Восстание девяти
Шрифт:
Марина позади меня стреляет в Могов. Я оглянулся на Берни Косара и вижу как Моги тащат его из угла веревками, привязанными к рогам.
— Трус, ты просто трус! Ты парализовал нас, чтобы побить! — слышу я крик Девятого. Я вижу его в центре комнаты, одна из его рук черная и тяжело висит, и абсолютно бесполезна, когда Сетракус поднимает свой кнут обратно.
Сетракус Ра улыбнулся:
— Вы можете называть меня как хотите. Это не изменит тот факт, что вы все погибните.
Он хлещет огненным кнутом. Девятый пытается блокировать огненные концы своим посохом, но с одной рукой это нереально. Один из наконечников
Я слышу новый источник выстрелов из пушки. Я повернулась к двери и увидела Сару, входящую в комнату, стреляющую в Могов. Элла за ней.
— Она не тренировалась. Она не сможет выжить в битве с Могами и Сетракусом Ра! — кричу я. — Ты должна выбираться отсюда! Это не твоя битва!
Сара игнорирует меня и продолжает двигаться вглубь комнаты. Девятый пытается убраться от Сетракуса Ра, но его руки, обе теперь полностью черные, свисают вниз. Его лицо быстро становится таким же черным, как его руки. Сетракус ударил Девятого снова, на этот раз, попав двумя концами кнута прямо в центр груди. Девятый застонал и Сетракус крикнул:
— Я слышал, ты должен был быть моим величайшим соперником, но гляжу на тебя, и вижу — ты ничто!
Когда Сетракус Ра снова занес кнут, чтобы нанести смертельный удар Девятому, Элла выскочила из-за Сары и кинула что-то в него, что-то похожее на маленькое красное сияние. Оно ударило Сетракуса в руку, и он оглянулся, шокированный, перед тем как издать оглушительный рев.
Я чувствую, что-то изменилось внутри меня. Это немедленное и очень мощное, будто кто-то воткнул меня в энергетический источник. Я сфокусировался на своих руках и попытался еще раз зажечь Люмен. К моему удивлению это сработало. Наши Наследия снова вернулись!
Позади себя я слышу, как кричит Марина и бежит к Восьмому, который до сих пор за дверью. Я вижу ее пробежку, потом ее руки на его груди, работающие над его ранами. Она смотрит на меня через дверной проем.
— Что сейчас произошло?
Я встряхнул головой.
— Без понятия, но теперь у нас будет действительно настоящий бой.
Мои ладони светятся, я повернулся к центру комнаты, где Сетракус Ра царапал свои руки, пытаясь отцепить маленький красный предмет, который в него кинула Элла. У него, наконец, получилось, и он повернул кнут к Элле и Саре, которая до сих пор стреляет из пушки. Они не успевают быстро убраться в сторону и кнут их ударил. Они обе упали.
Как только дротик попадает в Сетракуса, я чувствую изменения. Мои Наследия вернулись. Моя сила возвращается. У меня появился шанс выбраться отсюда и помочь остальным.
Я начинаю бороться с черной западней и наконец, могу чувствовать, что двигаюсь, но недостаточно, чтобы вырваться.
Продолжая бороться, я посмотрела вниз. Джон вместе с Сарой и Эллой, обе лежат. Он
Наблюдение этого дало мне надежду, что я могу сломать мою личную каменную тюрьму и продолжила мои попытки выбраться, пока не почувствовала, что западня начала поддаваться. Скоро я выберусь. Я неистово пытаюсь освободить себя. Только одно я сейчас хочу, показать Сетракусу Ра, что такое настоящая драка на руках.
Только я потеряла надежду, что когда либо смогу вылечить Восьмого, как мои Наследия вернулись. Я положила свои руки на рану у него на груди и чувствую, как они начинают работать. С каждой секундой, его сердце бьется все сильнее и сильнее. Я никогда в своей жизни не чувствовала ничего лучше, чем это устойчивое «бум, бум, бум». Если бы я не была в центре битвы за жизнь, за будущее, я бы тут же заплакала, но остаюсь сильной и держу свои эмоции под контролем.
Я посмотрела вниз и увидела открытые, дрожащие глаза Восьмого, они посмотрели на меня.
— Ты должна знать… Шестая пыталась… — начал он говорить.
Я прервала его.
— Это была не Шестая. Это был Сетракус Ра. Я не знаю как, но это был он.
— Но..?
Путаница в глазах Восьмого разбивает мне сердце.
— Восьмой, я не могу все объяснить прямо сейчас. Как ты себя чувствуешь? Ты можешь встать? Мы должны туда войти, присоединиться к остальным и драться. Ты готов? Мне нужно вылечить Джона, а ты мне нужен, чтобы охранять меня. Понятно?
Он кивает, и я начинаю вставать, но есть одна вещь, которую я должна сделать до того, как будет поздно. Я смотрю в его глаза, в его прекрасные карие глаза, делаю глубокий вдох и целую его. Он шокировано смотрит, когда я отстраняюсь. Я пожимаю плечами и улыбаюсь:
— Эй, нет другого времени, кроме настоящего, правильно?
Прежде чем он смог сказать или сделать что-нибудь, я повернулась найти Джона. Мне нужно его вылечить, быстро. Он получил три попадания из пушки, защищая меня. Если я не доберусь до него сейчас, он умрет.
На полу есть кровавый след там, где тащился Джон. Восьмой и я следуем по нему. Густое облако дыма висит в воздухе от всех выстрелов пушек. Когда мы добрались до Джона, он, стоя на коленях, выстреливал огненные шары из рук в массивную банду Могов, пытаясь добраться до Эллы и Сары. Когда мы подобрались к нему, Моги выстрелили в нас. Но сейчас я могу использовать телекинез, я могу отбить их выстрелы, и Восьмой тоже начинает биться. Я подбежала к Джону и начала лечить его раны. Он тяжело дышит и очень бледный. Он потерял очень много крови.
— Джон! Тебе нужно остановиться на минуту, чтобы я тебя вылечила, — кричу я, чтобы быть услышанной через весь этот хаос и беспорядок. Я хватаю его подбородок и заставляю посмотреть на меня.
Он встряхнул головой, пытаясь освободиться от моего захвата.
— Если я остановлюсь, Моги убьют Сару и Эллу.
— Если ты не остановишься, то умрешь ты. Восьмой вылечен, он сможет защитить нас, пока я работаю над тобой. Пожалуйста, Джон! Ты нам нужен.
Я чувствую, он прекратил борьбу.