть не будет рядом. Странное создание, но зато я знаю наверняка, что кроме меня она не подойдёт ни к кому. Никуда не убежит, и никто не сможет её забрать, если вдруг она все-таки попытается сбежать.
Главным образом я торопилась из-за мамы, поэтому на время выкинув кошку из головы, я побрела на звук телевизора, в зал. Мама сидела в кресле, смотря в телевизор пустым взглядом. Папа сидел на диване, что-то сосредоточено, ища в телефоне.
– Привет. – Сказала я, выдавив из себя лёгкую улыбку. Хотя, судя по всему, улыбаться тут было нечему. Оба сидели с таким видом, словно на собственных похоронах. Что могло произойти…
– Привет солнышко. – Сказала мама. Она вымученно улыбнулась и робко посмотрела на своего мужа, ожидая
Отец даже не глаз не поднял, что-то буркнул себе под нос. Предполагаю это было приветствие. В общем то, большего я и не ожидала. Это же отец.
– У вас такой вид, как будто кто-то умер. Может кто-нибудь расскажет, что происходит?
Я смотрела на них терпеливо ожидая ответа. Когда через пару минут ответа не поступило, я спросила ещё раз, все больше раздражаясь от не понимания:
– Мы что, маленькие дети? Одна сидит в полуобморочном состоянии, второй как воды в рот набрал. В молчанку играть уже не тот возраст, вам так не кажется?
Мама дала трещину первой:
– Не ругайся, просто я не знаю, как начать.
Хоть что-то, но этого мало:
– Так начни ты!
Я повернулась лицом к отцу, всем видом требуя от него ответа.
– Говорить особо нечего. Мы разводимся.
Вы бы видели его выражение лица, когда он это сказал. Оно не выражало абсолютно никаких эмоций. Как может человек, прожив с другим так долго, а это на минуточку двадцать семь лет, говорить подобное без эмоций вообще. Ни обиды, ни злости, ни разочарования. Ничего.
С маминых слов, они познакомились, когда ей было двадцать, а папе двадцать три. Дружили, встречались, а когда начали жить вместе, им все никак не удавалось зачать долгожданное дитя. Столько переживаний, столько попыток, и к двадцати пяти маминых лет, появилась я. И все зря?
Моё же выражение лица было не описать. На нем отразились сотни эмоций. Одно из них была злость на отца. Можно уйти в двадцать, тридцать, даже сорок лет. Но в пятьдесят? Это маразм.
– Мам, скажи хоть что-нибудь. Не молчи.
Она сидела, как восковая кукла, держась изо всех сил, чтобы не заплакать. Не шевелила даже глазами, смотрела в одну точку поджав губы так сильно, что они побелели.
Я переводила взгляд с одного на другого, стараясь добиться более развёрнутого ответа. Наконец поняв, что я не дождусь ни словечка, меня понесло.
– А знаешь, что, – обращалась я уже к отцу. – Уходи.
Я почувствовала в себе кипучую обиду, за себя и за маму. Всего одна фраза, и я готова была взорваться. Этот человек не заслуживал трепетного отношения. Он не посчитал нужным подготовить меня к такому разговору, а уж как он преподнёс это матери, я даже знать не хочу.
– Не забывай, с кем ты разговариваешь. Я все ещё твой отец, знай меру…
– Ты никогда не был образцовым отцом или мужем. Тебя никогда не было рядом, когда ты был нужен. Ты никогда не принимал участие в моей жизни. Все мои успехи и начинания оценивались единственным словом «Молодец». Никогда не давал возможности проявить слабость. А все мои старания не были замечены должным образом. Всем этим занималась мама. Она выбрала тебя и шла с тобой рука об руку все эти годы. Всегда соглашалась с тобой и делала все по твоей указке. Разве это нормально? Разве такой должен быть муж и отец?