Война
Шрифт:
— Я предупреждал вас, что не получится.
— Это у вас не получится. А вот у этого юноши — вполне даже может и выйти. Не правда ли, Атир? Вы что-нибудь слышали о потайных замковых ходах Нарты, Гольвен?
— Никогда ничего серьезного. Детские сказки, ни один из слухов не подтвердился.
— А зря. Каждый уважающий себя правитель строит замок с потайными ходами. А Нарта строилась тогда, когда военные страсти бушевали на просторах империи. И если о них ничего не слышно, это лишь значит, что их очень хорошо охраняют. Либо же о них знает только королевская семья. Сейчас, Атир, ты не будешь молчать. А скажешь мне, есть ли в замке потайные
Иллар сжал губы, радуясь, что перед отъездом из столицы, его отряд просто не дал ему времени поговорить на этот счет с дедом. И тут же он рывком был поднят на ноги. Один охранник держал его, другой ударил раз в лицо, один раз в живот. Иллар согнулся, его разогнули и ударили еще несколько раз. Иллар захрипел. Альтам внимательно наблюдал за ним.
— Значит, молчание продолжается. Видите ли, Гольвен, у меня для вас один из вариантов развития событий. Мальчик не хочет говорить добровольно. А ведь он знает. Знает. Вы видели, как он вздрогнул? Раньше, дорогой мой Атир, ты был более хладнокровен. Ты умел скрывать эмоции. Я учил тебя этому. А сейчас ты мягкий и податливый. И ты скажешь мне всё о потайных ходах. Когда тебя будут очень хорошо спрашивать. Может быть долго, а может, и не очень. Мы потерпим. Хорошая осада длится долго. Тем приятнее будет долгожданная победа.
— А если он не скажет? — нервно спросил Гольвен, — И как вы собираетесь потом им воспользоваться? Возможно, если взять в заложники кого-нибудь из его семьи или друзей, тогда он скажет? Или его предложить заложником?
— Этот трюк дважды не пройдет, Гольвен. Королевский Совет знает, что он сдал Алмику, обменял на брата. Но Нарта — не Алмика. Совет на это не пойдет. Его не поменяют. Вы сами убедили меня в этом. А вот чтобы он променял… Его отец умер, сестра, скорее всего в постели у какого-нибудь насильника, по крайней мере, о ней ни слуху, ни духу, как и о её матери. А его братья вообще неизвестно где. Ни ваш Королевский Совет, ни мои шпионы, ни разведчики Курхота о них ничего не знают. И хорошо, если они всего лишь мотаются в горах с королем Матасом, а не бросились на выручку своей матери. Хоть эта проклятая его тётка получила по заслугам. Хотя мне и хотелось бы, чтобы она извивалась тут, вымаливая милосердия для своего племянника, а ещё лучше бы для своих сыновей. Есть у меня одна мысль насчет его деда, но посмотрим.
Добродушный насмешливый голос, которым Альтам говорил последний час, исчез без следа. Ненависть так и сочилась в каждом его слове.
— А друзья? У него есть друг — лорд Латин.
— Вы знаете, где он сейчас?
— Он бежал от Шесбина.
— Значит, нечего на него рассчитывать. Нет, мы будет рассчитывать только на боль самого нашего бедного мальчика. Ведь верно, Атир? Ведь ты боишься боли?
Альтам выхватил из камина железные шипцы и приложил к груди Иллара. Горелая плоть дохнула в нос, Гольвен отшатнулся, а Иллар закричал. Один из охранников схватил его за голову, другой сжал плечи, не давая сдвинуться с места.
Король отпустил щипцы. Иллар судорожно вдыхал воздух, из глаз непрошенными брызнулись слезы. Гольвен побледнел. Благодушно потрепав Иллара по волосам, его мучитель усмехнулся:
— Видите, он всё же может издавать звуки. И сильные. Главное, знать, куда посильней нажать.
— А если он не скажет?
— Не скажет? — Альтам кинул щипцы в камин и кивнул охранникам.
Иллар опять был избит. А когда щипцы разгорелись, один из охранников приложил
— Вы слабак, Гольвен.
Он подождал, пока Гольвен не приведет себя в порядок, а служанка не приберет за ним. Кубок вина сделал свое дело. Краски вернулись на лицо Гольвена.
— Как же вы убили Залушта, Гольвен?
— Кинжалом. Это было легче, ваше величество.
Альтам рассмеялся.
— Легче? А вот это зрелище вызывает у вас такой ужас? Неплохая идея, Гольвен. У меня была одна задумка, но я думал, что на моего мальчика она уже не подействует. Но надо попробовать.
Он подозвал одного из стражников, стоящих в дверях и тихо произнес ему несколько фраз. Сел в кресло, указал на соседнее Гольвену.
— Подождем.
Обернулся к Иллару. Тот висел на руках охранников.
— Выпрямись, мой мальчик. Будь достоин своего положения. Ты же принц. Ты должен быть стоек.
Иллар с трудом выпрямился. И открыл глаза. Глаза были пустые и безжизненные. Альтам внимательно смотрел на него.
— Свою боль, значит, ты пока готов терпеть. Ну, рассмотрим еще один вариант.
В комнату ввели Звена и Сайла. Следом принесли жаровню с железными прутами. Звен был равнодушен. Сайл изо всех сил старался держаться также. Но вид Иллара, вкупе с оставшимся в комнате запахом, не прибавил им стойкости.
— Как мне доложили, эти двое — из так называемого твоего отряда, мой мальчик. Люди, которых ты сам выбрал, с которыми путешествовал, делил пищу. Говорят, это ко многому обязывает. А ты стал мягок, Атир. Не разочаруй меня хоть в этом.
Он кивнул своим людям. Со Звена сорвали рубашку, и бросили на колени. Один из стражников приложил к его спине раскаленный прут. Звен застонал сквозь сжатые зубы, Сайл не мог отвести от него потрясенных глаз. Гольвен не отрывал от носа надушенный платок. Иллар молчал и не шевелился. Экзекуция продолжалась. Когда Звен потерял сознание, его отбросили в сторону.
Альтам кивнул на Сайла.
— Вот этого юного мальчика ты послал к Залушту. Он чуть было не испортил все дело, узнав Гольвена, отчего тому пришлось действовать чуть раньше. К счастью, это оказалось даже кстати.
Альтам махнул рукой. История повторилась. С юноши сорвали рубаху, бросили на колени и опустили на спину раскаленный прут. Крика Сайл не смог сдержать. Хотя силился изо всех сил, стараясь походить на своего старшего товарища. Но Иллар молчал.
— Ну, я должен был попытаться, — вздохнув, Альтам развел руками. — Мой мальчик, я сделал все, что было в моих силах, чтобы договориться с тобой по-хорошему. Ты должен оценить это.
Он повернулся к изменнику.
— Гольвен, хотите, я сделаю вас теневым королем? Видят боги, я бы сделал настоящим, но боюсь, вы слабак, к тому же не настолько родовиты. Вы не подойдете на эту роль. Вас не примут. А вот если вы спасете наследника престола, и пока он будет болеть, долго болеть, вы, герой, будете править от его имени. Не без моей помощи и к нашей обоюдной выгоде.
— Как вы себе это представляете? Он не пойдет на это добровольно.
— Когда у него не будет ни глаз, — Альтам поднял Иллара за подбородок, вгляделся в пустые глаза, — ни языка, ни, скажем, одной руки — правой, например. Ну, полноги тоже не будет хватать. Ему просто придется положиться на надежного человека. Кстати, решается и проблема, как ему вас не выдать.