Восстание Девятого

Лор Питтакус

Я хватаю Сару за руку и тяну за собой. Мы все бежим по коридору к Берни Косару, который стоит перед дверью, больше подходящей для трюма большого корабля, и яростно лает.

На этот раз Девятый все-таки использует свой камень, чтобы заглянуть сквозь дверь. Как и в прошлый раз, появляется конус света, а потом мы все видим огромный зал.

– Кажется, там что-то происходит. Я вижу какое-то движение в темноте, – говорит Восьмой. – Я телепортируюсь внутрь и посмотрю, что там.

– Погоди секунду, Восьмой, – я поднимаю руку. –

Никаких разведок. Надо просто сделать это. Всем нам.

Восьмой смотрит на меня и кивает:

– Ты прав. Это для всех нас.

Когда мы все собираемся у двери, я смотрю на полные решимости лица. Даже на лицо Сары. За несколько секунд она превратилась из плачущей жертвы в воина. Впечатляет. Разумеется, она и понятия не имеет о том, что должно произойти. Это будет большая битва. Если не решающая. У меня есть чувство, будто все вело к этому моменту. Это может оказаться именно то, за что мы боролись.

– Что бы ни ждало нас внутри, что бы ни случилось, – говорю я, зажигая Люмен, – мы убьем Сетракуса Ра, чего бы это ни стоило.

Я говорю это для себя, не для них.

– Мы за это всей душой, парень, – говорит Девятый.

Я подношу к двери светящуюся ладонь, и как раз в тот момент, когда я собираюсь ее взорвать, рыжеволосая женщина с рукой на перевязи, хромая, выходит из двери в дальнем конце коридора. Мы задыхаемся от неожиданности одновременно, и она тут же поворачивается и кидается обратно.

– Стойте. Агент Уокер! – кричу я ей вслед.

– Уокер? Ты шутишь? – недоверчиво спрашивает Девятый. – Та красотка в форме, которая пыталась нас арестовать?

Остальные смотрят на него, сбитые с толку. Восьмой вступает в разговор.

– Я вам ее добуду, – говорит он и исчезает. Спустя мгновение он появляется, держа ее за заломленную за спину руку. Первым делом я срываю с ее рубашки золотой значок.

Девятый берет у меня значок и с преувеличенным вниманием его изучает.

– Так, так, так. Кто это у нас? Специальный агент Уокер? – смеется Девятый. – Дамочка, что-то вы отвратительно выглядите! – он возвращает значок мне, как будто на нем вши.

– Знаете, как жалко вы смотритесь? – кричу я. – Заключаете сделки с могами, делаете для них грязную работу. Зачем? Они вас уничтожат!

– Я выполняю свою работу, – напряженно говорит она. Восьмой явно хорошо ее держит. – Мы делаем то, что идет на благо нашей стране.

Она гордо смотрит на меня, но я знаю, что она скоро поймет, что нас стоит бояться. Сара тычет в нее пальцем.

– Я вас видела. Джон, она была там, когда уводили Шестую.

Девятый сгребает агента Уокер за грудки, как гангстер из кино. Восьмой не ослабляет хватку. Девятый кричит ей прямо в лицо:

– Отдайте мне ее. Я хочу ее убить.

Уокер теперь лихорадочно пытается оказаться подальше от Девятого и освободиться из хватки Восьмого.

– Погодите! Я знаю, где ваш корабль! – умоляет она. – Я знаю, что он вам нужен,

а без меня вы его не найдете.

– Наш корабль здесь? – спрашивает Марина, явно не уверенная, что словам агента Уокер можно доверять.

Агент прищуривается.

– Я покажу, если вы меня отпустите.

– Что думаешь, Четвертый? – спрашивает Девятый.

– Джон? Что будет, когда вы найдете свой корабль? – Сара хватает меня за руку.

– У нас нет на это времени! – говорит Марина. – Я знаю, что Шестая за этой дверью. То, что эта женщина готова на все, только бы не дать нам туда зайти, доказывает, что я права! Забудьте о ней! Какая разница, где наш корабль, пока мы не найдем Шестую.

Девятый говорит:

– Я с ней разберусь, – Уокер поднимается в воздух и за крюк на поясе повисает на светильнике под потолком. Лицо у нее красное от злости. Девятый смотрит на нас, подмигивает и, щелкая пальцами за спиной, взрывает дверь.

– Марина права. Сначала Шестая и Сетракус Ра. Пошли? – он улыбается Саре. – Судя по тому, что говорит Джонни, тебе палец в рот не клади, – он протягивает ей могадорскую пушку, отобранную у Уокер. – Как думаешь, справишься с ней?

Сара берет пушку.

– Если она шевельнется, я разнесу ее в клочья. С удовольствием.

Я смотрю на остальную Гвардию.

– Пора.

Мы вбегаем внутрь. У нас нет времени выяснять, кто что делает. Мы знаем и так. Здесь темно и тихо, и воздух наполняет отвратительный запах. Я могу думать только об арене, которая все время появлялась в моих видениях. Это она? Я оглядываюсь, пытаясь понять. Центр большого зала тускло освещен. Девятый выбегает в круг света и кричит:

– Пришло время выйти и поиграть. Эй ты, Сетракус, кусок дерьма!

– Где Шестая? – спрашивает Марина. Она вместе с Восьмым присоединяется к Девятому в середине зала. Они быстро опускают на землю свои Ларцы и оглядываются.

– Ребята! Там на потолке что-то есть, – говорит Элла. Ее голос эхом разносится по залу. Я зажигаю Люмен, и в его свете странный предмет кажется статуей.

– Тут что-то не так. Не понимаю, что именно, но с этой статуей что-то не так, – тихо говорю я.

Пока мы вглядываемся в темноту, пытаясь разглядеть в ней движение, Девятый использует свою антигравитацию, чтобы подняться на потолок и разглядеть странный камень. Когда он приближается к ней, раздается знакомый голос:

– Стой!

Я оборачиваюсь и вижу Шестую. Она в одиночестве стоит в дверях. С ее бедра свисает толстая веревочная петля. В руке у нее зазубренный голубой меч. Она кажется невредимой. Вот такой я ее и помню: сильной и уверенной в себе. Она это сделала? Возможно ли, чтобы Шестая убила Сетракуса Ра?

– Шестая! О боже, это ты! – кричит Марина. – С тобой все в порядке!

– Все кончено, – говорит Шестая, – Сетракус Ра мертв. Камень на потолке – это могадорский яд. Держитесь от него подальше.