Возмездие
Шрифт:
Когда фээсбэшник начал свою эмоциональную речь, офицеры побоялись, что военный попросту одним своим ударом снесет голову крикливому недомерку. Но чем больше распалялся безопасник, тем жальче становилось смотреть на генерала. Он сдулся, выпустив из груди воздух и сильно сгорбился, словно на его плечи действительно давил груз в триста тысяч чужих жизней. Амелин бледнел на глазах, с каждым мгновением все больше становясь похожим на покойника, и стороннему наблюдателю могло бы показаться, что за эти несколько минут он постарел сразу на полтора десятка лет.
— Ты
— Понятия не имею, — ледяным тоном признался директор ФСБ, — и никто из нас не имеет, потому что иначе, мы бы давно уже одолели эту мерзость. Встряхнись, Амелин, сейчас не время распускать сопли, нам всем нужно принять решение!
— Да какого решения ты от меня ждешь?! — Снова повысил голос генерал. — Мы испробовали уже все, что только можно!
— Ты назначен командующим, тебе и думать! Только не пытайся меня убедить, что ты даже на секунду не допускал вероятности провала. Я давно с тобой знаком, как минимум еще один запасной план ты прячешь в рукаве. И сейчас я говорю тебе — самое время его оттуда вытащить!
Но в ответ в кабинете повисло лишь тяжелое молчание. Все присутствующие уже смирились с разгромным поражением, которое в одночасье лишило всю страну целой трети всей армии. Теперь перебросить новые силы в короткие сроки не представлялось возможным. Да и нужно ли было так поступать, когда каждый павший солдат, в конечном итоге, вставал на сторону врага?
Сейчас как никогда отчетливо люди осознали, что полное уничтожение России армией мертвых является лишь вопросом времени. Причем, ближайшего времени — год, максимум два. Аид оказался просто невероятно могуществен, и не по силам простым людям с ним тягаться. Быть может, имей они чуть больше времени, страна сумела бы выработать эффективные методы борьбы против такой заразы, но полчища зомби свалились на столицу как снег на голову, не оставив даже призрачной надежды на удачный исход…
— Кое-что я все-таки приберег напоследок…
Раздавшийся в тишине голос Амелина прозвучал глухо и безжизненно, но смысл сказанного заставил дух офицеров воспрянуть.
— Давай, Амелин, — подскочил к тому директор ФСБ, — выкладывай же, родной! От тебя одного сейчас зависит совершенно всё! И все…
— Я не думал, что все обернется именно так, — продолжал говорить мертвым безэмоциональным голосом военный, — но ожидал от Аида сотню других подлянок. Эта тварь сумела побить все мои карты, кроме последней. Ее я готовил втайне от всех, даже от президента, и очень надеялся, что разыграть мне ее никогда не доведется. Это действительно оружие
Офицеры шокировано слушали, не желая до последнего верить в то, что задумал генерал.
— Неужели это…
— Да, всего в нескольких километрах от границы оцепления Нелюдей стоит артиллерийская установка «Малка», готовая послать маломощный тактический ядерный снаряд класса «Саженец» в любую точку города с точностью до пятидесяти метров. Если это нам не поможет, то я даже и не знаю, что вообще способно спасти страну…
— Тактическое ядерное оружие?! — Вскричал один из военных, вскакивая со своего места. — Это же преступление против собственного народа! Я не желаю находиться даже близко с тем, кто ведет такие разговоры! Вы что, собираетесь уронить бомбу нам на головы?! Да вы понимаете, что…
— Утухни, — грубо перебил его генерал, — все я понимаю.
— Но президент сказал, что…
— Я сказал, утухни! Президент об этом не ведает ни сном, ни духом. Мне кажется, он до сих пор еще недопонимает масштаба той задницы, что над нами нависла. Его больше беспокоит сохранение бетонных коробок и своего лица, нежели проблема мертвого воинства.
— Тогда умоляю, — собеседник действительно сложил вместе ладони, будто молился, — скажите, что хотя бы двенадцатое главное управление в курсе вашей затеи!
— Тебе вообще известно значения слова «втайне?» — снова начал закипать Амелин. — Об этой операции знаю лишь я и те два человека, что сейчас сидят в «Малке», ожидая указаний!
— Амелин, — фээсбэшник снова обратил на себя внимание собравшихся, — ты же понимаешь, что такое «Саженец?»
— Да…
— Это две полновесные килотонны. Треть километра столицы в эпицентре взрыва будет попросту стерто в пыль. А взрывная волна, отражаясь от уцелевших зданий, причинит множество разрушений еще километров на десять вокруг. Ты готов на это пойти?
— Да…
— Ты понимаешь, что Москва — это не полигон, что это густонаселенный город?
— Ты что, думаешь, я совсем идиот?!
— Конечно же, я так не думаю… — Добронравов отрицательно мотнул головой, — но я должен убедиться, что ты отдаешь себе отчет.
— Я отдаю себе полный отчет. — Твердо припечатал генерал. — Я прекрасно осознаю масштаб возможных разрушений. Жертв избежать просто невозможно. Причем, это будут не только те, кто погибнет от взрывной волны, но и те, кому не посчастливится получить слишком большую дозу радиации от не вступившей в реакцию части ядерного заряда… но я должен так поступить, чтобы избежать еще большего количества смертей!
— Кстати о ядерном заряде, — вклинился в беседу еще один спорщик, — вы не боитесь, что из-за радиоактивного заражения Москва станет новой зоной отчуждения?
— Не городи ерунды! — Огрызнулся на него военный. — Это «чистый» снаряд без урановой оболочки, и последствия заражения на местности устранить будет гораздо проще, чем воевать с сотнями тысяч Нелюдей! Хиросима и Нагасаки как-то же живут, хоть на них были сброшены и куда более мощные атомные бомбы!
— Все равно, это как-то слишком…