Восстание Девятого
Шрифт:
Как раз в тот момент, когда я уже простилась с надеждой, что смогу помочь Восьмому, мое Наследие вернулось. Я кладу руки на рану в середине его груди и чувствую, как оно начинает работать. С каждой новой секундой его сердце бьется сильнее и сильнее. Я никогда не слышала более прекрасного звука, чем этот уверенный стук. Если бы мы не были посреди битвы за наше будущее, думаю, я бы расплакалась, но сейчас я остаюсь сильной и сдерживаю чувства.
Я опускаю глаза и вижу, как веки Восьмого вздрагивают и поднимаются, и он смотрит на меня.
– Ты должна знать… Шестая пыталась… – начинает он.
Я
– Это была не Шестая. Это был Сетракус Ра. Не знаю как, но это был он.
– Но…?
Его недоумение разрывает мне сердце.
– Восьмой, я не могу сейчас все объяснять. Как ты себя чувствуешь? Ты можешь стоять? Нам нужно идти туда, присоединиться к остальным и сражаться. Ты готов? Я должна вылечить Джона, и мне нужно, чтобы ты отвлек могов от него. Понял?
Он кивает, и я поднимаюсь на ноги, но есть кое-что, что я хочу успеть сделать, пока не поздно. Я смотрю ему в глаза, в его прекрасные карие глаза, делаю глубокий вдох и целую его. Кажется, он этого не ожидал. Я пожимаю плечами и улыбаюсь:
– Мало ли что будет дальше.
Прежде чем он успевает что-то сказать, я поворачиваюсь и ищу Джона. Я должна вылечить его, и быстро. Защищая меня, он получил три выстрела из пушки. Если я не доберусь до него сейчас, он умрет. На полу остался кровавый след. Мы с Восьмым идем по нему. В воздухе висит густое облако дыма от выстрелов. Мы обнаруживаем Джона стоящим на коленях. Он стреляет огненными шарами в огромную толпу могадорцев, пытающихся пробиться к Элле и Саре. Моги стреляют и в нас, но теперь я могу отбивать их выстрелы при помощи телекинеза. Восьмой тоже вступает в бой. Я подбегаю к Джону и берусь за его раны. Он бледен и тяжело дышит. Похоже, он потерял много крови.
– Джон! Ты должен остановиться на минутку и дать мне себя вылечить! – мне приходится кричать, чтобы он услышал меня в шуме и грохоте. Я хватаю его за подбородок и заставляю посмотреть на меня.
Он качает головой, пытаясь освободиться.
– Если я остановлюсь, моги убьют Сару и Эллу.
– Если ты не остановишься, то умрешь ты. Я вылечила Восьмого, он может пока взять защиту на себя. Пожалуйста! Джон! Ты нам нужен.
Я чувствую, что он перестает сопротивляться.
Я внимательнее осматриваю раны у него на ногах. Они одинаковые. На обеих ногах зияют раны, из которых течет кровь. Сначала я берусь за правую ногу и вижу, что бедро у него тоже сломано. Он не может удержаться от крика, когда оно срастается, но звук теряется в шуме. Я продолжаю действовать и вижу, как он стискивает кулаки.
Вторая нога в лучшем состоянии, и у меня получается вылечить ее быстрее. Джон дышит гораздо легче. Я беру его за руку и кричу ему в ухо:
– Куда лучше выглядишь.
Я кладу ладонь ему на предплечье и чувствую, что мышцы, бицепс и трицепс, буквально размозжены. На то, чтобы их залечить, уйдет минуты две-три. Восьмой стреляет в бесконечный поток могов, но они появляются едва ли не быстрее, чем он может их истреблять.
Наконец мышцы Джона срастаются, и он в порядке. Он смотрит на меня, я киваю, и он бежит к Восьмому, чтобы защитить Эллу и Сару, все еще лежащих на полу.
Я чувствую силу. Хорошо. Сара с Эллой совершили какое-то чудо, вернувшее нам наши Наследия и способность сражаться, но теперь они обе ранены. Я разнесу в пепел всех этих могов до одного за то, что они причинили боль моим друзьям.
Я кидаюсь к ним, стреляя огненными шарами из обеих рук. Я знаю, мне
Неожиданно один из идущих на меня могов поворачивается в другую сторону. Он целится не в меня, а в Эллу и Сару, которые все еще лежат неподвижно. Он стреляет, их тела конвульсивно содрогаются, и я кричу.
Я с ужасом смотрю, как в неподвижные тела Эллы и Сары попадает выстрел могадорской пушки. Джон кидается к ним, и я бегу к нему. Он стоит на коленях и держит их за руки. Их тела дрожат. Мы опоздали.
После всего того, через что мы прошли, после того, как мы нашли друг друга, мы, кажется, потеряем еще одного Гвардейца. И Сару. Джон только что обрел ее снова и уже готовится потерять. Я закрываю глаза, готовясь к боли от очередного шрама – от шрама, который будет значить смерть Эллы. Я знаю, что это будет очень больно.
Ничего не происходит. Неужели со смертью Эллы шрам не появится? Не может быть. Я открываю глаза и смотрю на Джона, все еще склонившегося над Сарой и Эллой, все еще стискивающего их руки.
Я внимательнее смотрю на них и не верю своим глазам. Их раны – следы от снарядов и чудовищные ожоги на лицах – затягиваются.
– Что происходит? Как ты это делаешь? – спрашиваю я Джона.
– Понятия не имею, – качает он головой. – Я не знал, что это могу. Я увидел Сару на земле и понял, что не могу позволить ей умереть. Или Элле. Только не еще одному из Гвардии. Я не позволю этому случиться, особенно теперь, когда мы вместе. Я взял их за руки и подумал о том, как мне хочется, чтобы их раны исцелились, как я мне жаль, что я не умею лечить… и это внезапно начало происходить.
– У тебя появилось новое Наследие! – кричу я, сжимая его плечи.
– Или мне просто так этого хотелось, что произошло чудо. Как бы то ни было, они выздоравливают.
Он смеется от усталости и облегчения.
В центре зала Девятый продолжает сражаться с Сетракусом Ра.
– Марина, сегодня мы не сможем победить Сетракуса Ра. Даже несмотря на то, что наши Наследия вернулись, я не думаю, что мы можем с ним справиться, и я не хочу рисковать смертью Гвардейцев. Надо найти Шестую. Потом нам надо понять, как отсюда выбраться, собраться с силами и вернуться с новым планом. Мы убьем его вместе или умрем – тоже вместе. Но мы сделаем это на своих условиях, когда поймем, что готовы.
Мы слышим стон и смотрим на Сару и Эллу. Они открыли глаза, и на их щеки вернулась краска. Джон наклоняется и целует Сару.
Скорлупа наконец отваливается. Я сгибаю руки, отталкиваюсь ногами и начинаю падать. Телекинезом я замедляю падение и опускаюсь на землю. Мгновение я лежу неподвижно, пытаясь отдышаться. Дым такой густой, что у меня слезятся глаза. Неожиданно зал сотрясает громкий взрыв. Срабатывает тревога, вспыхивают красные огни и пронзительный вой сирен наполняет воздух. Я вижу Люмен Джона и пробираюсь к нему сквозь дым. Рядом с ним стоят Элла, Марина и Сара. Когда я подхожу, рядом с Мариной появляется Восьмой. Берни Косар снова превратился в бигля и, хромая, подходит к Джону.