Восстание

Ладислав Шорнинг с недовольным видом посмотрел на часы и еще раз пристально оглядел пустовавший в этот поздний час зал перед дверьми Палаты Миров. Гройнера нигде не было. Тот никогда не опаздывал, а судя по присланной им краткой кодовой фразе, у него были крайне важные новости. Так куда же он запропастился?!

Ладислав почувствовал чье-то прикосновение

к своему плечу, не спеша повернулся и незаметно нащупал в широком рукаве своей куртки из шерсти бофортской морской овцы небольшой пистолет. Перед ним стоял человек, одетый в строгий повседневный костюм, модный среди зажиточных обитателей Нового Цюриха. Но это был не коротышка Гройнер! Великан Шорнинг оказался лицом к лицу с мужчиной почти такого же роста, как и он сам. Кроме того, в отличие от большинства обитателей Индустриальных Миров этот человек был по-военному подтянут и выглядел весьма агрессивно. Стараясь скрыть сразу возникшую неприязнь, Ладислав оглядел незнакомца, незримым движением направив прямо на него ствол спрятанного в рукаве пистолета.

– Смею полагать, господин Шорнинг?

– Верно. Шорнинг есть я. – Голос Ладислава, очень низкий по сравнению с писклявой манерой речи жителя Нового Цюриха, прозвучал как гудок судна, вышедшего в тумане на ловлю нарвалов-убийц.

– Господин Гройнер передает вам свои извинения.

– Он не станет прийти? – неторопливо спросил Ладислав, не утратив невозмутимости, когда в ироническом взгляде «индустриала» промелькнула насмешка над его провинциальным диалектом. Не обращая внимания на презрительную гримасу незнакомца, Шорнинг продолжал:

– А он не просил передавать, почему он не станет прийти?

– Насколько я знаю, ему нездоровится. – «Индустриал» еще раз с головы до ног оглядел стоявшего перед ним огромного бородача, и его тонкие губы искривились в брезгливой усмешке. Шорнинга сочли бы великаном в любом из миров – особенно на планетах с повышенной гравитацией и на планетах с холодным климатом, обитатели которых отличались высоким ростом. Но его руки были натруженными, неказистыми, кожа на них огрубела еще в детстве, которое прошло в работе с рыболовными сетями, и в юности, познакомившей его ладони с гарпунами и кошельковыми неводами.

– Надеюсь, он скоро станет поправиться, – изобразив на лице сочувствие, сказал Ладислав.

– Боюсь, что он серьезно захворал. Насколько мне известно, он решил вернуться на Новый Цюрих, чтобы… пройти там курс лечения.

– Я могу понимать. Что ж, хочу благодарить вас за то, что вы стали мне это сообщить, господин?…

– Фуше, – сквозь зубы обронил высокий незнакомец.

– Ну вот и прекрасно, господин Фуше! Я стану запомнить ваше имя. – Шорнинг кивнул с грацией утомленного вола и удалился. Фуше проследил за тем, как он вошел в мужской туалет, пошел было за ним, но почти сразу остановился и с презрительной усмешкой отвернулся. Что бы там ни воображал себе Гройнер, этот тупой провинциал был явно не опасен!

Дверь туалета тихо приоткрылась, и показавшийся в щели голубой глаз внимательно наблюдал за Фуше, пока тот не скрылся из виду. Нехотя убрав автоматический пистолет в прикрепленную внутри рукава кобуру,

Шорнинг вышел из туалета.

– Да уж, мистер Фуше, – негромко сказал он почти совсем без акцента, – я запомню ваше имя.

Фиона Мак-Таггарт оторвала взгляд от экрана, потерла уставшие глаза, взглянула на часы и криво усмехнулась. Земные сутки раздражали своей скоротечностью выходцев с Бофорта, совершавшего оборот вокруг оси за тридцать два часа. Атмосфера Земли казалась им отвратительно разреженной, а гравитация – невыносимо низкой. Впрочем, привыкнуть можно было к чему угодно, даже к чувству усталости в столь нелепо ранний час. Фиона встала, налила себе чашку земного кофе и подумала, что его-то ей все же будет не хватать, когда она навсегда вернется на Бофорт.

Со стороны входной двери прозвучал мелодичный сигнал, Фиона недоуменно подняла брови, но сразу нажала на кнопку. Дверь с шипением отворилась, и на пороге возникла гигантская фигура недовольного Ладислава Шорнинга.

– Сколько раз тебе говорить?! – Куда только девался так насмешивший господина Фуше провинциальный акцент? – Проверяй, кто к тебе пожаловал!

– Вот еще! – ледяным тоном парировала Фиона. – На территории нашего представительства я этого делать не буду. Ты что, хочешь, чтобы я встречала посетителей с бластером в руках?! – Она покачала головой с притворно суровым видом. – Иногда мне кажется, что ты помешался на мерах безопасности!

– Возможно… И все-таки с Гройнером что-то случилось. – Не в силах больше сердиться, Ладислав тяжело опустился в одно из низких кресел и устало закрыл глаза.

– Он что, не явился? – внезапно нахмурившись, спросила Фиона, встала коленями на сиденье соседнего кресла и стала массировать напряженную спину Шорнинга.

– Нет, не явился, – негромко ответил Ладислав.

– Значит, они его вычислили? – столь же тихо спросила Фиона.

– Похоже на то… Будем надеяться, что его просто отослали на Новый Цюрих, хотя из-за денег «индустриалы» способны на все…

Фиона чувствовала, как тугие мышцы Шорнинга расслабляются под ее сильными пальцами, но внезапно прекратила массаж и оперлась обеими руками о его мощное плечо.

– Конечно, ты прав. Но все-таки интересно, что он хотел нам сообщить?

– Еще бы! – в свою очередь нахмурившись, пробормотал Ладислав. – Впрочем, спасибо ему и за то, что сообщал раньше. Подумать только! Ведь он предал своих и стал помогать нам, поняв, что правда на нашей стороне. Я не сомневался, что рано или поздно он попадется.

– Ты прав, – с извиняющейся улыбкой сказала Фиона, сжала руку Шорнинга и почему-то внезапно почувствовала себя виноватой.

Руководить делегацией одного из Дальних Миров было очень нелегко, и Фиона дорожила мнением каждого из ее членов, особенно такого как Ладислав. Кроме того, у нее были все основания для беспокойства. Сообщение Гройнера состояло только из кодовой фразы «Штормовое предупреждение», которая по договоренности между Шорнингом и маленьким человечком с Нового Цюриха должна была предварять новости о полномасштабной акции Индустриальных Миров, направленной против Звездных Окраин.