Войти в бездну
Шрифт:
– Добрый вечер, молодой человек, – сказал Франц-Иосиф, сурово взглянув на меня из-под густых поседевших бровей. Поправил перевязь сабли. – Значит, это с вами мне придется попутешествовать?
– Ну… да, – сказал я, пытаясь убедить себя, что это всего лишь компьютерные штучки, а не живое существо. – Рад познакомиться.
– Мне тоже, – величественно кивнул давно почивший император Австро-Венгрии. – Насколько я знаю, у вас нет квалификации пилота?
– К сожалению, – ответил я. – Поэтому на ручное управление переходить не будем в любом случае.
– В автопилот заложена подробная программа маршрута, ваше участие не
Фантом не стал исчезать в никуда, а поднялся с кресла, прошествовал к лесенке и аккуратно спустился вниз. Полная иллюзия реальности.
Корабль чуть вздрогнул, со стороны кормы донесся тихий гул двигателей. Дисплеи приборной панели извещали о готовности всех систем в взлету. Начали расползаться створки ворот огромного ангара.
«Франц-Иосиф» с невероятной плавностью вышел в ущелье разлома Маринера, быстро набрал высоту, прошил атмосферу Марса и в окнах обзора появились бело-голубые звезды на фоне черного бархата пустоты. Никаких перегрузок, только едва заметное покачивание при переходе на вторую космическую.
– Расчетное время полета до пирса БСФ «Кронштадт» – пять часов, двенадцать минут, – проинформировал меня хриплый старческий голос искусственного разума. – Начинаем разгоняться до крейсерской скорости. Будьте самостоятельны, капитан. Я займусь управлением, а вы приготовите себе ужин.
– Да я не голоден вроде…
– Как будет угодно. Обратите внимание – справа по борту открывается прекрасный вид на планету, можно увидеть идущих за нами «Карла Великого» и «Бонапарта»…
– Хватит, насмотрелся, – хмыкнул я и сбросил ремни безопасности. – Лучше пойду прогуляюсь по кораблю, хочется потрогать все своими руками.
– Все отсеки деблокированы, – ответил компьютер. – Можете осмотреть любые помещения.
– Спасибо!
Следуя древней мудрости, утверждающей, что служба идет даже в случае, когда солдат спит, я задремал в отсеке для отдыха через час после отбытия с Марса. Стоило лишь коснуться квадратной синей кнопки, как откинулась вполне удобная койка с комплектом белья в герметичном пакете и красно-черным клетчатым пледом из настоящей шерсти. Минувшие часы были довольно напряженными, глаза начали слипаться, и я понял, что надо обязательно отдохнуть – на «Кронштадте» меня наверняка ожидает куча дел. В отличие от андроидов, человек не может функционировать круглосуточно.
Кстати, об андроидах. Я несказанно удивился, обнаружив во время экскурсии по кораблю неактивированного «Эрвина-II», покоящегося в криогенной капсуле с открытой крышкой. Это чтоб он лишнего места не занимал. Явившийся на зов орденоносный дедушка пояснил, что синтетический человек входит в комплект оснащения рейдера так же, как бронемашина, холодильник или туалетная бумага. Причем в голосе старины Франца звучали явственные нотки раздражения: ревновал, что ли? Два автономных искусственных интеллекта на одном корабле – это уже слишком. А если учитывать драгоценный ПМК, выданный мне Змеем, то выходило, что органическая субстанция, идентифицируемая как Казаков С.В., 2257 года рождения, русский, высшее, оказалась лицом к
Посмеявшись над собственными страхами, я отправился наверх, попросил корабль притушить лампы, завернулся в плед и заснул безмятежным сном грудного младенца. «Франц-Иосиф» являлся для меня олицетворением безопасности и надежности, на его борту мне почему-то было спокойнее, чем в собственной квартире на Земле.
Пробудился я от легкого толчка и с трудом продрал глаза. Голова тяжелая, будто с похмелья.
– Франц? – позвал я. – Мы что, приехали? Сколько времени?
– Сейчас вечер двадцать шестого февраля, двадцать три часа тридцать минут по стандарту Санкт-Петербурга. – сообщил корабль и педантично уточнил: – Вы спали одиннадцать часов двадцать шесть минут.
– Чего? – Я едва не свалился с койки. – Какие, к бесу, одиннадцать часов? Ты совсем спятил? Почему не разбудил вовремя? Где мы?
– У границ пояса Койпера, за пределами орбиты Плутона. Расстояние до Солнца – сорок одна астрономическая единица.
– Пояс? Какой пояс? Ты что, совсем охренел? – вскочив, я босиком кинулся в кабину. Уткнулся в монитор системы дальней навигации. Чертыхнулся. Выглянул в обзорное окно и бессильно опустился в мягкое кресло пилота.
– Требую объяснений. Эй, ты меня слышишь, железка?
Компьютер не удостоил зарвавшегося хама ответом. Разобиделся. Зато на экране справа от штурвала появилась худощавая физиономия Змея. Смотрит, как всегда, куда-то в сторону.
– Привет, – сказал Миша. – Не подумай, это не прямая связь, а запись. Твое летучее ведро не разрешило тебя будить, да это и не требуется. Дрыхни, бездельник… А когда проснешься, получи сюрприз: вы изменили курс по прямому приказу с самого верха и направляетесь к объекту Плутино-2156. Думаю, тебе известно это название. Заберете там кое-что. Потом можешь благополучно отдыхать дальше, вплоть до самого «Кронштадта», где тебя ожидают с нетерпением. «Бонапарт» и «Карл Великий» благополучно прибыли на БСФ в автоматическом режиме, можешь за них не беспокоиться. Кстати, мы успели раскопать в Центрополисе интересные факты… Потом все узнаешь. Бывай.
Запись оборвалась.
– Та-ак… – Я откинулся на спинку кресла и машинально полез в карман за сигаретами. Там их, разумеется, не оказалось. – Вот сюда я точно никогда не рассчитывал попасть. Франц-Иосиф, доложи обстановку!
– Выполняю маневр сближения, – неприязненно отозвался корабль. Не подозревал, что он такой обидчивый. – Расстояние до объекта триста семь километров.
– Ясно. Слушай, ты извини за «железку», хорошо?
Снова не ответил. Ну и черт с ним, пусть дуется, лишь бы свои обязанности выполнял.
Итак, меня занесло за пределы обжитого радиуса, шесть с лишним миллиардов километров от Земли. По нынешним меркам – почти рядом, хотя и на отдалении. Если верить радару, неподалеку от корабля находятся несколько десятков малых планет пояса Койпера – кольца из небольших небесных тел, окружающего Солнечную систему. Именно отсюда прилетают кометы, здесь находится множество астероидов и ледяных тел, пусть их и гораздо меньше чем в другом «кометном резервуаре» – облаке Оорта, расположенном гораздо дальше, на расстоянии до двухсот тысяч астроединиц.