Войны мафии
Шрифт:
Курьер внутренней службы вошел и положил на стол Саггса конверт. Супервизор подтолкнул его нераспечатанным к Кохену. Нос открыл конверт. Его лицо окаменело, приняв выражение непреклонной решимости.
— Ответ из Бангкока. Годдард сегодня утром умер от дизентерии.
— Только не говорите мне, что его убили Риччи, чтобы замести следы.
Кохен пожал плечами.
— Разве нет?
— Мы никогда не столкнулись бы с этим, — произнес загробным голосом Чио Итало, — если бы Эль Профессоре слушался меня, а не скво
Его внучатый племянник сидел напротив за дубовым столом, туловище выпрямлено, ступни прижаты к полу, плечи расправлены. Поза кадета из Вест-Пойнта.
Снаружи, на Доминик-стрит, весенняя погода менялась поминутно, мокрый снег чередовался с ослепительным, согревающим душу солнечным сиянием. Но тепло не проникало через пыльные окна в кабинет к Чио Итало. Он, казалось, был окутан облаком мрака, только оливковые глубоко посаженные глаза поблескивали в темных провалах глазниц.
— И еще — эти cretini Торелли из Нью-Джерси, — с сокрушенным вздохом продолжал Итало. — Они из очень уважаемой семьи. Почти соседи — наш Кастельмаре-дель-Гольфо рядом с Корлеоне.
Кевин решил попытать удачи. Человек, собирающийся завладеть башней Чарли Ричардса, не должен слишком долго оставаться просто личным взломщиком Чио Итало.
— Чио, а почему семья из Корлеоне пользуется уважением? Они там все немного чокнутые.
Глаза старика ушли еще глубже в свои черные пещеры. Один уголок рта саркастически изогнулся.
— А с каких это пор, — высоким, ломким голосом произнес он, — быть немного чокнутым считается позором?
Кевин ухмыльнулся. При обычных обстоятельствах он бы вежливо кивнул, чтобы загладить промах и избежать кары. Но человек, стремящийся к власти, должен научиться настаивать на своем.
— Если человек чокнутый, трудно предсказать его поступки, — сухо, подражая брату, произнес Кевин.
— В Корлеоне всем заправляет un vero pazzo [39] Лукка Чертома. — Узкое лицо Итало скривилось, словно от боли. — И никто его не трогает, кроме еще большего безумца по имени Молло. Но это проблема Лукки, а не наша. — Он нетерпеливо вздохнул, словно испытывая отвращение от этих безвкусных подробностей.
— Наша проблема — это Торелли в Нью-Джерси.
— Эти мудаки?
39
Настоящий безумец (ит.).
Итало мрачно кивнул.
— Перевозка опасных и ядовитых отходов производства. Гаэтано Торелли женат на сестре Чертомы. И вот один из выкормышей Чарли, получивший у него субсидию, пытается перебежать дорогу семье в Нью-Джерси. Речь идет о большом, выгодном заказе. Соль на рану! Теперь сладкими речами их не успокоить. Будем надеяться, что они еще не обратились к Чертоме.
Чио умолк, его глаза неожиданно блеснули.
— Это затрагивает интересы вашей дорогой матушки, у нее виноградники в Кастельмаре. Там делают вино «фулгаторе». Лукка хочет выкупить у нее виноградники.
— Ну
— Он холостяк. А Стефания Риччи не замужем.
Итало опустил плечи и посмотрел в свой ежедневник, давая знать, что с этим вопросом он покончил.
— Тебе неделя, чтобы попробовать воду. Решено. Теперь — другая проблема. Кохен. Пришлось, к сожалению, убрать этого парня — Годдарда. От дизентерии каждый год умирают сотни людей. Так что этот след остыл.
— Чио, Кохен продолжает там крутиться, живой.
— Как курица с отрубленной головой, — отрезал Итало со своей тонкой, ледяной усмешкой. — Этот парень плохо натаскан для полевой работы, только лекции читать умеет. Я удивлен, что Керри позволил себе такую глупость. Как пальцем на себя указал...
— Мне по-прежнему кажется, что Кохена лучше убрать.
— О, вот как? — Гнев Итало сверкнул в черных провалах глазниц, как багровое свечение Этны в ночной мгле. — Я очень интересуюсь твоим мнением, мальчик. Твоя рассудительность меня радует. А теперь слушай. Сейчас Кохен — для всех чужак. У него нет никакой поддержки, его начальник над ним издевается. Но мы вполне в состоянии обеспечить ему нимб мученика, великого законоборца всех времен и народов. И в придачу повесить себе на шею вендетту.
— Из-за Кохена?..
— Из-за агента, ясно? Они там ненавидят друг друга, но тронь любого — мигом смерзнутся в кулак! И никогда не отступят. Мы тоже. Что дальше?
— Что же нам делать с этим куроедом?
На этот раз улыбка Итало была искренней.
— Не ругай жидов, — пожурил он Кевина. — У них хорошие мозги, они на службе у ФБР, и довольно опасны. Кроме того, есть и другие...
— Тем заплачено.
— А Кохен взят за живое твоим смышленым братцем публично опозорен. Он чует что-то не то и ищет это! Вполне естественно.
— Так какой твой вердикт, Чио, большой палец вверх или вниз?
— Потерпи. Когда-нибудь потом, когда Чарли подставится посильней, чем в Нью-Джерси или с «Лютьеном», и обе части семьи должны будут объединиться для взаимной защиты. Независимо от желаний его англосаксонского сиятельства, — с горечью добавил старик.
— Значит, мы отпускаем Кохена?
— Мы даем им время обо всем забыть. — Итало откинулся на спинку кресла и уставился на потолок. — Много времени. А потом — прихлопнем. У меня есть на примете подходящий человек. — Он хмыкнул. — Старый друг. В прошлом большой мастер. Ему бы следовало открыть колледж, этому человеку. Он профессор в своем деле.
Кевин ядовито усмехнулся.
— И разбирается в газовых духовках?
Мелькнувший в глазах Итало огонь был приглушен достаточно, чтобы не обжигать. Секундное недоброжелательное мерцание, и только.
— Я тебя не слышал. Тот, кто это повторит, вымоет рот щелоком.
Кевин откинулся на спинку кресла. Чио Итало ответил ему — своим поведением. Для человека, который со временем займет кресло Эль Профессоре, это чрезвычайно важно.
Глава 33