Возмездие

Злобин Михаил

Не глядя на то, как он возвращается к своим сослуживцам, я мысленно приказал водителю трогаться. Мне нужно было спешить, ведь погребальный костер давно уже заждался капитана Андреева.

Глава 7

Полицейские озадаченно смотрели на возвращение своего приятеля, и когда тот наконец подошел к ним, кинулись с требованиями объяснить им, какого черта там всё-таки произошло.

— Ты чё, блин, — возмутился один боец, возмущено

задвигая шапку на затылок, — на ногах совсем не стоишь?!

— Ага, а если б мы пальнули по машине? Ты совсем «ку-ку» что ли?!

— Ой, смелые какие, ты посмотри на них! — Ворчливо отозвался покойник, нисколько не смутившись от их напора. — Шли бы тогда сами с этими блатными по душам разговаривать. Или что, с ними так общаться очко жим-жим, а на меня можно и наехать?

— Да ты чего ситуацию переворачивать начинаешь? — Задал встречный вопрос один из сослуживцев, но градус в голосе всё-таки поубавил. — Мы ж просто спрашиваем…

— А с того! Ты же видел, какая там тачка! Я чёт разволновался маленько, вот и поскользнулся. А вы, если б увидели, кто там ехал, вообще бы в штаны навалили!

— Ну и кто там ехал?

— А всё тебе скажи…

— Да чего ты ведешься на его брехню?! — Возмутился один из напарников. — Видишь же, что на ходу басни сочиняет.

— Может, ты хочешь сказать, — парировал живой труп, — что в таких жоповозах простые смертные рассекают?

— Ну, не то что бы простые, но уж явно много кому такой тарантас по карману…

— Не, Жорик, ты не прав. — Неожиданно встал на другую сторону один из полицейских. — Такую игрушку себе позволить могут далеко немногие. Это же «Бентайга» шестилитровая, на неё цены от двадцати мультов начинаются. А тут еще неизвестно, чем её нафаршировали. Так что про «много кому по карману» это ты сильно погорячился.

— А ты вообще козе в трещину иди, знаток автомобильный…

— А чё ты бесишься сразу? Я тебе по факту все сказал…

Так за разговорами и препирательствами полицейские дошли до своей патрульной машины, припаркованной неподалеку, загрузились в неё, и поехали нести службу. Путь до нужного блокпоста, где они заступали на смену, был совсем близкий, но даже спецсигналы не могли помочь сократить его. Добраться к месту дежурства удалось прямо впритык по времени, потому что столичные дороги были напрочь забиты, включая и выделенные полосы.

— О, мужики! А мы уже вас заждались! — Внутри экстренно организованного стационарного пункта полицейских встретили коллеги, которые уже отстояли свои положенные восемь часов, и теперь с нетерпением потирали ладони, предвкушая долгожданный отдых.

— Что, уже планы построили?

— А то! Мы с Саней по пиву навернём, и путь оно всё конём еб… ну ты понял, короче! Кинолога только нового дождемся, а то нашего прям с дежурства дёрнули полчаса назад.

— А Толик с вами не пойдет?

— Да какое мне пиво? Мне ребёнка сегодня с музыкалки забирать, сейчас сменюсь, да сразу поеду.

— Да-а-а, Толян, не повезло! Расслабляться тоже иногда нужно!

— Каждому своё, мужики… кому-то семья важнее пива.

— Ага-ага,

себе-то не ври, подкаблучник, ха-ха!

Оживленное мужское общение было прервано звуками утробного рычания, донесшегося со стороны двери. Все шестеро полицейских дружно обернулись, и увидели, как на пороге стоит девушка-кинолог, на поводке у которой как-то странно беснуется крупная немецкая овчарка.

Собака издавала угрожающий рык, иногда переходящий в пронзительный скулёж, рвалась вперёд, словно в атаку, но потом, буквально за секунду до того, как натягивался поводок, испуганно отпрыгивала обратно, поджимая хвост.

— Берта, фу! Берта, дура, блин! А ну, прекрати, кому сказала! — Девушка безрезультатно пыталась поймать свою подопечную, но овчарка упорно не желала даваться ей в руки, продолжая себя вести столь нехарактерно для обученной и выдрессированной собаки.

— Э-э, у тебя псина не бешенство подхватила, случайно? — Озадачено спросил один из бойцов, немного настороженно попятившись назад.

— Да сам ты бешеный! Берта поздоровее тебя будет! — Зло огрызнулась кинолог, спешно наматывая на локоть поводок, чтобы притянуть к себе животное. — Ей что-то тут не нравится. Вы что, запрещенное что-то на пост принесли?! Если так, то лучше колитесь сразу!

— Ты с ума сошла? — Воскликнул парень из прошлой смены. — Мы на баранов, по-твоему, похожи?!

— Не знаю, не знаю… Берта, твою мать! Да угомонись ты! А кинолог тогда ваш куда делся?

— Так это, вызвали его…

— Так может, — продолжала напирать девушка, — пока его нет, вы тут расслабиться решили? Ребята, я серьезно, не делайте из меня дурочку! У меня ж собака сейчас с ума сойдет, что вы тут творили?!

— Да ничего мы тут не делали, сколько раз тебе сказать, чтоб дошло?!

— Мужики… — раздался настороженный голос одного из бойцов прошлой смены, — смотрите, а собака-то на Лёню рычит и кидается…

Все присутствующие синхронно повернули головы, скрестив взгляды на оживленном покойнике.

— Ёп, смотрите, да у него кровь на бушлате! — Девушка закричала, показывая пальцем куда-то полицейскому в область живота.

Мужчины тоже уже увидели пятно темной крови, что достаточно отчетливо виднелось на голубоватой ткани зимней формы. В сумерках улицы оно не так бросалось в глаза, как в свете ламп поста, поэтому заметили его только сейчас. Судя по тому, что кровь еще не успела побуреть окончательно, она была достаточно свежей, и где мог замараться их соратник, для полицейских пока было загадкой.

— Лёня, ты ничего не хочешь объяснить? — Сослуживцы обступили мертвеца, перекрыв тому путь к выходу, напряженно сжимая цевья своих автоматов.

— Ладно, думаю, вам можно рассказать… — покойник заговорил нарочито доверительно и сокрушенно, и этот тон сумел в первое мгновение усыпить бдительность коллег.

Когда полицейские действительно немного расслабились, приготовившись услышать объяснения, оживший труп неуловимо резким движением сдернул с плеча ремень АКСУ, умудрившись одновременно с этим отвести назад затвор.