Восторг любви
Шрифт:
Чей вздохнул. Было неимоверно сложно управлять ранчо, вести бухгалтерию, следить за рабочими и присматривать за сестрой… Слух об их родственных отношениях с Эшли пронесся над Вордман-Холлоу как лесной пожар.
Джиллиан и Клаудиа заказали Большому Джону памятник из белого мрамора, который гласил:
Джон Мэтъю Вордман,
Любимый отец Эшли Марии и Чейтона Лона Элька.
Люди на улице и на ранчо теперь смотрели
Чей поставил кружку на стол и снова посмотрел на сестру. В действительности он не очень беспокоился за ранчо. Механизм работы был отлажен, каждый рабочий отлично знал свое дело. Его главной заботой была Эшли. Не меньше его занимали мысли о Дане и о том, есть ли у них будущее. Он слишком долго ждал, чтобы это выяснить. На следующей неделе он собирался поговорить с ней, попросить дать ему еще один шанс. Если понадобится, Чей упадет на колени перед ней, но он надеялся, что до этого дело не дойдет.
Чей покачал головой. Он не был так увлечен женщиной с тех пор, как в шестом классе влюбился в учительницу, хотя это сложно сравнивать. Он никогда еще не встречал такой девушки, как Дана, он не мог забыть то чувство, которое возникало всякий раз, когда они прикасались друг к другу.
Хотя они были знакомы всего каких-то три недели, она оставила яркий след в его душе. Он не мог прекратить думать о ней, не переставал хотеть ее.
Это было больше, чем физическое желание. Он нуждался в ней, как трава нуждается в дожде.
Встав из-за стола. Чей взял свою шляпу и вышел из дома.
Спустя десять минут он уже ехал верхом по направлению к ее дому. У него внезапно появилась острая необходимость пройтись по земле, по которой ходила Дана.
Дана взглянула на часы. Ночью она не могла заснуть, не могла думать ни о чем и ни о ком другом, кроме Чея. Она снова взглянула на часы, уже в десятый раз за эту минуту. Пятнадцать минут двенадцатого. Она уже собиралась выйти из дома, когда внезапно осознала, что Чей, должно быть, сейчас очень занят. Дел-то у него наверняка прибавилось.
Выходит, она не сможет увидеть его раньше вечера.
Чувствуя, что стены словно давят на нее, Дана надела толстый свитер, перчатки и вышла на крыльцо. Несколько минут она ходила взад и вперед, потом села на ступеньку. Не может же она сидеть здесь весь день. Стоит поехать в город и побродить по магазинам или сходить в кино. Да, и обязательно купить платье для предстоящего свидания с Чеем!
Она уже собиралась пойти в дом за ключами от машины и кошельком, когда увидела Чея, выезжающего на лошади из-за деревьев.
Увидев его, Дана замерла как вкопанная. Ее сердце бешено забилось. Он здесь, пронеслось в
Он был здесь. Каждой частичкой своей души, каждой клеточкой своего тела Дана тосковала по нему. Не говоря ни слова, он спешился, подошел ближе, поднял ее на руки и поцеловал.
Дана с восторгом упивалась жаром поцелуя, силой его рук. Как она вообще могла подумать, что сможет жить без него? Он был ей так же необходим, как воздух, которым она дышала.
Когда поцелуй прекратился, у нее на ресницах засверкали слезы счастья.
— Не надо плакать, любовь моя, — сказал он и снова поцеловал ее.
Дана крепче обняла его за шею и постаралась еще плотнее прижаться к нему, хотя это казалось невозможным.
— Мы принадлежим друг другу, Дана. Я это знаю, я это чувствую, — прошептал Чей, целуя ее лоб, губы, щеки. — Слушай свое сердце, — продолжал Чей. — Ты знаешь, что это правда.
Радость распустилась в душе Даны, подобно яркому и нежному цветку.
— Конечно, я знаю, что это так, — сказала она, улыбаясь. — Почему, ты думаешь, я вернулась?
— А почему ты вернулась?
— Сказать, что я люблю тебя.
— Ты уверена? Ведь мы так недолго знаем друг Друга.
Она сердито посмотрела на него.
— Минуточку. Разве ты только что не сказал, что мы принадлежим друг другу?
— Да, но я не думал, что ты со мной согласишься. Я собирался силой привезти тебя к себе и закрыться с тобой в спальне до тех пор, пока ты не согласишься дать нам шанс, — он застенчиво засмеялся. — Я просто не ожидал, что ты так быстро сдашься.
— После возвращения в Эштон-Фоллс я поняла, что совершила ошибку, уехав отсюда. Я принялась писать тебе письмо, но выкинула его. Затем решила, что позвоню, но, — она немного помедлила, — я хотела видеть твое лицо в этот момент. И если наши чувства взаимны, я бы хотела смотреть тебе в глаза, когда ты будешь мне об этом говорить. Ты меня любишь. Чей?
— Каждой частичкой своей души.
— Скажи это.
— Я люблю тебя, Дана. Я буду любить тебя до конца дней. Не могу гарантировать, что никогда тебя не расстрою, но я точно тебя не брошу и никогда не обману. Клянусь всем, что у меня есть.
— Я верю тебе.
— Ты выйдешь за меня замуж?
— Да, и чем раньше, тем лучше.
Чей испустил победоносный клич, заключил свою невесту в объятия и страстно поцеловал.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Следующие две недели были заняты предсвадебными хлопотами и пролетели быстро. Дана старалась как можно больше времени проводить с Чеем. Родители были шокированы, узнав, что она собирается выйти замуж за мужчину, которого так мало знает. Даже новость о том, что он владеет половиной огромного ранчо, не смогла убедить ее отца. Мать мягко пыталась убедить ее подождать еще хотя бы полгода, «просто чтобы удостовериться, дорогая».