Возмездие
Шрифт:
Членами Политбюро стали Молотов, Ворошилов, Калинин.
В личном секретариате Генсека появились Мехлис и Маленков.
Николай Иванович Ежов сам был далеко не рядовой фигурой нового режима. В 26 лет он возглавил регион величиною с Францию. С его прямым и деятельным участием советская держава строилась и укреплялась. На своём посту он знал гораздо больше остальных и успел привыкнуть к этой исключительности, искренне считая, что так и полагается, — капитанский мостик несравним с матросской палубой.
Привычно заполняя свои блокноты-накопители,
Началом культа Ленина Ежов считал речь Генерального секретаря у гроба скончавшегося Вождя. Затем, через четыре месяца, 26 мая, Сталин организовал коллективное посещение Мавзолея. Делегаты XIII съезда партии спустились к сверкающему саркофагу и провели там несколько минут в глубоком траурном безмолвии. Это припадание к телу создателя большевистской партии и советского государства станет постоянным и превратится в культовый, почти языческий обряд.
Протекали годы, менялись времена, и на недосягаемую высоту возносился бессмертный образ Человека, всей своей жизнью изменившего облик современного мира.
Если бы не проклятые архивы, сохранившие совсем иные свидетельства земной жизни человека, занимавшего третий пост в молодой республике Советов! Всё чаще Ежов испытывал раздражение, не поддающееся объяснению. Ему уже не хотелось досадных узнаваний, однако они вылезали сами собой и, нанизываясь одно на другое, совершенно искажали затверженный иконный облик.
Кто знает, например, что В. И. Ленин 15 октября 1917 года (за 10 дней до выстрела «Авроры») тайно встретился с двумя майорами немецкой армии: Эрихом и Андерсом. Первый из них носил русскую фамилию Егоров, второй — Рубалов. О чём они говорили? Об этом нет никаких свидетельств и можно лишь строить догадки.
Или — вот: встреча председателя Совнаркома с американским представителем Буллитом, опытным дипломатом и разведчиком. Ленин просит своего собеседника посодействовать тому, чтобы правительство Соединённых Штатов признало Советскую Россию в её существующих границах (т. е. небольшим улусом, сложившимся вокруг Садового кольца). Буллит усмехается и едет разговаривать с Троцким. Тот заявляет американцу: «Никаких признаний! Это бред!» Оба они понимают один другого без лишних слов. Тот и другой находятся в России для осуществления более глубоких планов. По этим планам большевикам гарантируется победа в гражданской войне. Самое ответственное начнётся в «этой стране» после разгрома Белой гвардии. Но об этом пока речи не идёт. Всему своё время!
Вскоре Буллит уезжает из России, оставив здесь полковника Робинса, уже никакого не дипломата, а просто умелого разведчика. И вот у Робинса с Лениным
Как известно, немцы, получив от Троцкого в Бресте настоящий «карт-бланш», развили стремительное наступление. Казалось, Петроград был обречён. Иностранные представители покинули город и обосновались в Вологде.
Сохранилась телеграмма, отправленная полковником Робинсом из Вологды Ленину.
«Какою положение в Петрограде? Какие новости о германском наступлении? Подписан ли мир? Выехали ли английское и французское посольства? Когда и какой дорогой? Скажите Локкарту, в английском посольстве, что мы доехали».
Ежова поразил начальственный тон запроса. Так обращаются не к главе правительства, а к подчинённому.
Но что же Ленин? Возмутился? Поставил наглеца на место? Ничуть не бывало. Через 20 минут после запроса Робинса он отвечает:
«Перемирие ещё не подписано. Положение без перемен. На остальные вопросы Вам ответит Петров из наркоминдела».
Выходило, что даже в суматохе лихорадочных сборов, когда немцы уже стояли у ворот Петрограда, Ленин бросил все дела, и кинулся исполнять запрос американского полковника.
Да, рушился светлый образ Великого Вождя. Мало-помалу Николай Иванович узнавал совсем другого Ленина!
Ежов считал, что любой исследователь станет втупик, попытавшись ответить на вопрос: ЧТО остановило немцев у ворот обречённого Петрограда? Неужели они испугались оставленных в городе Зиновьева с Урицким? И всё же продвижение германских войск остановились. Им был отдан непостижимый «стоп-приказ»!
Кто его отдал? Почему?
А как объяснить поразительную синхронность в действиях спецслужб двух воюющих держав: России и Австро-Венгрии?
Арестовав Ленина в Польше, в Поронино, австрийская контрразведка выпустила его через 12 дней. И тут же, 16 сентября 1914 года, российский Департамент полиции издаёт свой секретнейший циркуляр, запрещающий подвергать Ленина аресту.
Налицо, как полагал Ежов, полезность Ленина как для охранки, так и для австрийцев.
Уж не один ли хозяин руководил обеими спецслужбами?
Иного ответа пока не находилось…
Наступление генерала Юденича на Петроград…
Питерцы приготовились умереть, но не пустить белогвардейцев в родной город. Вдруг поступило чудовищное распоряжение Ленина: впустить наступающих в Питер, чтобы измотать их в упорных уличных боях!
Страшно представить, что осталось бы от замечательного города: одни развалины.
Поэтому питерцы вознегодовали. Из Москвы примчался Сталин и возглавил оборону города. Враг был разбит и отброшен!
А шашни Ленина с немецкими военными?
А угодливость в сношениях с Робинсом?
А подозрительная терпеливость к грубейшим выходкам Троцкого?
Ленин, и это знали все, тяжело пережил испытание Малиновским. После расстрела провокатора Вождь стал жёстче относиться к наглеющему властному триумвирату. Похоже, ему вконец обрыдла унизительная роль «дворянина при евреях». Образовав Совет Труда и Обороны, Ленин включил в его структуру и Реввоенсовет, лишив, таким образом, Троцкого «суверенитета». У клочковатого диктатора взыграло самолюбие.