Война без победителей
Шрифт:
– Ушел. Недавно, – кивает Вацек. – Сказал, к Артанским складам, за антисептиком.
Инесса искоса переглядывается с Яном. Вот и еще одна жертва Бакума с его психотропником. Видно, отказался помогать… А в лагере, кстати, неожиданно пусто. Где остальные? Тоже отсиживаются по своим комнатам после стирания памяти? Уже в Городе Будущего? Или ушли вслед за главарем?
– Убирался бы ты отсюда, Вацек, – не выдерживает она. – Бакум хочет напасть на Город. Мы пытались их предупредить, но они уже готовят ответку. За нами могут прийти в любой
– Что? Но он же…
Инесса кривится, пускаясь в объяснения. Так бы бросить их всех, может, охрана Города ограничится повторным стиранием памяти… но черта с два на это можно надеяться. Побег поможет выиграть время. Остальные ни в чем не виноваты.
…Ночуют они уже не в лагере. В городе полно пустых квартир в полуразрушенных домах – холодных, сырых, залитых дождями, частично уцелевших после налета. В некоторых из них даже нет разложившихся трупов. Инесса морщится, забираясь в одежде под тонкое чужое покрывало. Но усталость сильнее. Надежда, что Бакум не успеет обернуться, пока они хоть немного отдохнут, сильна тоже. И еще – что служба безопасности Города не успеет обыскать Будапешт.
Хотя бы пару часов…
– Кто такая Марта? – неожиданно для себя спрашивает Инесса. Рука, которой Ян обнимает ее, чуть напрягается.
– Мы жили вместе, – ограничивается он сдержанным ответом. – Еще до того, как я ушел к стоаранам.
– Любил ее?
– Любил. – Помолчав, он отвечает и на невысказанный вопрос: – Не знаю, что с ней теперь, я ее не искал. Когда улетал на Стоар, порвал с ней. Стоаране тогда казались важнее. Самой важной целью в жизни. Хватит, ладно?
– Это вирус, – тихо, будто сама себе, говорит Инесса. – Он тебя заставил…
– Как показывает опыт, его воздействие не означает абсолютного подчинения.
Разговор окончен, слышится в бесцветном голосе Яна.
До утра – около трех часов.
***
А утро не приносит в туманной пелене и сырой мороси ничего.
Над городом кружат птицы – то ли воронье, то ли грачи. И ни одного летуна. Тишина, исполосованная хриплым карканьем в небе. Несмотря на то, что все тридцать с лишним человек, пережидавшие остаток ночи в полустертом с лица земли доме, сейчас собрались вместе, слышно только это карканье. Все молчат – кто-то растерянно, кто-то в задумчивости. Тихоня Елена Кир ворчит:
– Может, вы ошиблись? Впервые услышала от вас о каком-то Городе и каких-то планах Бакума…
Ей не дают договорить, начинают втолковывать доказательства, а Инесса понимает, что снова заварила кашу. И на сей раз лидерство не удастся спихнуть на Бакума. И гложут подозрения, что она или ошиблась, или опоздала. Но деваться некуда.
– Возвращаемся в лагерь. Берем летуны, добираемся до окрестностей Города. Дальше пешком до стен. И смотрим по обстоятельствам. Охраны у них должно быть немного, но приборов – предостаточно.
…На первый взгляд лагерь кажется точно таким же, каким его оставили. Даже тревожно колет мерзкая догадка – ошибка, все это глупая ошибка,
Темные силуэты часовых смутно вырисовываются среди металлических обломков.
Соглядатаев выдают движения – осторожные, собранные. Зачем они здесь? Кого именно ждут?
Инесса вскидывает ружье, находит голову одного из них – удобная мишень на фоне отсвечивающих осколков стекла в кабине. Стреляет дважды, высунувшись из-за покосившейся ограды. Не медля, переводит прицел на второго…
Но так и не спускает крючок.
Второй выскакивает из укрытия, забыв о безопасности, оружии и всем на свете. Бросается куда-то в сторону – глянцево взблескивает бок его летуна. Прыгает в кабину, взлетает, разворачивается…
Ружье уже бессильно, но у кого-то из солдат с собой ручной гранатомет. Летун вспухает рыжим огненным шаром с черным подпалом. Удачное попадание.
– И что это было? – комментирует Вацек, глядя на догорающую груду металла и пластика. – Он собрался от нас сбежать или это такой способ подать сигнал остальным?
– Да, остальные, – Инесса тоже выныривает из изумленного ступора. – Эти двое были на стреме, остальные должны ждать нас поблизости. По летунам, быстро!
Никто не появляется. Дезертир и вправду не успел подать сигнал. Что ж, пусть их. Инесса уверена, что засада есть, и гонит свой отряд как можно ближе к поверхности. Если уж не заметили взрыва…
Позади мерещатся чуть заметные вспышки, но погони нет.
И нехорошие подозрения усиливаются…
***
Усиливаются.
– Серьезно? Город Будущего? – слышится с переговорного пульта Елены. – Вот этот вольер? Здесь же даже охраны нет!
– Не только охраны, – замечает Ян. Голоса переплетаются в недоуменных шепотках. – Но все-таки лучше не расслабляйтесь.
Мини-флотилия уже идет на посадку.
– Что значит «не только охраны»? – переспрашивает кто-то из солдат.
– Почему у них нигде не горит свет? Ни единого фонаря или окна. Еще не так светло!
Эту часть России окутывает синеватый утренний полумрак. И территория Города действительно похожа на темный вольер. Пустой колодец, огороженный стенами домов и неприступными металлическими пластинами. Как корзина для колоссального животного.
– Подкарауливают, что ли?
Инесса осторожно приоткрывает люк летуна и стреляет в воздух. Рассветные сумерки достаточно густые, чтобы не бояться точного попадания в ответ. Но тишина остается такой же ясной – только птичьи трели в ветвях дичающего парка.
– На что они рассчитывают? – бормочет она себе под нос.
Был ли вообще город? Или сны – это всего лишь сны, а пара четких воспоминаний – галлюцинация, навеянная какой-то дрянью? Неважно какой. Той, за которой ушел Бакум, той, которой некто одурманил их лагерь… Если Города нет, кто тогда похищал или убивал людей?