Война
Шрифт:
— У вас обоих написано это на лбу, — устало произнес Интар. — Я хотел поговорить с вами отдельно. Но раз уж Раднир так бесцеремонно выдал вас, то давай обсудим и вас.
— Нам нечего обсуждать, — отрезала Тайлис.
— Ваше величество, — вздохнул принц, — простите за мои слова, но это не вас я сегодня видел утром в комнате моего сына, и вы не любите друг друга.
— Да! Нет! — одновременно сказали Иллар и Тайлис.
— Это вас не касается, — добавила Тайлис.
— Еще как касается, ваше величество, — покачал головой Интар. — Скажите, Иллар
— Да, отец, я знал.
— Вы понимаете, чем это грозит?
— Мы не нашкодившие ученики.
— И мы не любим друг друга, принц Интар. Никаких осложнений династического характера не предвидится. Это было перед битвой. Мы могли погибнуть оба. И мы не жалеем о том, что произошло, — сухо произнесла Тайлис.
— Извините, ваше величество, но как я уже сказал, это было и после битвы.
Раднир хмыкнул, продолжая насмешливо смотреть на двух молодых людей. Стенли и Тарлин сверлили его глазами, но он в очередной раз нагло им подмигнул.
Интар откинулся на спинку кресла.
— Ваше величество, если близкие отношения с моим сыном продлятся дальше, то в будущем нас могут ожидать немалые беды. Если по законам Илонии, как я только что говорил, наследник теряет право на престол, когда женится на чужестранке, то по законам Кордии ваши дети смогут предъявить право на трон Илонии. Это именно то, что я имел в виду, когда сказал, что вы не понимаете, чем это всем нам грозит.
— Очередной войной? — спросила Тайлис. — У Курхота не было никаких причин напасть на Кордию и на Илонию, но он напал. Так что, если кому захочется повоевать, не обязательно искать причину.
— Но это будет династическая война.
— Чушь. Война есть война, как бы это не звучало. Это одинаково страшно и больно. И потом, насколько я помню, леди Лайна не с Илонии, а с Бории, и ничего страшного не произошло.
— Леди Лайна на момент замужества была илонийкой, удочерена и имела опекунов.
— Если я не смогу вернуть трон, принц Интар, можете найти мне опекунов в Илонии. Тогда я вернусь, выйду замуж за вашего сына и когда-нибудь стану королевой Илонии.
Вытянулись лица от шокирующего предложения не только у всех присутствующих, но и у насмешливого Раднира. Иллар лишь серьезно нахмурил лоб, явно обдумывая ситуацию, и не находя в ней ничего странного, удивительного и шокирующего.
— Мне это нравится, — заявил одобрительно Раднир, опять нарушив наступившую тишину.
— А если освободите? Когда освободите. Что дальше? Иллар, ты вернешься домой? — голос Интара звучал непривычно жестко.
— Да, отец, — не задумываясь, ответил Иллар.
Стенли оторвался от своего подоконника и прошел к камину. Облокотившись на него, он обвел всех взглядом, особенно задержав его на Раднире с Оветой, и Илларе с Тайлис.
— А вот это уже касается меня напрямую. Мама, — обратился он к Талине. — Посмотри на эти две парочки, и скажи честно, ты допускаешь хоть на мгновение, что мы не освободим Кордию? Ты веришь, что Овета и Иллар вернутся?
— Конечно, верю, — пожала плечами Талина.
— А
— Не смешно, Стенли, — отрезала Талина.
Овета и Иллар переглянулись. Овета решительно тряхнула головой.
— Мы вернемся.
— Я тоже так думаю, — вторил ей Иллар, деланно пожав плечами.
— Вы меня успокоили, — Стенли подмигнул Тарлину. — Поэтому, предлагаю перед путешествием женить срочно одного и выдать замуж другую.
— Что??? — Овета с Илларом с ужасом смотрели на Стенли.
Не удержался и рассмеялся Стенк, присоединившись к сыновьям. Раднир нахмурился, Тайлис слегка побледнела. Талина поджала губы, Корн с Алаиной с улыбкой смотрели на всё это представление.
Интар устало махнул рукой.
— Не совет, а балаган. Раднир, это ты виноват. Никогда не относишься серьезно к делам.
— Отношусь, принц. Я очень серьезен. Кто, как не я, изложил проблему, которую мы и решили.
— Не решили! И, по-моему, мы её, наоборот, углубили, вдаваясь в вопросы, далекие от военных действий.
— А мне вот представляется, Интар, — вступил в разговор Стенк, — что проблема надумана. Тайлис с Куртисом и Хайдиром вполне справятся с войском этого пирата. И будет лучше, если ты пошлешь Иллара в Торогию, а Овета займется с нами восстановлением Нарты.
Раднир просверлил его взглядом, Овета опустила голову. Иллар с Тайлис деланно пожали плечами. И все они не сводили взгляда с Интара.
— Я не могу послать Иллара в Торогию, Стенк. У него будет необъективное отношение. Илонию могут обвинить в этом.
— Зато в Кордии он может воспрепятствовать победе королеве Тайлис, — продолжил Стенк.
Тайлис поднялась с кресла. Иллар выступил вперед, на этот раз побледнев:
— Лорд Стенк, вы не имеете права говорить так.
Стенк махнул рукой.
— Парень, я просто расставляю акценты. Думайте впредь и смотрите за собой. Вы и не представляете, насколько ваши отношения бросаются в глаза.
Иллар закусил губу. Тайлис пылала гневом.
— Либо не показывайся больше в Кордии, — продолжил Стенк, — либо едь, но будь добр, обеспечь победу королеве. Как здесь. Выстой. И будьте осмотрительней. И можно отпустить с ними Овету, как барьер этим двоим, — закончил Стенк в гробовой тишине.
— Мне нравится это предложение, — опять нарушил молчание Раднир.
— Тебе нравится всё, лишь бы заполучить мою племянницу рядом с собой, — отрезала Талина.
— Я этого и не скрываю, и пытаюсь доказать вам это уже не первый день. Вместо того чтобы собираться в дорогу, я доказываю вам очевидное. Если надо, я могу её и похитить. Она мне нужна.
Овета фыркнула.
— Я не вещь и не добыча.
— Все, хватит, — взмолился Интар. — Не знаю, как у вас, у меня уже голова идет кругом, мне кажется, ещё немного и я сойду с ума. Раднир, ты забыл, что леди Лайна не отпустила Овету. И давайте для разнообразия послушаем Иллара и Овету.